Маленький книжный магазинчик в Тегеране - Марьян Камали

Она нервничает. Она усталая, бледная, с пересохшими губами. Он полон желания защитить ее, помочь ей, увести из этого хаоса. Сейчас он все ей скажет.

– Ой, слава Аллаху! Господин Фахри! Вы не видели…

– Ройя-ханум, пожалуйста, послушайте меня… – Он хватает ее за плечо.

– Мне нужно найти Бахмана, – говорит она.

– Ройя-ханум, мне нужно сказать вам кое-что…

Она отстраняется от него, освобождаясь из его рук. И тут он чувствует сильный удар. От удара он одновременно взлетает в небо и падает на землю. Шок. Он пытается дышать. Он понимает, что теперь лежит на земле, а его рубашка почему-то стала мокрой. Он хочет сообщить Ройе, что поступил неправильно, что из-за него она стоит в другом месте, что ей нужно идти к Бахману на площадь Бахарестан, что им нужно идти в отдел браков и разводов, не теряя времени, что им нельзя забывать свою любовь и нужно жить вместе долгие годы до старости, поддерживать друг друга, растить детей, гордиться ими, хочет сообщить ей, как ему жаль, что так вышло, хочет попросить прощения у Бадри, он помнит площадку за базаром с мухами и кожурой от дынь, он помнит, как строил этот магазин дюйм за дюймом, книгу за книгой, он думает о своих детях, как они визжали от радости, когда были малышами, он виноват и перед ними, он видит, как Атиех спокойно сидит вечером в кресле и шьет, и он хочет крикнуть на весь мир, как он виноват и что ребенку, которого Бадри изгнала из своего тела, исполнилось бы этим летом уже тридцать шесть, а он так и не увидел его, не держал его на руках. И он виноват. Виноват. Ройя склонилась над ним. Он видит ее лицо и лица других людей. Какой-то мужчина нажимает на его промокшую грудь. Напрасно. Дышать все равно не получается, зато теперь можно летать. Бадри с базара стоит рядом, она приподнимается на цыпочки, и ему кажется, что это мгновение отделено от всего остального. Ее губы, теплые и липкие, прикасаются к его лицу. Она вся словно вспышка огня. А теперь кусочек дыни лег ему на сердце. Может, это ему снится? Али смотрит в сторону своего магазина, который построил, чтобы загладить собственную вину, нести людям знания и помогать влюбленным, и ему кажется, что он видит дым, но он уверен, что такого не может быть. Все продолжится. Люди будут приходить в его магазин канцтоваров даже после смерти хозяина. Он не знает, как это будет, но знает, что они захотят, кто-нибудь продолжит его дело и магазин продолжит жить, даже когда он исчезнет, небо темнеет, занавес закрывается с обеих сторон, он улетает, но любовь останется, будет жить, молодые люди – его надежда – станут бороться за демократию, не позволят умереть его книгам, словам, значкам, буквам, надежда никогда не умирает. Любовь никогда не забывается.

Слово благодарности

Долгое время я работала над книгой в одиночку, сидела за письменным столом и создавала персонажей. Я была убеждена, что они будут нужны только мне. Но потом я закончила работу над текстом и решилась показать его. Знаете, великодушие людей меня поразило. Я безгранично признательна всем, чье время и энергия помогли представить мою книгу читателям.

Венди Шерман, блестящий литературный агент, с самого начала неустанно поддерживала меня и всегда была рядом. Она оставляла меня в покое, когда мне требовалось время на лепку характеров и развитие сюжета, и осторожно подталкивала, когда требовалось. Я невероятно счастлива, что она есть в моей жизни.

Писатели могут только мечтать о таком редакторе, как Джеки Кантор; она «ловит» сюжетные линии и образы персонажей на внутреннем уровне, а ее мудрые советы идут от сердца. Когда Джеки согласилась редактировать мою рукопись, я сочла это за чудо. Я благодарна ей за веру в мою книгу и невероятный интерес к ней.

Я признательна команде Gallery Books, издавшей книгу. Спасибо Венди Шенин за великолепную публикацию, Меган Харрис и Мишель Подберезняк за их издательские таланты и Саре Каранта за неустанное внимание ко всем этапам издания книги. Особенная благодарность редактору текста Джоал Хезерингтон за ее тщательность, а также художественному редактору Лайзе Литвак и ее блестящей команде за дизайн обложки.

Государственный переворот 1953 года врезался в память тех, кто пережил его; отголоски этого события отразились и в жизни других стран. Мне невероятно помогла книга «Все люди шаха» Стивена Кинцера (которая начинается с того же эпиграфа Гарри Трумэна). Поэтесса Мелоди Моэцци помогла мне отобрать стихи Руми в переводе Нэйдера Халили, Коулмана Баркса и ее самой. И я благодарю старшее поколение моей семьи за то, что они терпели мои бесконечные расспросы, в том числе спасибо моей свекрови Маман Пари за увлекательные воспоминания о школьных временах.

В холодную бостонскую зиму, когда рукопись казалась мне сложным пазлом, с которым я никогда не справлюсь, мне на помощь пришла Дениз Рой с ее опытным глазом и острым умом. Я благодарна ей за советы и наши беседы. Моя подруга и коллега Сьюзен Карлтон зимой и летом встречалась со мной в библиотеке, а после нее – за бургерами и пирожными. Ее советы и поддержка неоценимы, и я не знаю, что делала бы без нее. Я благодарю также Марию Матч за вычитку первой версии книги и за то, что она стала источником света и радости в моей жизни, Илану Мочари за его давнюю дружбу и мудрость и моих одноклассников по NYUMFA, которые всегда рядом со мной: Кортни Бркич, Кару Дэвис Кономос, Джеффа Джексона и Софи Пауэлл. Особая благодарность великолепной Ларе Уилсон, которая однажды сидела недалеко от меня во время ланча и спокойно предлагала варианты сюжетных поворотов (не прочитав ни строки рукописи). Спасибо, дорогая Лара, за дружбу. Огромная благодарность Элинор Липман и Уитни Шерер за то, что они первыми прочитали законченную книгу и поделились своим впечатлением еще до выхода в свет сигнальных экземпляров. Ваша поддержка невероятно дорога мне.

Если и существует Хогвартс для писателей, то это Grub Street в Бостоне, и мне повезло, что я узнала про это сообщество фантастических художников. Спасибо Ив Бридберг за создание несомненно лучшей писательской организации в округе и за ее дружбу, Кристоферу Кастеллани за постоянную поддержку, великодушие и доброту, Соне Ларсон и всему коллективуGrub Street за то, что они делают, и Дариэлю Суаресу за то, что он дал мне возможность учить талантливых писателей. Я горжусь моими студентами и с радостью