Война Ангелов. Наследник (СИ) - Последний Лист

Самуэль Зар в свои 116 выглядел крепеньким дядечкой среднего возраста, а ведь он был старше Ронта на пару леум! Да и талант к оперированию денежными средствами у них был одинаковым, только Годжи в свое время отослал его от двора, дабы укрепить собственную власть, и казначеем стал Леон Ронт. Слухи о том, что дядя лучше справился бы с управлением государства, сильно распространившиеся после Черной Охоты, князь Зар воспринял крайне негативно. Что не могло не сказаться на его отношении к собственным детям, он пытался воспитать из них патриотов. Если с Инваром это удалось, и тот даже дослужился до капитан-лейтенанта космофлота, то Адольф был выдворен из армии с позором и тихо спился в родовых владениях. С внуками экс-принцу Самуэлю повезло еще меньше: Отто после смерти отца отказался от прав наследования и подался в миротворцы, а Одетта и Офелия были настолько глупы, не смотря на все старания генетиков, что годились лишь для просмотров графических новелл о похождениях Сиэля Фари, основанных на якобы исторических событиях.

Но в качестве придворных дам сестры Зар устраивали Жаклин полностью. Они всегда были в курсе всех сплетен и с удовольствием распространяли оные за авторством герцогини. Девушки плохо разбирались в моде, и на их фоне красавица Жадо выглядела совсем божественно. И главное, в силу происхождения, им никогда не стать нави-принцессами, ни при каких обстоятельствах. Помимо Одетты и Офелии в окружении Жаклин были: Джессика Рейве, Марианна Манро и Элен Саркази. Время от времени они собирались в родовых владениях одной из них, чтобы перемыть косточки завидным женихам и обсудить последние светские новости. В прошлый раз они гостили у Марианны на Квессе, на повестке дня были близнецы Лэ и их быстрое продвижение по карьерной лестнице. До двадцати одного поступить на серьезную государственную службу могут только наследники трона, прочим дворянским отпрыскам нужно было пройти сквозь череду мелких чинушных должностей или после восемнадцати стать военнослужащим без офицерского звания. Близнецы пошли по второму пути и успели дослужиться до старших сержантов, когда фамильное имя сыграло на руку их карьере. Миги попал в секретари к деду, а Дари — адъютантом к Ноксу. Да уж, жить легко и приятно, когда ты парень из богатой и знатной семьи, к тому же афтиец — да половина дворянских дочек грезила в мечтах об этих длинных ушках! Второй половине мечталось об Его Высочестве Лисарде, которого свита Жаклин выбрала сегодня объектом для обсуждения.

— Представляете, Ждущим! — Джессика глупо захихикала и принялась распутывать намотанный на палец локон, в свои двадцать три она вела себя как пятнадцатилетняя дура, одевалась соответствующе. При наличии жадного до денег прадедушки, ее ждал брак по расчёту и нелюбимый старый муж.

— А что, — подхватила Марианна, отодвинув тарелку с пирожным, — Пусть послушники порадуются перед посвящением, — эта ела всякую дрянь и радовалась, что на Аллии весь жир откачают косметологи, а потом наварят из него мыла — на память.

— Ждущие не запрещают своим жрецам и жрицам вступать в половые отношения, — Элен была умна, но распущена, и в силу собранного компромата сию стерву можно было не бояться, — Причем не только с единоверцами. К тому же зачем Его Высочеству рабыни, когда его с распростертыми объятьями ждут на Этерьих.

— Мардж Жамель, — блеснула осведомленностью Офелия, князь Зар за одно только упоминания в своем доме гетеры мог запереть провинившуюся внучку в крипте с жрицей Кай Лонга на неделю, на хлебе и воде. Потому девушка была еще и горда своим знанием, вот и впрямь дура дурой.

— Жамель — этап пройденный, — Саркази загадочно улыбнулась и замолчала. Ее старший брат был завсегдатаем на планете куртизанок, потому девушка всегда была в курсе тамошних событий. Вот и сейчас будет очередная развеселая история из разряда «не для имари», но Элен загадочно молчала, разжигая интерес слушательниц, а заодно ждала реакции Жаклин. А вот хвост от кометы тебе, а не реакцию. Герцогиня медленно и чинно пила свой чай, заинтересованность она проявляла ровно столько, сколько требовалось дочери Людвига Жадо.

— Элен, ну так что там с Жамель и принцем? — не выдержала тишины Одетта, для нее образ Лисарда вписывался в классическое описание плохого парня, так любимого примерными девочками.

Они сидели в круглой беседке во внутреннем дворике поместья Зар, и Элен вместо ответа делала вид, что ее заинтересовали плавающие в пруду кряквы. Пейзаж и впрямь был прекрасен, что за белыми плетеными стенами беседки, что за хрустальным столом, уставленным в лучших традициях чайных церемоний прежней Империи. Даже роботесса с лошадиным лицом не портила прелести картины.

— Элен, — потянула Джессика, оставившая, наконец, свои волосы в покое, принявшись теребить шелковую салфетку, — ну расскажи!

— Уговорили, — девушка улыбнулась и заговорила, не сводя пристального взгляда с герцогини, — Два дня назад Его Высочество Лисард заявился на Этерьих к мамаше Соре в самом развеселом настроении. И снял всех, — она многозначительно кивнула, подавшись в перед, — всех свободных на вечер девиц, запретив появляться в его покоях Жамель, — глаза слушательниц округлились от удивления, а вот румянец на щеках проступил совсем по другой причине, — Но это не самое интересное. Он всех их до единой заставил покраситься в рыжий, кому-то даже веснушки нарисовал. Ах, как плевался мой братец, жалуясь на превратности судьбы, вчера из-за этого он вернулся домой разочарованным. Брэд страсть как не любит рыжих.

И Лис тоже не любил, Жаклин помнила об этом еще со времен Долкоманджи. Сам цвет и все, что с ним связано, выводило принца из себя, начиная людьми и кончая закатом. На истории он даже осмеял тот факт, что Ава Комета выкрасила свои волосы в ржаво-красный, когда поступила на службу в регулярную армию. Для всех этот поступок был проявлением решимости, для Лисарда — всего лишь фарс. Мастер Ксеронтнас тогда не выдержал, отвесил наглецу оплеуху и выставил за дверь, отстранив от занятий на семидневку. Алекс тогда смеялся как сумасшедший, сказав, что тоже согласен на подзатыльник, если его так же отстранят, но его, к сожалению герцогини, оставили.

— У Эмили Самерс теперь есть все шансы, — Жаклин весело рассмеялась. Ей и впрямь было смешно, стоило только представить толстушку Самерс с жесткими вьющимися волосами и яркими веснушками по всему лицу.

И понеслось. Девушки стали на перебой вспоминать знакомых с требуемыми данными, причем все названные были как на подбор уродинами. Кто-то даже вспомнил старую мегеру Марлу Твинк, кажется, это была Офелия, она же и предположила, что это будет лучший выбор, если вспомнить возраст все той же Мардж. Давно они так не веселились, а после взрыва воды на Жевье встречи проходили в какой-то напряженной атмосфере. Но почему же не смеется сама Саркази, а только слабо улыбается?