Заклятье волка - Евгений Анатольевич Леухин

плечом к плечу с редгардийцам. Трупов было так много, что лошадям некуда было ставить копыт, и они подворачивали ноги, цепляясь за мертвецов…

Степной воин бил, как сумасшедший, нанося серии ударов по щиту Карима. Внезапно лошадь воина покачнулась. Когда Карим падал, он краем глаза увидел глубокую рану на шее лошади, с которой фонтаном била кровь. Смертельно раненная кобыла, придавила воину ногу, и он был крепко прижат к земле. Прикрываясь щитом, он увидел, как редгардиец, почему-то потеряв к нему интерес, бросился в атаку на новую жертву.

«Сегодня боги благоволят мне!» – подумал Карим и, отбросив щит, попытался изо всех сил выдернуть ногу из-под бьющейся в предсмертных судорогах кобылы.

Испуганная гнедая лошадь без седока, пытаясь выбраться из этой смертельной мясорубки, рвалась сквозь толпу, не видя ничего на своём пути. Лежавший на земле Карим закричал, пытаясь отпугнуть лошадь, но гнедая, увидев в стене всадников свободное пространство, бросилась на него. В глазах воина запечалился момент, когда тяжёлое копыто на миг зависло над его головой… Череп воина треснул как орех, под ударом стальной подковы, мгновенно выбив душу из его тела.

Подбадриваемые призывами полковника, кавалеристы союзников, пустившись галопом, пошли на сближение с всадниками врага. Ульвен обратил внимание, что редгардийские воины кроме хорошего владения саблями, отлично справляются и с длинными копьями. Это могло приравнять их шансы в лобовой атаке с кавалерией союзников, которые использовали защищающие тело доспехи. Сойдясь в лобовом ударе, две волны всадников смешались. Лошади вставали на дыбы. Воины падали под копыта. Не человеческие крики издавали раненные. На поле боя сразу же воцарилась неразбериха. Количественное преимущество белых всадников было бесспорно.

Асмунд положил свою руку Ульвену на плечо и сказал:

–Бери своих солдат и помоги нашей кавалерии. Не сладко им приходится!

–Слушаюсь, господин генерал! – воскликнул Ульвен и рванулся бегом к своему батальону.

–Береги себя, сынок! – крикнул ему вслед Асмунд.

Солдаты Ульвена уже сидели в сёдлах, с волнением поглядывая на кипящую битву у подножья холма. Ульвен с разгона запрыгнул на своего нового серого коня подаренного лично королевой Рафией и, выхватив меч, закричал:

–За победу Нифльхейма!

–Ура-а-а-а! – подхватили Ульвена его новые воины и во весь опор бросились в кипящее сражение.

Конь, подаренный королевой, был хорош, вынослив, быстр как молния, но своенравен. Сбруя и седло были искусно выделаны, прошиты золотой ниткой с серебреными вставками. Пришпорив Баркона, Ульвен слетел с холма, на несколько корпусов обогнав мчащихся за ним солдат. Сражение было в самом разгаре и продолжало набирать обороты. Вдохнув запах боя, сердце Ульвена застучало, как молот по наковальни, чувства обострились, а мышцы моментально налились кровью.

Первый редгардиец оказавшийся на пути Ульвена был насквозь пробит копьём, и от мощного удара на несколько метров отлетел от оставшейся без седока лошади. Ту же участь постигла и второго редгардийца, но он неудачно упал из седла и сломал Ульвену копьё. Лошадь Ульвена нервно фыркала, ржала и вставала на дыбы, пытаясь сбросить хозяина. Рёв боя испугал Баркона и Ульвен выругавшись, потянулся за плетью. В этот момент сзади к воину подбежал редгардиец с длинным копьём и попытался пырнуть им Ульвена в спину. Воин заметил целившийся в него наконечник копья слишком поздно. Внезапно Баркон махавший гривой, со всей силы пнул подбежавшего сзади степного воина в грудь, от чего тот, пролетев несколько метров, замертво упал на землю.

–Молодец, Баркон! – воскликнул Ульвен, спрятав плеть, и потрепал коня за гриву.

Баркон, возможно почувствовав свою значимость в битве, и похвалу хозяина успокоился. Ульвен достал из ножен Зарницу и, подбадривая солдат, бросился в бой. Краем глаза он увидел, как полковник Эгиль в самой пучине боя поражённый ударом длинной сабли упал на землю. Его тут же окружили воины Нифльхейма и, отбившись от противника, увезли на лошади.

Бой был жесток. Землю, пропитанную кровью, устилали растерзанные тела мёртвых воинов. Лошади копытами топтали упавших раненых. Озверевшие солдаты били без разбору не жалея ни людей, ни животных. Через некоторое время силы союзников стали одолевать редгардийцев. Всадники в белых одеждах стали всё чаще падать на землю, хотя до конца боя было ещё далеко.

Адъютант, подъехавший к Ульвену, застал его в момент, когда воин разделался с очередным редгардийцем, молниеносным ударом клинка, полоснув его по горлу.

–Господин капитан! У меня срочное сообщение от генерала Асмунда! – воскликнул адъютант, перекрикивая рёв битвы.

–Говори!

–Генерал приказывает Вам немедленно собрать солдат и, обогнув холм, ударить в штаб армии короля Териса!

–Но ведь битва здесь ещё не закончилась, как я смогу собрать солдат?

–Король Терис бросил в бой резервы! Они теснят наши позиции, ситуация критичная. Вы должны ударить по штабу редгардийцев, чтобы оттянуть силы с главного направления…

Внезапно, сзади адъютанта, появился редгардийский конник и, не секунды не колеблясь, вонзил ему в спину копьё. Наконечник насквозь пробил тело молодого адъютанта, выйдя чуть ниже груди. Бросив удивлённый взгляд на торчащий из живота окровавленный наконечник копья, воин, закатив глаза, повалился с лошади. Ульвен подстегнул коня и тут же оказался рядом с редгардийцем. В воздухе сверкнула Зарница, и обезглавленное тело всадники, брызгая кровью, свалилось на землю.

–Локи, собирай солдат! – воскликнул Ульвен.

–Куда будем собираться? – спросил, Локи пронзив копьём очередного редгардийского всадника.

–К королю Терису в гости заскочим!

–Так мы же ещё здесь с гостями не закончили?

–Нет времени объяснять, мне надо двести солдат срочно!

Когда группа всадников во главе с Ульвеном, обогнув вражеские отряды, стала взбираться на холм, на котором располагался штаб короля Териса. Солнце уже высоко поднялось над горизонтом и нещадно палило бьющихся на смерть воинов.

–Жалкая попытка изменить ход битвы! – усмехнулся Халис, смотря на отряд всадников подымающихся по холму.

Король Терис сидящий на оббитом кожей кресле в окружении генералов, улыбнулся, посмотрев на сына. Король Редгардии был невысокий коренастый мужчина с седыми волосами и белой густой бородой. Тело Териса защищали натёртые до блеска доспехи, инкрустированные золотом и драгоценными камнями. Голову венчала золотая корона с самыми крупными брильянтами и рубинами.

–Аминтас, уничтожь этих всадников! – приказал Терис, своему начальнику личной охраны.

–Порадуй нас красивым боем, Аминтас! – ухмыльнулся Халис.

–Слушаюсь, Ваше Величество, – ответил начальник охраны, запрыгнув на лошадь.

Выкрикивая приказы, Аминтас собрал закованных в латы всадников, стоящих возле штаба армии короля Териса, и ринулся на приближающихся нифльхеймцев.

–Ваше Величество, позвольте я дам приказ, забрать с поля боя часть всадников… – сказал генерал, стоящий возле Териса.

–Визимир, это будет излишне! – перебил генерала Халис – Неужели ты думаешь, что Аминтас с тремя сотнями отборных воинов