Я злодейка в дораме - Екатерина Вострова

поставила их перед Маюнем. Мальчик с жадностью набросился на еду, словно не ел несколько дней. Сердце сжалось от жалости. «Тетушка Мин»» его плохо кормила? Или это просто привычка: дали — бери.

Мейлин, увидев ребенка, принялась ругаться:

— Мало ли попрошаек на улице, всех не накормишь! Прин… госпожа, вы посмотрите, он вам одежду испачкал! Вы бы о себе так пеклись, как о всяких оборвышах!

Гоушен стоял рядом с ней и поддакивал. Оставалось только закатить глаза и отмахнуться от этой спевшейся парочки.

* * *

На следующий день мне предстояло объясняться уже с Вей Луном. Маюня я оставила спать в своей палатке, а сама ранним утром, когда военный лагерь был укутан туманом, пошла к генеральскому шатру, держа в руках принадлежности для умывания. Выставленный караул без вопросов отошел в сторону.

Интересно, насколько со вчерашнего дня изменилось настроение Вей Луна?

Я медленно подняла руку и откинула полог шатра, стараясь не издать ни звука. Внутри было темно, лишь слабый свет свечей освещал сидящую за столом фигуру. Вей Лун читал книгу. Он спать вообще ложился?

Вей Лун поднял глаза, и по моей спине против воли пробежал холодок. Хотя его взгляда из-за темноты толком и не было видно — я чувствовала его каждой клеточкой тела.

«Мне нужно уговорить его не выгонять мальчика», — напомнила себе. Эта мысль подстегнула.

— Генерал, я пришла помочь вам умыться, — нацепила на лицо улыбку и смело прошла дальше.

Нужно было выбрать правильный момент, прежде чем заговорить про ребенка, прощупать настроение. Я поставила таз с водой на стол и аккуратно развернула полотенце. За время, что меня здесь не было, Вей Лун переоделся и убрал вино, будто не он каких-то шесть часов назад заливал тут свое прошлое.

— Почему ты не кланяешься, когда заходишь к генералу, служанка Лю? — спросил он, не поворачивая голову.

Не то чтобы я успела свыкнуться с ролью принцессы, но сказано это было будто нарочно, чтобы меня задеть.

— Вы же сказали, что будете звать меня Цай Няо. Передумали, генерал? — ответила вопросом на вопрос.

— Как хочу, так и буду называть, — буркнул он, отчего-то смущаясь. — Сложи сначала письменные принадлежности и документы, убери их в сторону, чтобы не замочить.

— Как скажете, генерал.

Я принялась делать, что сказано, краем глаза отмечая, что Вей Лун следил за каждым моим движением. Кажется, он всю ночь просидел над картой местности и читал книги по военному искусству. На одном из конвертов я заметила подпись «Цао-дуо» и замерла, глядя на иероглифы.

Это ли не та самая деревня, в которой герои «Тысячи слез…» держали оборону, когда Повелитель Демонов призвал свое войско?

— Служанка Лю, вы разве грамотны? К чему так долго рассматривать конверты?

— Я уже закончила, генерал, — проигнорировала его укол и повернулась. — Теперь я могу помочь вам умыться?

Он кивнул. Я поставила к нему ближе таз, а сама взялась за полотенце, чтобы вытереть Вей Луна, когда он закончит. Он окунул ладони, зачерпывая воду, умылся, потом прополоскал рот. Я взяла полотенце и аккуратно начала вытирать его руки, лицо.

Вей Лун выглядел… мило. Я даже залюбовалась. Растрепанный, не выспавшийся, старавшийся скрыть смущение. Такой Вей Лун мне нравился больше, чем тот, что вчера выгонял меня из шатра и пытался прожечь дыру во мне безумным красным взглядом.

Засмотревшись на него, я замедлила движения, что не укрылось от Вей Луна.

— Ты плохо спала, Лю Луань? — внезапно спросил он холодным низким голосом. — У тебя руки дрожат.

«Да я просто не знаю, как к тебе поступиться!» — подумала про себя и постаралась улыбнуться еще шире.

— Просто восхищаюсь вашей красотой и мужественностью, генерал.

Однако в ответ на комплимент он помрачнел и сердито отодвинул меня в сторону.

Да что я такого сказала?! Дерзишь ему — не нравится, комплименты отвешиваешь — не нравится!

— У тебя слишком длинный язык, служанка Лю. Гоушен разве не вручил тебе трактат с правилами для слуг? Ты изучила их?

— Генерал, как бы я могла его изучить, когда вы сами сказали, что служанка Лю неграмотна? — Я снова взялась за тазик. — Раз вы умылись, я могу принести вам завтрак?

И, дождавшись кивка, убежала к полевой кухне, где повара уже начали готовить еду для солдат. Спрошу у Вей Луна про Маюня, когда поест.

Старший повар передал завтрак для Вей Луна: рисовую кашу с сушёными грибами и зелёным луком и чай, попеняв на то, что не пристало генералу есть из общего чана с солдатами. Вот только я-то видела, что он был горд своей работой, да и солдаты, услышав, что каша в их мисках та же, что и в тарелке начальства — ну разве что луком не посыпана — проникались к тому самому начальству еще большим уважением.

Взяв поднос с едой, я вернулась генералу, поставила завтрак перед ним.

— Какие-то еще указания будут? Может быть, хотите убедиться, что еда не отравлена?

Я ждала, что он откажется или согласится, но чего точно не ожидала, так этого того, что Вей Лун скажет:

— Покорми меня.

Застыла в ступоре, но быстро взяла себя в руки. Улыбнувшись, аккуратно подцепила палочками грибочек и поднесла ко рту Вей Луна. Он взял одними губами, не сводя с меня темного взгляда. Это получилось настолько эротично, что я невольно сглотнула.

— Ты голодная? — насмешливо вздернул он бровь.

— Сначала накормлю вас, генерал. — И я торопливо принялась запихивать ему в рот порцию за порцией, пока Вей Лун не начал кашлять.

— Стой. Да стой же ты… — ему пришлось прикрыть рот рукой, потому что, перенервничав, остановиться я просто не могла.

— Вам не понравилось, генерал? — невинно уточнила я. — Может быть, тогда чаю? — Наполнила чашу и попыталась влить чай в Вей Луна.

— Ты чересчур усердна, служанка Лю, — с опаской произнес он, закончив жевать и забирая у меня чай. — Дальше я сам поем. Разотри лучше пока чернила.

Я отошла туда, где стояли чернила, и принялась краем глаза наблюдать за Вей Луном, который теперь ел сам и бросал на меня изучающие взгляды.

Наверное, уже можно спрашивать…

— Генерал Вей, — начала нерешительно, — У меня есть одна просьба…

— И какая же?

— Вчера вечером в лагерь пришел мальчик. Я оставила его в своей палатке.

— Бродяжкам не место в отряде, — отрезал он. — Через полчаса совещание командования, потом мы выступаем. К тому моменту оборванца здесь быть не должно.

— Этот ребенок был с женщиной, которую вы вчера казнили. Ему некуда идти. Может быть, возьмете его с собой до следующего города? А там можно