Аурлийский цикл. Книга 2. Потерянный мир - Константин Лебедев

запечатанный конверт. Сорвав хрупкую восковую печать, он развернул пергамент и выставил его вперед, подставляя под лунный свет.

— Какая ирония. Успей он чуть раньше… — проговорил первородный, изучая приказ капитана Хольта.

Отведя взгляд от письма, он какое-то время осматривал своих безликих спутников. Те терпеливо дожидались в стороне, не собираясь наносить вреда праотцу.

— Думаю, доставить эту бумагу адресату будет правильным и благородным поступком. Вы как считаете? — улыбнулся Лотэйр, и эта улыбка не предвещала гарнизону Новой Аурлии ничего хорошего.

Лучше многих понимая, как краткосрочна может быть жизнь, Джонатан Норрингтон всегда просыпался с первыми лучами солнца, которых этим утром капитану гвардейцев увидеть было не суждено. Плотный, непроницаемый туман охватил все поселение, уменьшая радиус обзора до дюжины метров. Выйдя на крыльцо своего дома, гвардеец уселся на лавку, намереваясь раскурить трубку.

Краем глаза он увидел стоящий посреди поселения силуэт. Джонатан моментально понял, что скрытые туманом очертания принадлежат чужаку. Идеальная осанка явно не могла принадлежать привыкшему к низким перекрытиям палуб и вынужденному проводить большую часть времени в сгорбленном состоянии моряку. К тому же мистер Норрингтон, будучи человеком, несомненно, сильным, прекрасно чувствовал эту самую силу в других, а окружавшая незнакомца аура была практически осязаема.

Существо медленно повернуло голову в сторону аурлийца, и тому пришлось призвать всю свою храбрость, чтобы выдержать этот недосягаемый взгляд. По крыше дома капитана гвардейцев бесшумно карабкалась тварь, похожая на гигантского таракана. Уловив запах живого существа, она хотела вкусить его плоти.

Джонатан поднялся и потянулся к мечу. Лицо окутанного туманом отступника исказила хищная улыбка. Тварь зависла на краю крыши, намереваясь прыгнуть на спину аурлийца. Гвардеец ухватился за рукоять, заставив Лотэйра улыбнуться еще шире. Таракан оттолкнулся от кровли и, раскинув свои подобные иглам волосы, устремился к своей жертве. Убийца даже не обернулся, проткнув голову твари своим мечом и заставив ее повалиться у собственных сапог.

Отступник немного склонил голову, взглянув на аурлийца другими глазами, и коснулся своих клинков кончиками пальцев. Гвардеец громко закричал, пытаясь разбудить всех, кто еще спал. Сейчас он старался не думать о том, что произошло с гарнизоном на стене и почему они не подняли тревогу при виде посторонних. Страха аурлиец не испытывал. Еще не вступив в бой, Джонатан впервые за долгое время понял, что видит перед собой достойного противника.

Опытный убийца слегка подпрыгивал из стороны в сторону, чтобы спутать своего врага, но тот не двигался с места ровно до тех пор, пока аурлиец не подобрался к нему на длину клинка. Джонатану потребовалась вся его скорость, чтобы увернуться от первого выпада. Бой шел уже на протяжении минуты, но мечи так ни разу и не столкнулись друг с другом. Мистер Норрингтон искренне восхищался мастерством своего оппонента.

Тишина их схватки сильно контрастировала с тем, что творилось вокруг. Повсюду слышались стоны и ругательства. Гарнизон успел принять бой, но был шокирован внешним видом тех, с кем ему пришлось столкнуться. Аурлийцам сильно повезло, что противников оказалось не так много, и у них был хоть какой-то шанс на выживание.

Впервые столкнувшись, клинки издали неприятный звон. Когда убийца разорвал дистанцию, его рука немного дрожала от напряжения, но лицо улыбалось. Он видел перед собой истинное воплощение мастерства и понял, что прожил столь долгую для его профессии жизнь именно ради этого момента.

— Никакой пощады! — крикнул Джонатан, призывая Лотэйра уважать своего оппонента.

Опытного воина сильно задевало, что противник играется с ним, сражаясь вполсилы. В глазах отступника он увидел неподдельный интерес, а через секунду вынужден был пятиться назад, отбивая сыплющиеся на него выпады. Убийца понимал, что проигрывает, но улыбка не сходила с его лица. Он находил настоящее упоение в том смертельном танце, что устроили два великих мастера.

— Не вмешивайтесь! — закричал с трудом переводящий дух гвардеец, когда место их сражения окружили немногочисленные моряки, выжившие после стычки с мертвецами.

Убийца выдыхался. Тем не менее он не хотел доводить бой до того момента, когда не сможет поднять меч. Парировав выпад, аурлиец пошел в свою последнюю атаку. Гвардеец понимал, что ему ни за что не убить Лотэйра, и мечтал лишь о том, чтобы оставить на его теле хоть малейшее ранение, дабы навсегда увековечить в голове отступника память о противнике по имени Джонатан Норрингтон.

Первородный сделал несколько шагов назад и встал в глухую оборону. Несмотря на прохладное утро, по лицу Джонатана стекал пот, а мышцы ныли от напряжения. Не давая противнику и шанса на контратаку, он продолжал орудовать своими клинками так, что не все из невольных зрителей могли уследить за их движениями.

Сталь не выдержала раньше аурлийца, оставив его стоять с обломком меча в руках. Даже в такой ситуации мистер Норрингтон не впал в отчаяние и смог вовремя занять оборонительную позицию. Увернувшись от очередного удара и изогнувшись в невероятном выпаде, он практически дотянулся до лица Лотэйра. Отступник перехватил его руку и, вывернув ее одним ловким движением, заставил Джонатана выпустить оружие.

Сделав подсечку, первородный повалил капитана гвардейцев на землю, словно пушинку. Джонатан моментально откатился в сторону и выставил перед собой оставшийся в его распоряжении кинжал. Меч Лотэйра торчал из земли в том месте, где еще совсем недавно лежал аурлиец. Ставшую бесполезной руку гвардеец прижимал к груди. Отступник проявил благородство и не стал доставать второй клинок из земли.

Два величайших мастера своего дела сошлись в последний раз. Джонатан так и не смог нанести своему противнику какой-либо урон. Через минуту капитан гвардейцев уже стоял на коленях, а его собственный кинжал смотрел ему в горло. Тем не менее аурлиец гордо смотрел в глаза своему убийце, а на лице его блуждала улыбка.

— Никто не хочет ему помочь? — рассмеялся Лотэйр, оглядывая не решающихся спасти своего капитана аурлийцев.

— Оставь их. Для тебя они никто, — смиренно проговорил мистер Норрингтон.

Брови Лотэйра поползли вверх от удивления. Склонившись к лицу Джонатана, он уткнул острие кинжала в щеку капитана гвардейцев.

— Они не понимают того, что движет такими, как мы, — прошептал отступник так, чтобы эти слова слышала только его жертва.

— Именно поэтому бой с ними не доставит тебе удовольствия, — прошептал в ответ аурлиец.

— Джонатан Норрингтон. Не слишком благозвучное имя для такого хорошего воина, но я постараюсь его запомнить, — отступник отстранился, чтобы получше рассмотреть удивление, возникшее на лице аурлийца.

— Откуда тебе известно, как меня зовут? — капитан гвардейцев был рад тому, что теперь его имя не умрет вместе с ним.

— Твой капитан приказывает тебе вернуться в Камград. Думаю, тебе стоит подчиниться, — раздался в голове убийцы голос праотца.

— Ты сохранишь мне жизнь? — удивился еще больше Джонатан.

— Я