Одинокий тролль. Дорога ярости. Путь Эскалибура - Дэвид Вебер

– Напрасно, – вмешался Эстон, отмечая галочкой какое-то имя в своих бумагах. – Президент им ничего не расскажет.

Моррис от удивления приподнял брови, и Эстон злорадно фыркнул:

– Ты не слышал? Он принял это решение прошлой ночью. Не хватало нам только спикера с неправильной электроэнцефалограммой и IQ, равным размеру его ботинок! Я доволен. При таком подходе к делу Армбрастер обдурит все контрольные комиссии, гоня им дезу, а мы сможем работать, не опасаясь, что толпа законно выбранных непосед проболтается вездесущей прессе.

– Похоже, ты не очень-то любишь народных избранников, Дик, – сказала Людмила, отрываясь наконец от своей книжки.

– И правильно делает, – ответил Моррис, опередив Эстона. – Кое-кто из них, возможно даже большинство – хотя я не слишком в это верю, – вполне приличные люди. Но некоторые, безусловно, продажные твари. А между тем одной сволочи достаточно, чтобы провалить самую секретную операцию. Вы знаете эту старую поговорку, как это там говорилось… «два человека могут сохранить тайну, только если один из них умер… и то если он не был политиком».

– Так оно и есть, – подтвердила Гастингс и взглянула на Эстона: – Как продвигается набор в ударную группу, адмирал?

– Будете продолжать называть меня «адмиралом», и первый ее удар обрушится на вашу голову, – проворчал Эстон. – Пока – неплохо. У нас уже есть майор морской пехоты, который повредил себе голову во время учений в прошлом году. Его подробно обследовали, и у него отличный большой альфа-пик. Да и человек он вроде надежный.

– Значит ты все-таки решил ограничится морской пехотой? – с интересом спросил Моррис.

– Я пытаюсь отыскать как можно больше подходящих офицеров, не прибегая к новым обследованиям. Нам будет проще, если все они будут из одних и тех же войск. По-моему, морская пехота – подходящий выбор.

– А что ты думаешь по поводу потребной огневой мощи? – полюбопытствовала Людмила. – Мы ведь эту проблему пока не обсуждали.

– Прошу прощения. – Моррис потер лоб и виновато улыбнулся. – Я должен был вам сообщить. Адмирал МакЛейн договорился с армейцами – они дадут нам пару списанных танков, которые собирались отправить на переплавку, и позволят провести на них испытания. Разумеется, – добавил он с усмешкой, – они понятия не имеют, что мы собираемся испытывать.

– Отлично, – с улыбкой откликнулся Эстон. – А скоро?

– Завтра или послезавтра.

– А где мы будем проводить испытания? – спросила Людмила. – Это должно быть надежное место.

– Мы нашли одно –довольно-таки надежное, – Моррис ухмыльнулся, – это большой подземный зал в Нью-Мексико. Его вырыли для ядерных испытаний, которые хотели проводить после того, как договор ОСВ-2 провалился. Но испытания так и не были проведены из-за прошлогодних переговоров об ограничении ядерных вооружений с Китаем, Пакистаном и Индией.

– Звучит неплохо, – согласился Эстон и с шумом захлопнул папку. – Есть еще новости от Лорена?

– Он подготовил группу прикрытия. План такой – вице-президент приступает к работе, используя Лорена в качестве «помощника». Мне кажется, Лорен недоволен, что ему придется там торчать, но зато он с Вилкинсом сообщат нам обо всем, что будет делать комиссия. Честно говоря, у них есть шансы что-нибудь обнаружить, ведь они имеют полномочия задействовать всю систему безопасности страны. Но только наша группа сможет понять, что они обнаружат.

– Другого выхода у нас все равно нет, – хмуро произнес Эстон. – Хотелось бы мне знать, о чем сейчас думает этот ублюдок тролль!

Тролль ликовал. В лице озлобленного нищего по имени Леонард Стилвотер он обрел наконец последний элемент, необходимый для осуществления своего плана!

Плохо, что со Стилвотером все так неловко получилось, упрекнул себя тролль. Нужно было вести себя поосторожнее! Нужно за собой следить. Насильственное проникновение в человеческую психику – удовольствие, которое затягивает, но необходимо научиться себя контролировать. В Стилвотере, к примеру, таилась уйма информации, о которой невозможно было подозревать, судя по его потрепанному виду и неряшливому образу мыслей. Увы, тролль понял это слишком поздно…

Он машинально проверил, как роботы справились со своей ежедневной работой по маскировке. Его передвижение по территории США шло медленнее, чем он ожидал, но в этом были свои преимущества: тролль наконец-то собрал достаточно данных о примитивных радарах людей и смастерил несложную, но эффективную систему генерации помех, не позволяющую его обнаружить. Да и информации насобирал немало.

Самая поразительная была извлечена из человека Стилвотера, и тролль остановился чуть севернее индейской резервации Броукен-Боу в горах Квачита, штат Оклахома, чтобы спокойно над ней поразмыслить. Такие новости необходимо было обмозговать со всех сторон.

Тролль никогда не интересовался тем, как люди относятся друг к другу, и был крайне изумлен, когда, проникнув в психику Стилвотера, обнаружил в ее глубине заряд страшной ненависти. Это было так похоже на него самого! И эта ненависть гнездилась в человеческом мозгу! Просто прелестно.

Тролль никогда не слышал о Партии Белых Людей, или об Американской нацистской партии, или о Ку-Клукс-Клане – пока роботы не доставили к нему бродягу Стилвотера. Он был весь перепачкан и страшно напуган, но в нем было и кое-что еще: затаившаяся злоба, скрывавшаяся под покровом ужаса и себялюбия. Уже одно это должно было обратить на себя внимание тролля, заставить его действовать осторожнее!

И все же человек не имел никакого значения сам по себе. Ценна была ненависть, которую тролль обнаружил. Он сразу понял, что она представляет собой еще одно уязвимое место в защитной броне человечества – и такое доступное для тролля!

Действовать необходимо очень осторожно… но слепая ненависть, таящаяся в душах подобных Стилвотеру людей, охотно признает власть тролля, а их потребность в лидере, который станет за них думать, сильно облегчит его задачу.

Нужно лишь найти еще одного Стилвотера – более образованного и разумного, чтобы понять, чем может наградить его тролль.

Николай Степанович Некрасов был доволен своей должностью посла Российской Федерации в Соединенных Штатах Америки. Он, разумеется, не признался бы в этом большинству своих знакомых, но американцы ему нравились. Они были неорганизованными, недисциплинированными, избалованными людьми, страдавшими шовинизмом, хотя этот порок был присущ и его собственному народу. Американцы были искренне убеждены, что политические изменения в России были следствием блестящего примера Америки, в то время как экономические проблемы проистекали единственно из нежелания в точности копировать их опыт. Возможно вследствие такого убеждения американцы по-прежнему совершенно не доверяли русским, и те платили им той же монетой. Кроме того, недостатком американцев было их наивное убеждение, что отдельные люди важнее, нежели государство. Вдобавок они слишком удивлялись и обижались, если кто-нибудь позволял себе намекнуть, что американцы не пользуются всеобщей любовью во всем мире, Причем не только потому, что об их уровне жизни остальные обитатели Земли могут лишь мечтать.