Ледяная корона - Андрэ Нортон

Отряд Имфри увеличивался. Возвращающиеся разведчики приводили с собой все новых и новых людей, стражников, егерей и даже солдат, дезертировавших из личной охраны своих господ. Полковник лично допрашивал каждого новоприбывшего, стараясь из их рассказов вычленить что-то новое, чтобы воссоздать более или менее складную картину происходящего в стране. Всякий раз, беседуя с новым человеком в форме, Имфри сидел за столом и, пристально глядя собеседнику в глаза, выслушивал его жуткий рассказ.

Среди них оказалось несколько офицеров, и двое или трое из них выдавали себя за людей ниже рангом, нежели были на самом деле. Эти люди держались вместе, своеобразное командное ядро бывших некогда отрядов.

– …пришел секретный приказ, – рассказывал новоприбывший. – А майор Эммик тогда беседовал с другим офицером в караульном помещении. Тут мы услышали выстрел. Когда выломали дверь, майор лежал убитый – пуля насквозь прошла через голову. А тот странный полковник… тут он начал объяснять нам, что майор оказался изменником, во что мы не поверили ни на секунду… Тогда полковник внезапно схватился за голову и ринулся к стене. Мы рты поразевали от изумления. Он с размаху шарахнулся головой об стену и тотчас же отдал Богу душу. Короче, убил сам себя. Ну, мы, конечно, не знали, что делать. Наш капитан сперва ходил как в тумане и ни черта не соображал. А потом улегся на койку, а когда сержант явился к нему за приказом, тот лишь расхохотался ему в лицо. Это был сержант Квантиль, и это он взял на себя смелость приказать часовому встать у ворот и не пускать никого внутрь, даже посланников с хорошими новостями. А потом он приказал троим из нас выйти и разузнать, в чем дело. Мангрон поскакал к Западным Воротам, Афран – на Балзай, а я должен был попытаться добраться до нашего полковника в Уркермарке. Там я увидел распахнутые ворота. Но никому не давали войти. Я решил, что внутри идет сражение – во всяком случае, я видел вспышки выстрелов. Потом повстречался с вашим человеком, сэр, и то, что он рассказал, показалось мне куда разумнее всего, что я услышал с тех пор, как убили майора Эммика. Поэтому и пришел сюда.

– Человек, который послал секретный приказ, тот полковник… тебе известно его имя? – осведомился Имфри.

– Я никогда не видал его прежде, сэр. У него на мундире сверкал новый королевский знак различия: черная голова форфала с открытой пастью и высунутым языком… весьма отвратное зрелище, доложу вам, сэр. Потом сержант стал разыскивать его бумаги, и ничего не обнаружил, кроме одного распоряжения. Оно валялось на столе. И знаете, сэр, оно было написано прямо как настоящее, но на нем не было подписи королевы. Там было просто написано: «именем короля», а король Никлас уже несколько дней, как скончался! Тут что-то не так!

– «Именем короля», – задумчиво повторил Имфри. А потом выпалил следующий вопрос: – Какого короля?

Мужчина уставился на полковника, потом молниеносно выскочил из-за стола, дико озираясь по сторонам, словно выискивая путь, как можно сбежать. Роана догадалась о его подозрениях. Он вполне мог подумать, что Имфри тоже сошел с ума.

– Нет, солдат, я не сумасшедший, – успокоил его полковник. – Просто у меня есть веские причины предположить, что кто-то из ближайшего окружения королевы, воспользовавшись этой суматохой, попытался захватить власть в свои руки. И если ему это удалось…

Солдат сглотнул комок в горле.

– О! – воскликнул он в ужасе. – Так вот в чем дело! Но я никак не могу вспомнить имя, которым подписали распоряжение. На бумаге имелся отпечаток большого пальца, все как полагается… но имени-то не было! Может быть, поэтому сержант Куантиль счел это очень странным. В этой бумаге говорилось, чтобы майор передал командование в руки этого полковника, но оно не было подписано соответственным именем. Но, сэр, а где… где же королева?

– В Уркермарке, где и должна быть! – проговорил Имфри, подчеркивая каждое слово, будто давая клятву. – Ты говорил, что город закрыт?

– Ворота заперты так же плотно, сэр, как во времена нимпов, когда объявили осадное положение. Помните те старые деньки? А чтобы взять ворота, надо воспользоваться самыми мощными осадными орудиями.

– Это внешние ворота, солдат. Но есть же и иные способы попасть в город, не так ли? Скажи, солдат, сколько времени понадобиться, чтобы отправить на твой пост послание?

– На свежем двуроге я доставил бы его к полуночи, сэр.

– Отлично. Тебе известно обо всем, ибо ты это видел собственными глазами. Так доложи об этом своему сержанту. И передай ему послание от меня. – Имфри достал листок бумаги, небольшую чернильницу и перо. После каждого подобного допроса он писал несколько строк, опускал кончик пальца в чернила и оставлял на бумаге свою «подпись».

– Маттинэ! – позвал он и, когда егерь появился в дверях, приказал: – Приготовь для солдата свежего двурога!

– Будет сделано, милорд!

Когда солдат уехал, Имфри долго разглядывал огонь в очаге. Роана подошла к нему, не в силах более терпеть тишину, царящую в комнате.

– Ты сказал, что в Уркермарк можно попасть еще каким-то способом, кроме ворот? – спросила она.

– Это значит, что нужно сделать подкоп. История нашего королевства состоит почти из постоянных войн и сражений, из-за борьбы династий. И эти «игры», в которых мы все принимали участие, частенько заканчивались для некоторых смертью. Я всегда думал, кому доставляло это удовольствие? Вряд ли все наши войны явились результатом действия тех приборов. Однако нам все же удалось узнать кое-что о дьяволах, которые настроили их на нас, не так ли? – И он вопросительно посмотрел на Роану.

– Но тогда эти дьяволы должны существовать. Иначе в тех экспериментах не было бы никакого смысла. Однако психократы давным-давно умерли.

– Приборы тоже уничтожены навсегда, а ты посмотри, что творится! Я желаю знать, что именно воздействует сильнее на одних, чем на других. В любом случае, главное для нас – королева. Она меня очень волнует. Ведь вполне могло статься так, что Реддик сам себя объявил королем. Что оставляет для Лудорики только две возможности: либо она уже умерла вследствие разрушения короны, либо полностью находится в руках Реддика и поддерживает все его интриги. Что бы там ни было, ему нельзя позволить… – Имфри снова замолчал и изучающе разглядывал Роану. Роана понимала с самого начала, что между ним и королевой существует очень прочная связь. И если королева умерла…

Она глубоко вздохнула, думая о том, сможет ли она когда-нибудь сбросить с себя бремя вины. Хотя Имфри и пытался убедить ее в полной непричастности к происшедшему, она думала совсем иначе. Она взглянула на него и поняла, что необходимо поскорее отвлечь его от страшных мыслей, и когда он повернулся к ней, заметила, что его лицо немного расслабилось.