Заклятье волка - Евгений Анатольевич Леухин

сверху, Ульвен мог с уверенностью сказать, что количество редгардийской кавалерии принявшей участие в первой атаке намного превышает всю союзную армию Нифльхейма и Антурии.

Солдаты подняли копья и щиты, готовясь к столкновению. Артиллеристы подожгли бочки с маслом. Пламя быстро охватило смертельные заряды. Послышался сигнал рога и огненные шары взлетели в небо. Падая с неба, огненными болидами, заряды крушили ряды конников, оставляя на поле боя десятки обгоревших трупов. С поля боя послышались смертельные вопли горевших заживо редгардийцев. Горящие лошади, бегая по полю, наводили на нападающих ужас. Пока редгардийские командиры наводили порядок в рядах атакующей кавалерии, артиллеристы уже заряжали новые бочки.

Конечно же, двенадцать бочек с горящим маслом не могли остановить движущуюся армаду. Волна нападающих продолжала накатываться на союзников, и тут на них посыпался дождь из стрел. Сотни стальных наконечников, падая с неба, смертельно жалили, выбивая из рядов сотни конников. Сближаясь с рядами обороняющихся, редгардийцы увидели лес копий направленных в их сторону. Здесь степные воины и проявили своё бесстрашие. На полном ходу они врывались в шеренги копейщиков не жалея не лошадей, не себя. Не смотря на полное безумие, эта тактика стала приносить свои плоды.

Вскакивая, лошади натыкались на острые копья, но проламывали ряды пехоты. Отчаянные всадники, прикрываясь щитами, прыгали на острые копья, в предсмертном мгновении целя своими пиками в тела пехотинцев. Смешав ряды союзников, следующие волны редгардийцев влетали в шеренги пехоты и наносили смертельные удары обороняющимся. Закипело сражение. Крики раненых смешивались с лязгом оружия и лошадиным ржанием. Ульвен побагровел от волнения, периодически хватался за меч и исподлобья поглядывал на генерала. Асмунд, ловя взгляд Ульвена, усмехнулся.

–Подожди, Ульвен, твоё время ещё придёт! – сказал Асмунд, глядя на поле боя – Генерал Маджид, прикажите бросить Вашу тяжёлую кавалерию на левый фланг. Похоже, там конница редгардийцев продавливает вашу оборону!

Генерал Маджид вздохнув, приказал адъютанту передать приказ кавалерии. Левый фланг обороны полностью состоял из солдат Антурии. Это было сделано вовремя, так как уже через несколько минут редгардийские воины, прорвав оборону, ринулись на холм, где располагался штаб, но их тут же смяла тяжёлая кавалерия Антурии. Внезапно, со стороны пустыни, показалась крупная группировка редгардийцев, как минимум в два раза превышающая по численности кавалерию союзников. Всадники, тайно обогнув холм, на полной скорости приближались к объединённой армии Нифльхейма и Антурии.

–Похоже, новые гости к нам пожаловали, – вздохнул Эгиль.

–Ваш выход, полковник! – кивнул головой Асмунд, поджав губы.

Полковник лихо запрыгнул на белую лошадь и помчался к своим кавалеристам.

–Нет, Ульвен, ещё не время, побереги силы, – покачал головой генерал, посмотрев на, переминающегося с ноги на ногу, Ульвена.

Вглядываясь в изгибы соседнего холма, Карим поморщился от ноющей боли в плече. Затянувшаяся рана, полученная во время боя в миеринском посольстве, всё еще периодически напоминала о себе. Безвольное ожидание, пока в нескольких сотнях ярдов от них уже шёл ожесточённый бой, тревожило и наталкивало на дурные мысли. Невольно, покачиваясь в седле, воин был готов выхватить меч и рубить, хотя до подножья соседнего холма было больше мили и на всём этом расстоянии не было не души.

–Я на девяносто процентов уверен, что они атакуют из-за этого холма! – подлил масла в огонь Гафур, подъехав вплотную к Кариму.

–Ночью наша разведгруппа столкнулась с отрядом редгардийцев за этим холмом. А на рассвете наши люди видели на этом холме всадников. Плюс наше расположение. Я на девяносто девять процентов уверен, что они атакуют со стороны этого холма! – произнёс Карим и стёр со лба капли пота.

–Да, майор, и, похоже на то, что, битва будет не лёгкая!

После коронации королевы Рафии, Карим получил повышение за активное участие в свержении Басира. Не успев примерить новый мундир и залечить полученную в посольстве рану, он один из первых изъявил желание участвовать в битве с редгардийцами. И теперь, когда подполковник Башир, возглавив тяжёлую конницу, бросился на помощь копейщикам, прогнувшихся под натиском удара редгардийцев, Карим возглавил отряд лёгкой кавалерии Антурии. Для него это была большая ответственность, потому, что он никогда не командовал таким большим отрядом – в тысяча триста воинов.

Внезапно из-за злополучного холма появились первые всадники в белоснежных одеждах. Редгардийская кавалерия, на полном ходу обогнув холм, неслась в атаку на правый фланг союзников. Кариму, наконец-то представилась возможность выдернуть меч из ножен, а между тем, вражеские всадники всё продолжали и продолжали выезжать из-за холма, демонстрируя свою многочисленность.

–О Боги, сколько же их там! – воскликнул Гафур, покачав головой.

–Стройся! К оружию! – закричал Карим, призывая своих воинов к бою, хотя все и без него видели мчащихся на них редгардийцев и обнажили мечи.

Полковник Эдмунд пролетев сквозь ряды кавалеристов, поставил своего белого коня на дыбы перед рядами всадников. Размахивая над головой мечом, он заорал:

–Воины, наконец-то настал наш час! Три месяца мы гонялись по пустыне за этими скотопасами! Сейчас мы вонзим свои мечи в их слабые тела и да прольётся кровь! Вперёд!

Воины подхватили призыв полковника и заорали что есть мочи. Выставив вперёд копья и мечи, кавалерия бросилась на встречу редгардийцам.

–Бей! Убивай! – закричал Карим и бросился в бой, увлекая за собой своих воинов.

С вершины холма было видно, как две ревущие волны накатились друг на друга, самоубийственно столкнувшись живой плотью. Всадники с остервенением протыкали друг друга копьями и мечами, орошая землю свежей кровью. Лошади вставали на дыбы, упуская тяжёлые копыта на раненных, превращая в фарш павших воинов.

Карим оказался в первых рядах волны. Отбив щитом удар копья, он атаковал мечом, размозжив череп редгардийскому всаднику. Брызги крови полетели ему в лицо, оставив во рту мерзкий привкус металла. Следующий редгардийский воин оказался более проворней. Увернувшись от удара меча степняк, выкрикивая проклятия, атаковал длинной саблей и на несколько дюймов чуть не достал до незащищённой шеи Карима.

Сильный удар угодил Кариму в больное плечо и если бы не толстый стальной наплечник, воин остался бы без руки. Тупая боль парализовала руку, заставив Карима опустить меч. Редгардиец не теряя не секунды, занёс над головой саблю…

«Это конец!» – пролетела мысль в мозгу воина.

…Внезапно лицо степного воина исказила гримаса боли. Рука выронила саблю, а из груди вылезло окровавленное остриё меча. Покачнувшись, редгардиец повалился на землю.

–Командир, ты ранен? – спросил Гафур, смотря на залитое вражеской кровью лицо командира.

–Нет, это кровь врагов, – ответил Карим.

Поговорить им не удалось, так как тут же последовала следующая атака редгардийцев. Задние ряды кавалерии напирали, и на стыке атаки образовалась давка. Солдаты Нифльхейма терлись