Элирм V - Владимир Посмыгаев

к ловкости и минус одна к силе — друг шагнул в сторону — Еще есть «Искандер», «Мамонт» и «Рысь». Принцип действия тот же. Два очка дают и одно отнимают.

— Полагаю, это тоже реликты? — обратился я к Гундахару.

— Да. После обновления Система запретила любые вечные усиления, что можно приобрести за деньги. Использовать эти вы сможете, а вот изготовить новые — нет.

— Так мы возьмем? — спросил Герман — Тут в каждом ящике шприцов по сто.

— Конечно, возьмем, тупица. Было бы верхом идиотизма, раздать их всему клану. Лучше иметь одного сильного воина, чем дюжину слабаков.

— Влад?

Я улыбнулся и молча переместил каждый из ящиков в «карман». Генерал сказал брать, значит брать.

— Мужики — показался из-за ширмы Эстир — Ваши находки, конечно, внушают уважение, однако они не идут ни в какое сравнение с тем, что откопал я. Прошу за мной.

Мы направились в дальний конец кабинета, где был еще один закуток, отгороженный от общего помещения плотной занавеской.

Заглянув внутрь, я увидел нечто похожее на изогнутое медицинское кресло, болтающиеся по бокам ремни, дополнительные фиксаторы для головы и конечностей, циферблаты не стенах и немного жутковатая стойка с не менее жутковатыми на вид темными ампулами. Каждая из которых была уложена внутрь элегантного металлического шприца.

— Это что?

— Мутагены. Гляди — Глас аккуратно вытащил один из шприцов — «Формула А». Наделяет носителя мутацией «Ледяной шик». При падении показателя здоровья ниже десяти процентов, ваше тело испускает криогенные импульсы, превращающие ближайших противников в глыбы льда.

— Ого!

— Или вот — шаман взял второй — «Формула B». Наделяет носителя мутацией «Нестабильный изотоп». Шанс нанести дополнительный энергетический урон противникам в ближнем бою, однако при падении показателя здоровья ниже десяти процентов, тело носителя рискует взорваться.

— Охренеть. А с этими что? — Герман указал на остальные шприцы.

В отличие от первых, на них просто было написано «Формула E», «Формула F», «Формула J». И всё. Никаких дополнительных пояснений или хотя бы опознавательных знаков.

— Полагаю, эти так и остались непроверенными. А жаль. Лично мне интуиция подсказывает, что в них плавает нечто крайне любопытное. Однако проверять их на себе я точно не буду.

— Хм. Дай сюда.

— Ты знаешь, что это?

— Не исключено.

— Что ж, тогда прошу.

Шаман передал игву ампулу.

Задумчиво покрутив в руках «Формулу C», Гундахар шагнул к Мозесу и просто-напросто кольнул того в шею.

— Ай! Ты что сделал?! — проорал толстяк, резко дернувшись в сторону.

— А на что это похоже, болван? Вколол тебе непонятную гадость. И лучше прекрати вопить и скажи, что это было?

— Получена мутация «Чумной делегат»… — начал читать Мозес — С этого момента ваше тело испускает вокруг себя ядовитую ауру, усиливающуюся при наличии заболеваний… Мать твою… — толстяк в ужасе уставился на генерала — Ты что натворил, подонок?! Я же монах! Какой к черту «Чумной делегат»?! Как мне теперь исцелять?!

— Да успокойся ты. Чего разорался? Переквалифицируешься в жреца тьмы. То же мне проблема.

— Успокоиться?! То же мне проблема?!

— Тише, мужики. Не орите — Глас аккуратно отцепил приклеенный сбоку листочек — Кажется, это формула антимутагена. Поэтому ничего страшного. Синтезируем.

— Когда?!

— Как только алхимики Вергилия разберутся, как её делать. Все необходимые ингредиенты и оборудование у нас есть, поэтому вряд ли это займет много времени. Думаю, пару-тройку дней, максимум неделю.

— Ну вот. А ты волновался — усмехнулся игв — Побудешь неделю подопытной крысой, а затем снова станешь маткой Ямарайаху. Делов-то.

— ВСЁ! ТЫ МЕНЯ ДОСТАЛ!

Яростно взревев, Мозес выхватил из стойки первый попавшийся шприц, а затем бросился на Гундахара, чем чертовски сильно удивил каждого из присутствующих.

Более того, даже сам генерал не ожидал подобной атаки, от чего он впервые на моей памяти испуганно попятился и ушел в защиту. Правда, это продлилось всего мгновение, ибо в следующую секунду игв опомнился и с легкостью перехватил руку монаха, заломив тому кисть.

— Хорошая попытка. Но не сегодня.

— Уверен? — толстяк опустил глаза вниз.

Проследив за направлением его взгляда, Гундахар с удивлением уставился на торчащий из его ноги шприц.

— Надо же… Обхитрил меня…

Как оказалось, бросившись к стойке, Мозес схватил не один шприц, а сразу два. И заранее предполагая, что генерал его схватит, умудрился извернуться и провести обманный маневр.

— Что ж, моё тебе уважение, матка Ямарайаху… Наконец-то ты набрался мужества и смог за себя постоять. Дал мне отпор. Вот только… Проклятье…

— Что? Что он вколол? — забеспокоился Герман.

— Получена мутация «Материнский инстинкт»… Вас обожают дети, а ваш тембр голоса способен успокоить любого ребенка… — осознав, что произошло, игв посерел от злости и гневно посмотрел на монаха — Ах ты ублюдок… Ну почему? Почему из всех мутаций ты выбрал самую омерзительную?! Я ненавижу детей! Ты! — Гундахар перевел взгляд на Гласа — Чтобы сегодня же алхимики Вергилия начали синтезировать сыворотку! Понял?!

— Понял-понял. Только не злись. Сейчас я им напишу.

— У-у-у… сука.

Генерал пригрозил Мозесу кулаком и направился к выходу.

— С днем рождения.

— ПОШЕЛ К ЧЕРТУ, ЖИРНЫЙ КРЕТИН! Вайоми! А ну живо собирай всех и на выход! Клянусь Зунгуфом, если в течение часа я не получу свои подарки, то можешь быть уверен, я устрою Вергилию такую взбучку, что мало вам не покажется!

— Понял. Ладно мужики, вы его слышали. Все на выход.

— Влад, постой — Герман протянул мне золотистый пакетик — Пыльца Лиандрийских пчел. Думаю, она тебе пригодится.

— О, благодарю.

— Обращайся.

Глава 15

Агерон мы покинули спустя пару минут.

Опечатали главный зал и хранилище с зельями. Аккуратно вырвали оба глаза Смотрителя, дабы всегда иметь под рукой ключи от замка (благо каждый из них подходил по отдельности). Побросали ревнивые взгляды на так и неисследованную оранжерею, что примыкала к центральному зданию отдельным крылом, после чего, наконец, вышли за дверь.

Разумеется, каждый из нас был не прочь задержаться и побродить по оставшимся комнатам в поисках чего-нибудь дорогого и редкого, но что поделать? Время не ждет. Точнее — сегодняшний именинник.

Поворот драгоценного ключа доступа, тихий щелчок, и братья Та-Брис вновь пожимают ладони, ограждая секреты лаборатории от внешнего мира.

Держатся крепко. В сотню раз крепче сцепки вагонов.

— Парни, вы это слышите? — спросил Герман, стоило нам оказаться на улице.

— Да. Похоже на музыку, причем электронную. Что-то из восьмидесятых.

— Это Вангелис — ответил я. И пускай с расстояния в пять километров звуки едва доносились до наших ушей, я почему-то смог сходу уловить знакомый мотив — Видимо, Иона наконец-таки отремонтировала Бен-Невир. Наигрывает саундтрек к «Бегущему по лезвию».

— Точно. Классный был мужик — с некоторой грустью произнес Эстир,