Госпожа следователь - Ирина Зарубина

— Это я проверю, прямо вот сейчас поеду в Шереметьево и проверю. Фома, если наркотик есть — чихает. Уж чих-то я услышу! — улыбнулась Клавдия.

— «Князь»… — не ответил на ее улыбку Чубаристов. — Нет, это не Черепец. Знаешь, они кликухи дают все-таки хоть как-то соответствующие внешности, характеру…

— Да уж, Черепца князем не назовешь, — усмехнулся Игорь.

Он все продолжал взбираться по лестнице счастья. Как же — он сидит в компании лучших сыщиков России, он вместе с ними обсуждает сложнейшее дело. Разве это не счастье?

— А что там этот Осипов? — спросила Клавдия. — В себя не пришел?

— Нет пока, — ответил Игорь.

— Вот что, ребята, хотите, назову вам…

— Преступника? — зачарованно прошептал Игорь.

— Нет, концы, которые торчат из дела, — умерил его ожидания Чубаристов.

— Да я и сама их вижу, — вздохнула Клавдия.

— Ну-ка.

— Нет, давайте вот как — Игорек попробует.

— Я? — сглотнул парень радостный ком. — Пожалуйста… Мы никак не прояснили с этими противозачаточными. Ну, которыми далматина отравили…

— Хорошо, — похвалила Клавдия.

— Ну… Вот с Князем… Потом — Ирина ведь уже хотела вам показать в тетради своего босса. Значит…

— Я вспомнила эту страницу, — сказала Клавдия. — Я ее нашла. Там двенадцать человек. Женщин я отбросила. Получилось пять…

— Во! — воскликнул Игорь. — Это уже!..

— Среди них — Черепец оказался, — мягко прервала Клавдия.

Игорь почесал затылок.

— Теперь давай я попробую, — сказал Чубаристов. — Как я уже говорил — затевать всю катавасию, чтобы получить окно и успеть провезти наркоту — тут не вяжется. Это раз. Столько трупов ради этого — не верю. Теперь Черепец. Вообще странная фигура. Если он замешан, то с какой стати он всеми силами помогает вам его же и подозревать? Или тут слишком тонкая игра, или это не он. Два. Наркоту не провозят, как вы понимаете, в мешках. Должен быть легальный груз — кофе, удобрения, химреактивы какие-нибудь. То есть должен быть легальный получатель груза. А какой груз может получать ваш Черепец? У него есть фирма? Он чем-нибудь торгует?

— Нет, — сказал Игорь. — Никаких коммерческих дел. Но может быть подставное лицо.

— Да, верно, — задумался Чубаристов. — Может быть… Хотя это ведь лишние свидетели, круг расширяется… Но самое главное — вообще вся история. Собаку украли, но ничего с ней не сделали, и вдруг, ни с того ни с сего, начинают прятать концы в воду. Три трупа, не считая далматина. На кой?

— Значит, что-то сделали, — сказала Клавдия. — Но что?

— А может, у Фомы нюх отбили к другому наркотику?! — закричал, обрадованный своим озарением, Игорь. — Может, это не рэйдж?

— Может быть, — не разделила энтузиазма Игоря Клавдия. — Ладно, это оставим. Теперь вот из экспертизы — бомж был убит ударом острого предмета в грудь. Мне же Лина сказала сразу, а я как-то мимо ушей пропустила.

— Где, где это? — не поверил Игорь. Он подошел к Клавдии и стал через плечо читать то место, на которое пальцем указывала Дежкина.

— Выходит, Хорек наврал? Он бомжа ножом пырнул?

— Боюсь, нет. Помнишь соседка сказала про человека в клетчатой кепке?

— Да напутала…

— Нет, ребята, эту кепку я где-то видела…

— Где? — опешил Игорь.

— Не знаю. И вообще, я чувствую, что с преступником я уже встречалась. Даже если это не Черепец.

— У нас осталась только Журавлева.

— Ты понимаешь меня, Виктор? — почему-то к Чубаристову обратилась Клавдия. — Не знаю, как объяснить…

— Понимаю. — Чубаристов коротко кивнул. — Ты сеть забросила широко. Он явно мелькнул где-то…

— М-да… — сказала Клавдия. — Ну ладно, помозговали — и за работу. Поехали.

— А если с другого конца? — спросил Чубаристов. — С этого пацана начать? С кинотеатра, дискотеки?..

— Не-a… Зачем с конца, если у нас весь клубок в руках? — улыбнулась Клавдия.

12.10–15.31

— Глебушка, сначала заедем к экспертам, — сказала Клавдия, усаживаясь на переднее сиденье.

— К экспертам? — переспросил Игорь, не понимая причину.

— Да, я тут шприц один хочу им дать. Может, Ленка моя им кололась…

В Шереметьево добрались уже после обеда. Как раз попали в самую толчею. Клавдия сразу вспомнила свой любимый оптовый рынок. Но разница была. Если там общим девизом носилось — «Эх, сэкономим!», то здесь — «Ух, заработаем!»

Из огромного барака таможни выносились, вывозились, выкатывались и вытаскивались самые невероятные ящики, мешки, тюки, коробки, бочки, канистры, контейнеры и банки.

Сколько же тут всего было! И это мельчайшая часть ввозимого в Россию. Самолетами отправляют только самое срочное, не очень объемное, но очень дорогое. А еще были морские порты, а еще железнодорожные станции, а еще автодороги…

Клавдия как-то сразу растерялась среди такого обилия разнообразных предметов. Ведь она воспринимала их как возможные места укрытия наркотика. А уж когда вспомнила про остальные пути, так тоскливо стало на душе — никогда им не выловить и одной тысячной доли контрабанды.

Игорь, видать, тоже приуныл. Стеллажи с авиагрузами были высотой в трехэтажный дом. Юркие кары-автопогрузчики сновали меж ними, высовывая железные усы и снимая с самых верхних полок тяжеленные коробы.

Клавдия прошла к начальнику, расспросила про Черепца, и ее проводили вместе с Игорем в дальний, слабо освещенный угол, где суеты почти не было. А только изредка появлялись служащие, чтобы сверить накладные, что-то переписать и рассмотреть бирки.

— О! Вот уж не ожидал! — выглянул из-за стеллажа удивленный Черепец. — Решили-таки посмотреть Фому в работе?

— Да вот решили, — как можно веселее ответила Клавдия.

Но Черепец вдруг помрачнел.

— Не доверяете, — сказал почти зло. — Ну что ж, ваше право. Смотрите.

Фома, увидев Игоря, весело завилял хвостом, даже направился было к своему спасителю, но Черепец одернул его:

— Место! Искать!

— Ничего сегодня? — спросила Клавдия, чтобы как-то сгладить неловкость.

— Ничего, — буркнул Черепец. — Мы это уже вчера проверя…

Он не договорил, потому что Фома вдруг опустил голову и совершенно отчетливо чихнул.

Клавдия замерла. Игорь тоже.

А Черепец вдруг обернулся к Дежкиной, посмотрел ей прямо в глаза и сказал:

— Это уже подло. Вы не имеете права.

Клавдия, совершенно не ожидавшая такой странной реакции Черепца, отступила назад.

— Отойдите, я вас добром прошу, — прошипел сквозь зубы Черепец.

Игорь, оставшийся как бы в стороне от этой сцены, пришел в себя первым.

— Ваш пес чихнул! — сказал он.

— Конечно, чихнул, — зыркнул на него Черепец.

— Значит, — сказала Клавдия, — он нашел наркотик.

— А вы все еще сомневаетесь? — язвительно спросил Черепец. — Конечно, нашел. А как вы думали!

— Тогда, простите, почему вы не зовете таможенников? Почему не выполняете свои прямые обязанности? — Клавдия теперь наступала.

— Вы считаете? — иронично спросил Черепец. — Хорошо!

Он достал из кармана рацию и коротко сказал в нее:

— Двадцать один вызывает семь. У меня груз «Ка — пять».

Через полминуты вокруг Клавдии и Черепца стояло уже человек двадцать. Таможенники, милиционеры, автоматчики. Ну, прямо войсковая операция.

— Показывайте, — попросил начальник таможни, — где искать.

— Пожалуйста, — снова загадочно улыбнулся Черепец. — Вот у этой женщины.

Клавдия не успела ахнуть, Игорь только хлопнул глазами, как госпожу следователя скрутили и прислонили лицом к какой-то вонючей бочке.

— Я следователь прокуратуры… — успела только сказать Клавдия Васильевна, но никто ее не слушал. Чуть ли не на руках ее оттащили в подсобку, оставили наедине с крупной женщиной, которая закрыла дверь и коротко приказала:

— Раздевайся.

У Клавдии от возмущения даже слов не находилось, руки дрожали, из глаз готовы были брызнуть слезы.

«Ах, гад какой! Ах, падлюка! Вон что придумал!»

— Игорь! — заорала она. — Задержи Черепца! Он уйдет!!!

— Молчать! — гаркнула на нее женщина. — Кому сказано — раздевайся!

Клавдия поняла, что спорить с этой теткой бессмысленно. Проще всего раздеться и показать, что никаких наркотиков у нее и в помине нет.

Клавдия поспешно сняла плащ, туфли, и даже пояс с платья. Женщина прощупывала каждую вещь так, словно искала не наркотики, а блоху. Когда обминала в пальцах каждую складку плаща, вдруг застыла, на ее лице появилось победное выражение. Она рывком оторвала кусок подкладки и с разочарованием вытащила оттуда ключик.

«Господи! От почтового ящика! — чуть не всплеснула руками Клавдия. — Я его уже года два как потеряла. А он — вон где!»