Аурлийский цикл. Книга 2. Потерянный мир - Константин Лебедев

была растянуться от стен до площади, на которой располагался орудийный расчет. Такая линия связи должна была достаточно оперативно сообщать артиллеристам, на какой дистанции в конкретный момент времени находится неприятель.

Кларк сделал не один десяток пробных выстрелов, чтобы подобрать необходимые требушетам настройки. Каждой дистанции теперь соответствовала особая насечка, оставленная на регулирующем дальность стрельбы колесе. Офицер до изнеможения загонял своих подчиненных, добиваясь наибольшей скорости перезарядки орудия. Наблюдавшие за работой требушета древние не могли не восхититься достижениями инженерной мысли своих давних врагов.

Уже в самом конце подготовки города к обороне Агний решил разместить в поле дополнительную ловушку. На расстоянии двухсот метров от стен была вырыта небольшая канава. Доверху забив ее сухой травой, утларги обильно пропитали ее горючим маслом. Меткий лучник легко мог заставить ловушку вспыхнуть, добавив беспорядка в ряды противников, и раздробить их воинство огненной стеной.

Дочь воеводы Валиса взяла на себя обязанность по заготовке провизии. Несмотря на предостережения охотников, она настояла на том, чтобы в округе была отстрелена вся дичь. Ей также пришлось решить вопрос с теми жителями Камграда, кто не мог быть полезен в бою.

По распоряжению воеводы все женщины, дети и старики, не способные держать в руках оружие, спустились в трущобы. Мужчины трущоб, в свою очередь, поднялись наверх, дабы в случае штурма как можно быстрее оказаться у городских стен.

Никто из руководства обороны Камграда не требовал от аурлийцев принять бой, стоя в первых рядах, чему капитан Хольт был несказанно рад. Глава аурлийцев предпочел расположить свои немногочисленные силы около требушетов, где, по его мнению, было относительно безопасно. Моряки и так уже слишком многих потеряли, и он не намеревался бездарно разбрасываться оставшимся в его распоряжении человеческим ресурсом.

Еще в начале подготовки к осаде в город вернулся Джонатан Норрингтон, сопровождаемый дюжиной гвардейцев. Нападение на Новую Аурлию унесло жизни половины гарнизона. Капитан гвардейцев поведал о произошедшем и отчитался о достойном погребении тех, кому в то туманное утро повезло меньше остальных. На щеке убийцы теперь красовался крестообразный шрам.

Увидев лейтенанта, Джонатан не стал церемониться и заключил его в крепкие объятия. Лейтенанту казалось, что еще чуть-чуть, и его ребра треснут от напряжения, но он также сильно был рад видеть старого товарища. Итану пришлось еще раз вернуться к страшным воспоминаниям, чтобы пересказать историю о предательстве Огла и судьбе отряда.

Радость встречи омрачало лишь отсутствие Сирин. Итан не видел ее с момента собрания совета старейшин Камграда. По его просьбе Артур даже делал официальный запрос воеводе, но ответа аурлийцы так и не получили. Только отыскав Агния, лейтенант смог получить хоть какие-то ответы. По словам утларга, Велизар послал Сирин вдоль имперского тракта, дабы призвать всех древних, кто несет службу на блокпостах и пограничных поселениях, вернуться для защиты своего дома.

Кэру нравились те метаморфозы, что произошли в рыжеволосом воине. Пропавший юношеский максимализм позволял Агнию прислушиваться к советам более опытных военачальников и быть открытым для поступающих предложений по усилению обороны города.

Большим сюрпризом стала его предстоящая свадьба с Валисой. Воевода уже давно хотел выдать свою дочь за достойного утларга, а за последний год рыжеволосый заслужил репутацию рассудительного, сильного и смелого воина. Однако Итан предполагал, что основной причиной столь скорого брака являются опасения Велизара за судьбу дочери в случае его смерти. Такой человек, как воевода, безусловно, не хотел, чтобы его род утратил власть над народом даже после его гибели.

Несмотря на это, Кэру хотелось верить в искренность предстоящего торжества. Молодожены весьма органично смотрелись вместе и подходили друг другу, как никто другой. Объединяющий их цвет волос был большой редкостью среди жителей Камграда и вполне мог являться знаком свыше, намекающим на закономерность такого брака. Если верить приметам утларгов, обладатели рыжих волос были отмечены богами и в будущем их должны были ждать великие свершения.

По давним традициям, Валиса была похищена еще за несколько дней до свадьбы. Невеста вообще обязана была становиться частью новой семьи как бы против своей воли. Подобный спектакль был необходим, чтобы ненароком не оскорбить духов-хранителей своего собственного рода. В древних богов утларги уже не верили, но передаваемые из поколения в поколение обычаи все же смогли сохраниться в их памяти.

Воевода прекрасно понимал, как напряжены жители и сколь сильно на них давит атмосфера приближающегося кошмара. Устроить грандиозный пир ему показалось весьма правильным решением, ставящим своей целью поднять боевой дух защитников. Люди должны увидеть, ради чего и ради какого будущего в скором времени они будут отдавать свои жизни.

Сама церемония проходила совсем недалеко от посольства аурлийцев. Высокий деревянный идол стоял на небольшом утесе, с которого открывался прекрасный вид на весь город. Стоя в окружении соплеменников, Валиса распустила свою косу и повязала ленту на руку своего будущего мужа. Несмотря на всю предположительную политичность их брака, молодожены выглядели вполне счастливыми.

Смотря на них, Кэр не мог не вспомнить Питера Колгрейна. Похожую улыбку он видел когда-то и на лице молодого лейтенанта. Итан искренне надеялся, что новоиспеченную семью утларгов ждет куда более счастливая судьба. Празднования охватили весь город, заставив его жителей хоть и на время, но все же отложить давящие мысли о грядущем ужасе.

Утром следующего дня кузни заработали с двойным усердием. У утларгов не было проблем с личным оружием, но все оно требовало дополнительной заточки. Понятия не имеющий, куда ему теперь деваться, Тору решил остаться в Камграде. Быть врагом консула Клетиса и при этом спокойно жить на территориях империи было просто-напросто невозможно.

Используя приобретенные им за время владения борделем навыки, он обыграл в кости одного из кузнецов, заставив того выковать ему надежный доспех. Довольный своей новой броней, полуорк играючи перекидывал увесистую булаву из одной руки в другую.

Оказавшийся в кругу старых товарищей, мистер Грин понял, что не может оставить их в столь важный момент. Его верные спутники хотели его отговорить, но, когда дело дошло до окончательного решения, поняли, что сами не могут бросить аурлийца. Ингрид удалось привыкнуть к косым взглядам, и теперь она старалась вовсе не обращать на них внимание.

Им с Гаеллой все же удалось найти общий язык, и за столом уже не царила та неловкость, что возникла при их первой встрече. Жительница Долины каждый день находилась на пределе своих сил, позволяя себе лишь редкий отдых. Немногочисленные обладатели дара богини Гаетейн ежедневно тренировались поддерживать связь друг с другом. Было невероятно трудно мысленно отыскать одного-единственного необходимого адресата в кипящем жизнью городе, а во время сражения эта задача рисковала оказаться практически невыполнимой.

Громила Джеро стал кумиром детворы Камграда. Добродушного воина часто можно было встретить на улицах города несущим на своих широких плечах по несколько мальчишек. Однажды четверо подобных сорванцов постарались стащить принадлежащий Джеро двуручный топор, но им едва удалось сдвинуть его с места.

В общей суматохе города Кэр несколько раз замечал доктора Рокуэла, бродящего в компании Га-либа.