Врата Бальдура - Мария Трещёва

 Картина мёртвого, когда-то грозного, гордого, сильного животного, натолкнула Равену на мысль о своей собственной смертности. Ведь когда-нибудь это случится. Каким бы великим ты ни был, какую бы власть ни имел, сколько бы ни жил, конец всегда один и тот же. Смерть. У кого-то Она вполне обычна: он встречает Её в глубокой старости, лёжа в кровати, окружённый любящей роднёй. Кто-то сталкивается с Ней в бою и понимает, что это Она, лишь когда видит свою собственную кровь, падающее из рук оружие и скорбные лица верных друзей. К кому-то Она подкрадывается сзади и наносит удар исподтишка рукой того, кому он всю жизнь доверял. А кто-то жаждет с Ней встретиться. Те, кого одолевает болезнь, горе, одиночество. Есть и такие, кто пытается уйти от Неё. Расставаясь с жизнью, они кричат: «Нет! Не бывать этому! Я буду жить!» И продолжают существовать в облике призраков, скелетов, упырей, личей и других отвратительных созданий.

 «Нет!» – Подумала Равена. – «Когда придёт моё время, и Она явится ко мне. Я не буду сопротивляться. Смерть лишь означает финальную точку в повествовании об определённом человеке. Это значит, что он успел совершить всё, что задумал. А если не успел, значит плохо старался. Значит надо стараться изо всех сил, чтобы не жалко было уходить из этой жизни, и чтобы уход не оказался бесследным».

 В сгущающихся сумерках путешественники наткнулись на очередную преграду. Скала с огромной пещерой выросла, будто из-под земли.

 – Не получится дойти сегодня до шахт, – выразила общую догадку Равена. – К тому же нам нужен хороший отдых и подготовка. Думаю, эти шахты защищены лучше, чем в Нашкеле. Стоит обследовать эту пещеру. Она может стать хорошим долговременным укрытием.

 На разведку отправились названые сёстры, за ними на расстоянии шёл Минск. Остальные остались ждать. Небольшая песчаная поляна рядом с пещерой была утоптана следами виверн маленьких размеров, хотя здесь были и отпечатки взрослой особи.

 – Равена, смотри – корова.

 – Она ещё не до конца остыла. Её убили не так давно.

 – Острые зубы перегрызли шею, – констатировала  факт Имоен. – Слушай, а не та ли это корова, которую чуть не уронили на нас?

 – Всё может быть. В любом случае нам лучше убираться отсюда. Судя по следам, это место пользуется популярностью у виверн.

 Обернувшись, названые сёстры обнаружили у себя за спиной семерых детёнышей виверны. Они были все приблизительно одного размера. Скорее всего, это был один выводок.

 – Кажется, у кого-то ужин по расписанию, – нервно хихикнула Имоен.

 – Ага, и мы загородили им основное блюдо.

 Только они отошли от тушки, как молодняк набросился на еду и стал рвать бедное животное на части. Равена и Имоен осторожно пятились назад. По верхушкам деревьев будто бы пробежал ветерок, и на землю между разведчицами и пирующими детёнышами опустилась взрослая виверна. Крылья угрожающе растопырены, шея напряжена для быстрого броска, длинный хвост со смертельным жалом готов к атаке. Виверна готова была противостоять целой армии, если понадобится для защиты своих детей. Равене не хотелось убивать столь прекрасное существо, тем более не хотелось оставлять сиротами ещё не окрепших детёнышей.

 – Минск! – В один голос закричали названые сёстры, и для виверны это прозвучало, как сигнал.

 Шея распрямилась, будто пружина, нанося сильный удар рогатой головой. Имоен упала на живот, уходя от атаки. Равена кувыркнулась в бок и выхватила меч, стоя на одном колене. Гибкий хвост изогнулся и ударил по тому месту, где лежала Имоен. Благо, она успела перекатиться в сторону, и ядовитое жало впилось в рыхлый песок. Когда знаменитое оружие виверн снова поднялось в воздух, Имоен заметила зеленоватые струйки, что собирались по бокам шипа. Это заставило девушку очнуться от шока и приготовиться к стрельбе. Равена уходила от атак головы, держа Погибель Пауков перед собой, чтобы не подпускать виверну ближе. Она не хотела атаковать, и это понимала Имоен, поэтому тоже замерла с натянутой тетивой.

 Призывный свист резанул по ушам, и названые сёстры вздохнули с облегчением. Виверна повиновалась ему не сразу, но потом всё же положила голову на плечо подошедшему Минску.

 – Я не думала, что это действует и на виверн, – спрятала Имоен стрелу в колчан.

 – Минску больше нравятся пушистые животные. Как Бу и медведь, – при этих словах из-за пазухи следопыта послышался негодующий скрежет зубов. – Но эти крылатые создания тоже животные, а значит, я могу говорить и с ними.

 – Хм. А ты не сможешь попросить у неё остаться на несколько ночей с ними в пещере. Мы, конечно, не настаиваем, – подала идею Равена.

 Через несколько часов вся команда уже жарила рыбу на костре, сидя в просторной пещере. Молодые виверны сперва боялись огня, но потом любопытство взяло верх. Искателям приключений даже пришлось поделиться рыбой с прожорливыми малютками. Утолив своё любопытство, они улеглись спать недалеко от тёплого очага.

 – Эт-то самый уд-дивительный ужин в м-моей жизни, – признался Халид.

 Всё время, пока друзья чистили рыбу, жарили её в углях, играли с молодняком, Равена пристально следила за их мамой. Взрослая виверна свернулась клубком у дальней стены и время от времени тяжело вздыхала и постанывала.

 Полудроу осторожно, чтобы не спугнуть, подошла к виверне. Она положила руку на чешуйчатую спину, и животное снова тяжело вздохнуло, лишь слегка приоткрыв глаза. На ощупь её чёрные чешуйки на спине отливали зеленцой и  были прохладными, а ближе к животу светлели почти до салатного и становились чуть теплее. Равена провела рукой по изящной шее, по лбу между рогами. Виверна довольно заурчала и расслабила перепончатые крылья. Теперь девушка могла легко выиграть спор с Винтропом о наличии передних лап у виверн. Их не было. Толстяк лишь хотел сбить её с толку. Скользя по гладкой спине ладонью, Равена вдруг наткнулась на рубец, окружённый пульсирующим жаром. Виверна дёрнулась. Это был не след от рогов коровы. Присмотревшись получше, девушка увидела ещё раны на теле. Все они были такого же характера, что и у трупа в кустах малины, и им было приблизительно столько же дней.

 По зову Равены пришла Джахейра. Друид осмотрела раны и нахмурилась.

 – Ей можно помочь? – Полудроу неосознанно гладила виверну, будто успокаивая.

 – Пока что можно. Раны загноились. Их придётся снова вскрыть, хорошенько промыть, некоторые прижечь, а некоторые зашить.

 – Ей будет больно, – почесал макушку Минск.

 – Может у меня получится её усыпить, – предложила Дайнахейр.

 – Ей нужно помочь, – твёрдо сказала Равена. – Иначе её дети останутся сиротами.