Экономика каменного века - Маршал Салинз

* Лезу— этническая группа в Меланезии.

** Добу. добуан, см. примеч. к с. 203.

*** Сусу — объединение родственных семей.

Приложение А

обмен» (известный также среди этнографов как «принудительный подарок») — трансакция с представителями более далекого сектора: «Значение социальной категории того, с кем обмениваются, проявляется... например, когда человек хочет скамейку из скорлуп кокосовых орехов. Если он знает, что у близкого родственника есть лишняя, он идет и просит ее, и должен получить ее без всяких проблем: „Дай мне скамейку, у тебя ведь две". Считается, что человек будет „счастлив" отдать эту скамейку благодаря существующей между ними родственной связи. Рано или поздно он, в свою очередь, придет и по­просит что-то, что придет ему в голову, и эту вещь ему должны отдать даром. Такая свобода обращения достижима только между членами маленькой родственной группы и зависит от признания принципа реципрокности. Если человек собирается обратиться с такой просьбой к кому-нибудь не из своей родни, как говорят тикопиа — „к челочку, отличающемуся от нас", тогда он готовит еду, наполняет большую корзину и накрывает е« сверху куском коры или даже одеялом. И вот со всем этим он идет к владельцу желаемой вещи и просит ее у него. Обычно ему не отказывают» (Firth, 1950, р. 136).

А.2.13 Маори — Большая часть внутренней циркуляции материальных ценностей, особенно если речь шла о деревне, регулировалась централизованно вождем — она была достаточно генерализована, но функционировала под вывесками долга вождю и noblesse oblige (ср. Firth, 1959). Внешние обмены (между деревнями, межплеменной) предполагали более прямую и эквивалентную реципрокацию, хотя, конечно, благодаря щедрости престиж участников обмена возрастал (ср. Firth, 1959a, pp. 335-337, 403-409, 422-423). Пословица маори: «Зимой — родственник, осенью — сын», означающая 'он только дальний родственник в период ухода за посадками, когда надо делать массу тяжелой работы, но когда урожай собран и полно пищи, он называет себя моим сыном' (Firth. 1926, р. 251).

А 3 Занетки из разных районов

   0  Пилага** — К широко известному исследованию Генри (Henry, 1951) о

А 3 дележе пищи в деревне пилага, цитируемому здесь, нужно подходить с

   1  осторожностью. Мы имеем дело с постоянно дробящимися и перемещающимися поселениями. К тому же в период, когда Генри проводил свои наблюдения, большая часть мужчин уходила работать на сахарных плантациях. Более того, это была «голодная пора» в году пилага. «Так что мы имеем дело с экономической системой, из которой было изъято значительное число производителей, и во Время периода скудости, т. е. с обществом, функционирующим на низком уровне своих возможностей» (Henry, 1951, р. 193). (Интенсивный дележ пищей при этих скудных усло>и-ях соответствует положениям, выдвигаемым ниже, о сотношении между реципрокностыо и нуждой.) Я допускаю, что многие, если не все, факты дележа относились к генерализовен-ной реципрокности, когда отдавалось больше, чем попадало в руки: иными словами, определенно оказывалась помощь. Допущение это согласуется с примерами, предложенными Генри, и с дисбалансом, который он зафиксировал в доходах и расходах отдельных людей. Торговля с другими группами, на существование которой указывают записи Генри, не р»С- сматривается в данном исследовании. Основная ценность этого исследования для настоящей дискуссии заключается в подробностях дележа пищей в зависимости от различия! Общественном положении. Обязанность делиться пищей является высшим долгом для BOX, кто состоит в близких отношениях. «Родство или совместное проживание и прин*Д1И(||(-ность к одному домохозяйству [жилищу, в котором обитает несколько совместно хомйрт*

' Одно вместо другого (лат.}. "Пилага — этническая общность индейцев Южной Америки (Аргентина и Парагвай),

Экономика каменного века

вующих семей или нескольким ведущим общее хозяйство семьям, имеющим отдельные жилища, которые составляют часть деревни] порождают очень прочную связь; а принадлежность к общему домохозяйству плюс наличие близкородственных связей — узы, прочнее которых не бывает. Это воплощается в обычае делиться пищей; те, у кого самые тесные связи, наиболее часто делятся пищей» (р. 188). Вывод подтверждается анализом конкретных случаев. (В одном из них зависимость между дележом и близостью отношений проявлялась несколько своеобразно — женщина усиленно делилась пищей с мужчиной, за которого хотела выйти замуж и наконец вышла.)

«Случаи, а их немало, касающиеся распределения внутри домохозяйства [части деревни], можно обобщить следующим образом. Если поставить

вопрос, с каким индивидом и с какой семьей чаще всего делится каждый индивид или каждая семья? — и применить количественный анализ поведения индивидов и семей — если это сделать, то выявятся такие четыре обстоятельства: (1) пилага распределяет большую часть продуктов своего труда между членами собственного домохозяйства; (2) он не раздает всем поровну;

(3) различные факторы препятствуют равному распределению: (а)

различия в генеалогических связях, (в) различия в обязательствах, которые разные члены домохозяйства имеют по отношению к людям, не входящим в это домохозяйство; (с) степень стабильности резидентной модели, (d) нужды тех, кто на иждивении, (е) матримониальные расчеты, (f) страх перед шаманами и (д) особые пищевые табу; (4) когда соединяются такие факторы как стабильное совместное проживание и близкие генеалогические связи, наблюдается высшая степень взаимообмена продуктами между соответствующими семьями» (с. 207). Схема

секторального раздела пищи дана на следующей диаграмме (составленной на основании таблицы IV: Henry, p. 210). Вторая часть деревни, для которой у Генри нет такого количества записей — потому что ее люди большей частью отсутствовали (бродили в лесу), — не проявляет той же тенденции (также таблица IV). На диаграмме вторая колонка в трех случаях из четырех шире первой — больше дележа в деревне, чем в домохозяйствах. Но эта часть деревни несравнима с первой (сведенной выше в таблицу), потому что в первом случае люди были «более тесно интегрированы [т. е. прочнее связаны между собой], чем люди на другом конце деревни. Поэтому многое из того, что принимает форму дистрибуции, передачи продукта от производителя другому лицу, в части деревни № 28 [представленной в таблице ниже], выступает в форме совместного потребления в части деревни № 14. Отсюда — процент продукта, розданного людьми части № 14 внутри секции... кажется низким, тогда как процент того, что распределялось в других секциях, кажется высоким» (с. 211; выделено самим Генри). Так как Генри не считает совместное потребление пищи разными семьями одного «домохо­зяйства» дележом пищи, это кажущееся исключение из правила можно не принимать во внимание.

'Приложение А

Нуэры — Интенсивный дележ пищей, гостеприимство и другие проявления генерализо-ванной реципрокности в небольших территориальных группах нуэров (секции деревни, наподобие хуторов) и лагерях пастухов (Evans-Pritchard, 1940, pp. 21, 84-85, 91, 183;

1956, pp. 2,131-132; Howell, 1954, p. 201). Не такой обильный обмен во внутриплемен-ном (за пределами деревни) секторе, за исключением инструментальных трансакций, оперирующих с брачными выкупами или, скажем, урегулированием вендетты (по самой своей природе они сбалансированы — как любые компенсации). Нуэры особо отличают внутреннюю реципрокность от торговли с арабами: трансакции последней имеют прямой характер, т. е. временной разрыв между ними отсутствует (Evans-Pritchard, 1956, pp. 223 и след.). Отношения с соседними племенами, особенно с динка, однозначно грабительские, выражающиеся в стремлении захватить добычу и территории.

Банту Сев. Кавирондо — Ярко проявляющееся неформальное гостеприимство среди соседей. Сбалансированный обмен касается, главным образом, предметов длительного пользования, которые вымениваются непосредственно у мастеров-изготовителей, при этом условия наиболее благоприятны для соседей — членов своего клана; для человека из своего клана, который не является соседом, цены выше, наиболее же они высоки для чужих (Wagner, 1956, р. 161-162).

Чукчи — На стойбищах чукчей зафиксированы многочисленные акты щедрости и оказания помощи (см. цитаты в Sahlins, I960). Типичны, в то же время, кражи оленей из стад других стойбищ (Bogoras, 1904-09, р. 49). Торговля между прибрежными (охотниками на морского зверя) и еденными чукчами, а также какая-то торговля чукчей с людьми, жившими по ту сторону Берингова пролива, была, видимо, более или менее сбалансирована;