Танго Один - Стивен Лезер

Донован сжал ее плечи, отодвинул и посмотрел в глаза:

— Луиза, что происходит?

Она сбросила его руки:

— Я слышала, о чем ты говорил по этим гребаным телефонам, Ден. Мне известно, чем ты занимаешься. Ты поставляешь героин, и сегодня, черт возьми, день доставки!

— Ты шпионишь за мной?

— Не будь дураком! Квартира маленькая, а твои телефоны за последние сутки трезвонили все двадцать четыре часа.

— Мне нужно идти.

Луиза покачала головой:

— Нет, не нужно. Тебе не нужно никуда ходить. Ты можешь выйти из сделки. Брось все это.

— Поговорим потом, — сказал Донован.

На глаза девушки навернулись слезы.

— Луиза, прости, я должен идти.

— Будь ты проклят, Донован!

Ден отшатнулся, пораженный ее реакцией.

— Сейчас у меня нет времени, Луиза. Поговорим позже.

— А если это «позже» не настанет, Ден?

Донован приложил палец к ее губам, потом наклонился, поцеловал в лоб и ушел. Луиза рванулась за ним, но он захлопнул дверь, не оглянувшись.

Девушка облокотилась на дверь, из глаз потекли слезы. Она хотела сказать больше, но не смогла. Не смогла рассказать, потому что предала его — в этом правда. Помогла подставить.

Тина вытерла глаза и всхлипнула. Что за мужчина звонил? Донован всегда разговаривал только по мобильным, он никогда не пользовался ее домашним телефоном. В голосе звонившего было что-то знакомое, но ей ни за что в жизни не вспомнить, что именно. Кто бы это ни был, он расстроил Донована.

Из спальни вышел Робби. Увидев, что Луиза плачет, мальчик застыл.

— Что-то не так?

Девушка покачала головой:

— Ничего.

— Он вернется, — успокоил ее Робби. — Не волнуйся. Луиза кивнула и снова вытерла глаза.

— Прости, — сказала она.

— Ты не виновата, — возразил Робби. — Просто он такой.

— Знаю, — согласилась девушка.

Она протянула к нему руки, и Робби обнял ее.

— Все будет хорошо, — прошептал мальчик.

Луиза погладила Робби по голове. Она прекрасно знала, что ничего хорошего не будет.

Донован ждал на мосту, насвистывая что-то себе под нос. Он проверил провод под ремешком от часов, потом провел рукой по детектору на поясе. Все идет по плану. Джордан и Макфайден уже выехали на летное поле. Донован позвонил ПМ и сказал, где и когда состоится встреча. Договорился встретиться с Фуллертоном на Гайд-парк-Корнер, чтобы вместе поехать на летное поле. Единственный, кто нарушал план, — Грег Хэтуэй.

Под мостом проплыла узкая лодка. Седая женщина лет семидесяти подняла руку и помахала Доновану. Он ответил ей тем же.

Ден выпрямился и увидел Хэтуэя, идущего с сумкой от ноутбука на плече.

Он с улыбкой дошел до середины моста.

— Милый денек, — радостно заметил Хэтуэй.

— Чего ты хочешь? — оборвал его Донован.

— Хочу быть богатым, счастливым и любимым. Хорошо бы еще иметь детей. В общем, все, чего хочет каждый нормальный человек.

Детектор на поясе Донована молчал. Хэтуэй пришел без «жучков».

— Ты знаешь, о чем я.

Далеко внизу пожилой рыболов забросил в воду удочку.

— Я хочу поговорить, — повторил Хэтуэй.

— Найди какого-нибудь доброго самаритянина, — ответил Донован.

— Я соскучился по твоему юмору, Донован.

Он взглянул на часы.

— Торопишься? — спросил Ден.

— Мне в отличие от тебя спешить некуда.

— Хэтуэй, я устал играть в «холодно-горячо». Говори прямо.

Хэтуэй высокомерно усмехнулся:

— Ты ведь недолго думал, стреляя мне в ногу, правда?

— Я хотел убить тебя.

— Не сомневаюсь. Ты хоть представляешь, как эта пуля изменила мою жизнь?

— Дала тебе работу получше?

— Мне нравилось работать в таможне, Ден. Под прикрытием. Я был чертовски профессионален.

Донован презрительно улыбнулся:

— Совсем наоборот. Будь ты хорошим агентом, я бы не вычислил тебя.

— Кто-то меня сдал. Один из твоих информаторов.

Донован покачал головой:

— Ты сам выдал себя. Я уже не помню, как это было, но ты сам виноват. Истории, которые ты рассказывал. Анекдоты. Ты неправильно говорил. Словно припоминал, словно цитировал из книги.

— Чушь!

— Зачем мне лгать? Чтобы причинить тебе боль? — усмехнулся Донован. — Проехали.

— Это была работа, которую я всегда хотел выполнять. Я был хорошим агентом, с отличной реакцией. Потом ты меня подстрелил, и я три месяца провалялся в больнице. Еще через три месяца меня вызвали в отдел кадров и сказали, что для меня нет места в таможне и Управлении таможенных пошлин и акцизных сборов. Поблагодарили за верную службу и указали на порог.

— Но ты ведь получил пенсию за нетрудоспособность?

— Жалкие гроши. Моей жене не понравилось, что меня выкинули на свалку в двадцать четыре года, поэтому она отправилась искать новое пастбище.

— Ах, женщины! — саркастически произнес Донован. — Что нам с ними делать?

— Ты изменил мою жизнь, Ден. Не оставил мне выбора, не подумал о последствиях, просто вышел вперед и выстрелил. Теперь я собираюсь сделать то же самое с тобой.

— Собираешься упрятать меня за решетку?

— Собираюсь получить твои деньги. У Донована отвисла челюсть.

— Все, — добавил Хэтуэй.

— Что ты имеешь в виду?

— Все деньги, которые ты забрал у Шарки. Я хочу их. Сейчас же.

— Ты в своем уме?

— Я все знаю, Донован. О самолете. О героине. Знаю о Макфайдене и Джордане. О летном поле. На твоем языке это называется «быть в дерьме». У тебя нет выхода. Кроме одного-единственного: ты отдашь мне деньги, а я позволю тебе завершить турецкую сделку.

Донован в замешательстве покачал головой.

— Понимаю, ты сейчас в шоке. — Хэтуэй снова взглянул на часы. — Думаю, самолет еще в воздухе. До посадки час. Связаться с ними нет возможности. Даже если ты захочешь.

Донован выругался. Повернулся, чтобы уйти, но остановился. Открыл рот — и не смог ничего сказать. Он слишком растерялся. Поджал губы и взглянул на Хэтуэя. Ему хотелось заорать на него, свалить на землю и бить до потери сознания. Или еще хуже.

Хэтуэй улыбался, словно прочитал мысли Донована.

— Подумай, Донован. Ты в дерьме. С другой стороны, выручку от турецкой сделки можешь оставить себе. Я не собираюсь вытрясти из тебя все до пенни.

Донован покачал головой.

— Почему я должен отдавать свои деньги?

— Потому что если не отдашь — попадешь в тюрьму. Возможно, на всю оставшуюся жизнь. Восемь тысяч килограммов героина, привезенного в страну. Тебе все припомнят. Плюс мексиканская сделка. «Жуки». Мексика — соседка Штатов, и Родригес не в первый раз перевозил кокаин через границу. Я свяжу твое имя с именем Родригеса, и Управление по борьбе с наркотиками тоже захочет снять с тебя шкуру.

— Ты блефуешь, мать твою!

— Прости, но я знаю, где приземлится самолет. Знаю, что на борту. Знаю, кто заплатил за доставку. Я что-то пропустил?

— Знать — одно, доказать — другое.

— У меня есть доказательства, — заверил Хэтуэй.

Донован зашагал по мосту взад-вперед, мотая головой.

— Отлично, у тебя есть доказательства, но ты переиграл сам себя. Все, что мне надо сделать, — это отойти от сделки. Я отойду в сторону, и ты ничего не получишь.

Хэтуэй улыбнулся:

— Дело не в том, получишь ты груз или нет, Донован. Ты подготовил сделку. Это я могу доказать.

— Чушь.

— У меня есть люди под прикрытием. Из твоего близкого окружения.

— Теперь я уверен, что ты лжешь.

— Ты потерял нюх? Не можешь вычислить копа под прикрытием? А ведь ты всегда гордился своим особым даром. Поверь, у меня есть люди, роющие под тебя, Донован. Очень близкие тебе.

Донован замер и уставился на Хэтуэя. Неужели он говорит правду? Если нет, то откуда он узнал о самолете? Кто предал его? Джордан и Макфайден? Может, они сдали его после провала мексиканской сделки? Донован всегда подозревал, что таможне помогли задержать груз. Теперь он знал кто. Джордан и Макфайден. Они сделали это в обмен на свою свободу. Они помогли подставить его.

— Я знаю, кто это.

Хэтуэй покачал головой:

— Нет. Гарантирую, что не знаешь.

— Посмотрим.

— Дело в том, Донован, что ты не можешь позволить себе ошибиться, верно? Ошибешься — и все потеряешь. Деньги и дружбу.

— Я рискну.

Он повернулся, чтобы уйти.

— Это не Рики Джордан. И не Чарли Макфайден, — тихо произнес Хэтуэй.

Донован остановился.

— Если бы это были они, ты бы не сказал мне, верно?

— Согласен, но я говорю, что это не они. Даю слово.

Донован громко рассмеялся:

— Слово? Твое гребаное слово? Ты сейчас скажешь мне правду положив руку на сердце? Почему я должен тебе верить?

Хэтуэй постучал по сумке с ноутбуком:

— Потому что у меня есть доказательства.

Донован уставился на сумку:

— Какого рода доказательства?

Хэтуэй снова взглянул на часы:

— Мы можем болтать долго, Донован. А самолет скоро приземлится.

— Чего ты хочешь?

— Я сказал, чего хочу. Ты забрал у Шарки шестьдесят миллионов долларов. Отдай их мне.