Судьбы, как есть - Владимир Кочергин

«Хвоста» за собой, они так и не увидели, потому что его просто не было. Видимо, в Центре решили, что высылать наружку еще преждевременно. Прибыв к дому на Алтуфьевке, пересели в «мерс», к Зобу, и стали обсуждать планы работы на завтрашний день. Зоб достал свою мобилу, так он называл свой телефон, набрал Артема и продиктовал ему координаты: Квадрат 22–18, число 13, на 04, сразу, что означало: «Мы на Алтуфьево, дом 13, тыльная сторона, приходить сразу». Потом Фомич снял весь свой грим и стал настоящим подполковником Зобом со своей ослепительной улыбкой, а через пять минут появился Артем Шмелев и, подсев к ним в машину, стал принимать участие в дальнейших планах.

— Место работы с крадеными машинами, кроме первого подвального этажа я и не вижу, проникать туда надо тоже во время обеда, главное — суметь открыть входную дверь в правое крыло, а там будет все, что мы ищем, и фотоаппарат сделает свое дело, — сказал Зоб.

— Да, служба безопасности работает у них нормально. Начальник, видать очень опытный мужик, помните, как он буравил нас еще в кабинете директора. Изучал и еще, наверно, продолжает изучать наше алиби по автобиографии, — добавил по этому поводу Егор.

— Да, очень хитрющий мужик! С криминалом связан еще с начала девяностых, демократических годов. Бывший сотрудник МВД, мастер по дзюдо, имеет первый разряд по стрельбе из ПМа и до сих пор имеет надежную связь с милицией и прокуратурой. Он установил не случайно камеру наблюдения у нужной нам двери. И не исключено, что при рассмотрении в ней моего сегодняшнего визита в роли поломойщика, он понял наши намерения, и может быть, через компьютер могут составить фоторобот, идентичный с фотографией у кадровика. Шансы наши уменьшаются, трудности увеличиваются, но с этим и растет азарт. После того, как нам удастся, а я в этом не сомневаюсь, отснять все, что можно отснять в зале и в комнатах, у нас будет проблема уйти из подвала, а дальше, выскочив из Центра, уйти от преследования. Егор, «шоху» твою надо будет любыми путями подогнать к входу в наш цех со двора.

Слушая разговор Зоба и Егора, Артем Шмелев начинал понимать, что ребята просто — «попали под колпак» и вряд ли им удастся завтра выбраться из Центра.

— Да черт с ними, с этими машинами, это теперь не главное. Зачем нам рисковать? Цветков бы точно, послушав вас, добро бы не дал. А теперь послушайте сложившуюся обстановку на других направлениях, — сказал Шмелев и продолжил:

— Я получил от Маркова информацию, что генерала Цветкова еще вчера вечером хотели убить в его квартире, но Марков и Ворсенко упредили киллеров и, повязав их, отправили в надежное место. Есть и хорошая новость: Петелин и Укол находятся в районном морге, с ними еще два трупа, это некто Муса из банды Давида и хозяин дома, где скрывались наши фигуранты, бывший вор-рецидивист по кличке Фима. Так что, Егор, за Батю твоего мы поквитались сполна! Правда, Владимир Иванович настаивает на ликвидации всей банды или, по крайней мере, ее главарей. Я же думаю, что нам надо оставить идею с сервисом, получается, велик риск, а мы своей цели добились, справедливость восторжествовала, — закончил свою речь Шмелев.

— Артем, ты меня не до конца понял, мы должны довести задуманную комедию до финала. Думаю, что завтра максимум к 16 часам у нас будут нужные материалы для разгрома этой шайки-лейки, — сказал Зоб.

— Хорошо, Фомич, но отказаться от дальнейшей работы еще не поздно, мы натравим туда лучше милицию, тем более, завтра 23 февраля, праздник, как-никак.

— А где сейчас наш друг генерал Цветков? — перебивая Артема, спросил Зоб.

— Мы с Марковым решили, что генерала надо срочно прятать, ему надо пока залечь, и Сергей обещал увезти его из Москвы.

— Я считаю, что зря, — возражал Зоб, — Цветкова надо просто поменять в облике и в документах, а не возить как куклу-мишень.

После первой неудавшейся попытки убрать генерала наши враги начали уже более активную деятельность, они считают генерала главной фигурой и, конечно же, уже подсоединили более профессиональных людей. Надо вычислять киллера, который уже наверняка висит на хвосте у Иваныча.

— Согласен, утром генерал одного уже вырубил нокаутом, и сейчас они с Сергеем в отрыве от них, — сказал Артем.

— Надо готовить засаду, светить генерала, как приманку в подготовленном месте и брать киллера. Главное — сделать все так чтобы поверили, — высказал свое предложение Зоб.

— А откуда у нас такие силы и как сообщить киллеру, где генерал? — спросил Артем.

— Это все не так сложно, но думать надо, на дворе уже темно, и быстро это теперь не решишь. Мы все в отрыве друг от друга. А связь с Цветковым есть?

— Связь-то есть, но если он ответит, то бандюги его «запеленгуют», и тогда… — сказал Шмелев, — Мы его просто сдадим. Если только связаться через Сергея?

— Его номер? — Зоб набрал СМСку — «Для Иваныча от Фандорина, по календарю, где уют и тишина. Жду».

И через минуту пришел ответ: «Сбой».

— Значит, не исключено, что они уже где-то вне зоны. Скорей всего, за пределами Москвы. Надо подождать. Все-таки слабенькая эта связь, — с сожалением произнес Зоб.

— Я сейчас позвоню Маркову, он прояснит обстановку, — сказал Артем и стал набирать номер Эдуарда.

Марков ответил сразу:

— У нас все нормально! Никакой инициативы. Старший уехал в надежное место. Быть на связи.

— Видимо, они где-то пересеклись? Марков, понимая, какая опасность нависла над Цветковым, явно, что-то задумал. Мне кажется, наступил тот момент, когда мы должны собрать все силы, какие только возможно для срочных выездов. Я начинаю выходить на спецназ, а ты, Фомич? — сказал Шмелев.

— Я решу вопрос с СОБРом. Есть четверка мобильных ребят, я их подготовлю сразу после нашего разъезда, главное — добраться до командира этих ребят. Артем, мы ждем твоих указаний и по календарю место. Я предчувствую, что наши опера знают, что делать, и теперь мы, точно, зависим только от них по спасению генерала от киллера. А для того чтобы суметь им помочь, у нас должны быть наготове мобильные группы. Артем, я дам твой телефон старшему 1-й группы «Метис», их будет четверо с машиной. До выезда завтра в сервис я на связи и трезв, в готовности к движению. Решим по сервису — пойду сразу на помощь к операм, чую, толковые ребята нам попались. Явно затеяли они что-то, затаились, — с каким-то удовлетворением закончил Зоб и добавил: — Не беспокойся за нас, полковник, я все продумал.

— У 2-й группы спецназа «Русь» позывной будет «Алмаз». Я тогда сейчас сразу, выеду с Егором к командиру отряда и попрошу его о помощи, двое уже у меня согласились помогать, еще двоих они подберут сами, но прикрыть все это может только сам командир, а чтобы его не подставить в случае чего, то надо обговорить нюансы. Надо торопиться, времени в обрез, — сказал Артем.

— Да ладно, полковник, пробьемся, не впервой. Мы что, дурней этих козлов? Нет! Значит победим! Мы не для того службой деланы, чтобы нас, мужиков, не раз видавших смерть, эти суки новоявленные, хозяева человеческих жизней, смогли прижать или уничтожить своими окровавленными руками. Не выйдет! Все, ребята. Удачи! — сказал Зоб и, высадив Артема с Егором из своего «мерса», укатил за дом.

Артем с Егором поднялись в квартиру и, наскоро перекусив, выехали молча к метро «Медведково», где рядом с ним жил командир спецназа «Русь». Им сегодня везло, командир был дома, так как его отпустили по состоянию здоровья домой сразу после обеда. Об этом Артем узнал еще до их выезда, позвонив дежурному по части. Радовало еще и то, что ехать не надо в часть, а это больше часа пилить на Красноказарменную, а тут 15 минут — и у метро. Командир встретил гостей по доброму, угостил кофе и бутербродами, а главное — решил вопрос по группе спокойно, с пониманием и очень смело. Плохо клеилось то, что готовность на выезд эта группа будет иметь только завтра с 9 утра.

Эта ночь для Артема Шмелева предполагалась быть неспокойной и тревожной. Его друг находится в смертельной опасности. Как бы все ни закончилось, но ввязались они все в серьезную борьбу. Он также понимал, что как боец Артем еще слаб, нет-нет, а плечо ноет, и голова побаливает, ломит виски. Больше всего его беспокоило то, что координации действий, на которые он себя настраивал, не получалось, много было экспромтных ситуаций, и еще эти люди, которые своими действиями настораживали и мешали работать. Часто почему-то всплывал в памяти рассказ Цветкова о его заместителе, почему полковник Сайга убрал оперов и завалил расследование, почему уважаемый заместитель министра отказался помогать? Практически они были вне закона, как те же бандиты, как Князь, как Давид, как Петелин, как Ваган. Но больше всего Артем волновался из-за Егора. Не успел парень выбраться из плена, как сразу попал на новую, не менее опасную войну, где враг в плен никого старается не брать, он всех просто безнаказанно убирает, лишая людей жизни без всякого суда. Не смог он уговорить Фомича не идти завтра в Центр, явно Фомич засветился, и что он сможет узнать там, где его будут ждать. Упрямый мужик, смелый, рисковый, но Егор-то совсем мальчишка, и убери его сейчас от Зоба, обидой одной не отделается, это не только воспитание в военной семье, но и десантура. Много вопросов в голове Артема. Где скрылся Володька? Кто убил Петелина и Сафара? И совсем не хотелась спугнуть удачу, пока нет жертв. Но Артем знал, что война без жертв не бывает. В этой войне уже есть жертвы изначально и уже с обеих сторон. Артему в этой жизни не раз везло, порой такое наступит положение критическое, что все летит под полный откос, а тут — раз, и так крутнется все, что и долго потом не верится в такую удачу. Может быть, и на этот раз повезет. Только недавно съехались сахалинские друзья в самой столице, а теперь попали в такую мясорубку, где выжить шансы есть, но надо еще и победить, ради чего и пошли, отбросив все, и самое главное, родных, дорогих и близких. Получалось что-то такое киношное, детективное и страшное. Если они проиграют, то им родные не простят такого к ним предательства никогда.