Капризы судьбы - Кэтлин Гивенс

Он найдет ее и поговорит с ней. Если она Эйлин Ронли, он привезет ее в Торридон. А если нет, он выяснит, какие отношения связывают ее с Нейлом.

– Как уехали? – крикнул Джеймс. – Я видел Макрея сегодня утром.

Килганнон развел руками:

– Я говорю то, что знаю. Макреи уехали несколько часов назад. Я сам видел, как они покидали замок.

– Она уехала с ними?

– Наверное. Во всяком случае, мы не можем ее найти.

– Вы ее видели?

– Я не заметил ее, Джеймс. Просто не обратил внимания.

– Да. – Джеймс едва сдерживал гнев. – Вы ни в чем не виноваты. Здесь моя ошибка. Если бы вчера вечером я был хоть чуточку умнее, я бы спросил ее, что она имеет в виду. – Он прошелся по библиотеке Килганнона. – Кажется, я упустил Эйлин Ронли.

– Так она – девушка Нейла?

– Похоже, что да. И теперь она думает, что он к ней охладел.

– Попытайся их догнать.

Джеймс провел рукой по волосам. Эллен назовет его последним болваном, а Нейл… он и представить не мог, что ему скажет Нейл.

– Вряд ли она захочет со мной разговаривать, – вздохнул Джеймс.

Килганнон усмехнулся:

– Полагаю, после случая с Эйлин вы с Нейлом больше не будете меняться ролями.

– Это точно.

Получив очередное сообщение Джеймса, Нейл нахмурился. Его брат испытывал сожаление, угрызения совести и острое чувство вины. Откуда вдруг такие эмоции? Что случилось в Килганноне? Может быть, Джейми убил еще одного Маклауда? Нет, вряд ли…

Нейл чувствовал, что здесь замешана Эйлин. Проклятие! Он вцепился руками в поручни. Надо ехать в Килганнон. Возможно, Джейми еще там. Если ветер не ослабеет, они уже завтра будут на месте.

Подплывая к Торридону, Нейл увидел на пристани Джеймса. В его позе читалось сожаление. У Нейла не проходила злость на брата, и он сомневался, что сможет спокойно с ним разговаривать.

Он громко выругался. Дункан и остальные обратили на него свои удивленные взгляды, но Нейл не потрудился объясниться. Пусть думают что хотят!

Он поговорил с Килганноном и узнал о случившемся: Джейми встретился с Эйлин и дал ей понять, что между ней и Нейлом все кончено.

Нейл вышел из лодки и постоял на месте, пытаясь обуздать свой гнев. Он говорил себе, что Джейми не нарочно вмешался в его личную жизнь, но легче ему не становилось.

– Поговорим позже, – бросил Нейл, подойдя к брату. – А сейчас едем в Глен-Мозин.

Джейми кивнул.

Эйлин застала Филана в холле Глен-Мозина. Должно быть, ему сообщили о ее приезде. Он сидел, как король на троне, и смотрел на нее холодными непроницаемыми глазами.

– Я вернулась, дедушка. – Она подошла к нему ближе. Его лицо налилось краской и стало почти багровым.

– Ты мне солгала.

– Да.

– Ты мне солгала! – повторил он, повысив голос. – Ты сбежала к своему любовнику, а теперь вернулась, поджав хвост, чтобы просить у меня прощения.

– Нет. Я вернулась, чтобы сказать: я еду в Лондон.

Он побарабанил пальцами по подлокотнику кресла.

– Ты маленькая потаскушка.

– Нет!

– Шлюха!

– Нет.

Филан хищно осклабился:

– Он прогнал тебя, да? Попользовался тобой и прогнал, потому что ты ему надоела! – Он тяжело встал с кресла. Глаза его злобно блестели. – Ты хоть понимаешь, что ты делаешь? – Он схватил ее за плечи и потряс. – Глупая женщина! Я устал от тебя! Я не просил тебя сюда приезжать, но ты приехала, умоляя тебя приютить. «Защити меня, дедушка!» Я сделал, как ты просила, – предоставил тебе свой дом. И чем же ты мне отплатила? Ложью!

– Ты тоже солгал мне, – заявила Эйлин. – Ты говорил, что написал Вильгельму и Марии от моего имени и уладил все вопросы, а на самом деле Вильгельм в своем письме требовал, чтобы ты отправил меня назад, в Лондон.

– Кто ты такая, чтобы меня упрекать?

– Я внучка короля Карла, Филан.

Он ударил ее по лицу. Из рассеченной губы потекла кровь.

Эйлин попятилась.

– Что тебе пообещал Вильгельм, Филан? Деньги? Титул?

Он швырнул ее на пол и подбоченился. Грудь его тяжело вздымалась.

– Я не знаю, зачем ты ему нужна, но он хочет, чтобы ты вернулась, и я сам отвезу тебя в Лондон.

Когда они добрались до Англии, лицо Эйлин почти зажило. На нем еще были видны синяки, но опухоль сошла. Филан не разговаривал с ней в дороге. Он взял с собой десять вооруженных мужчин, запретив им общаться с Эйлин.

Долгими дневными часами они ехали верхом, а ночами спали в дешевых гостиницах, в заполненных клопами постелях. Филан не хотел останавливаться в приличных отелях, предпочитая такие места, где постояльцы не задают лишних вопросов.

Эйлин старалась не думать о Нейле. Она пролила достаточно слез, когда возвращалась в Глен-Мозин. Теперь ей стоило подумать о том, что ее ждет в Лондоне. Разумеется, она не рассчитывала на теплую встречу. В лучшем случае Вильгельм и Мария заставят ее выйти замуж за Хенрика. А в худшем? Возможно, она разделит участь своих родителей и найдет свою смерть на дне Темзы. И что обидно: Филан – ее родной дед – знал, какими последствиями грозит ей возвращение в Лондон.

Сначала Эйлин постоянно искала возможность убежать, но шли дни, и она впала в некое оцепенение. В ее душе поселились апатия и отрешенность. Наверное, именно так чувствуют себя заключенные, приговоренные к смерти. Ее по-прежнему пронизывало чувство одиночества, но разница заключалась в том, что теперь она действительно осталась одна.

Эйлин взглянула на Филана, ехавшего впереди. Интересно, что заставило его покинуть свою берлогу и лично отправиться с ней в Лондон? Могла ли она предложить ему большее? Она сунула руку в карман и нащупала свое жемчужное ожерелье. Нет, ему мало ожерелья. Филану нужно что-то такое, что обеспечит его богатством не только сейчас, но и в будущем. Например, земля.

– Дедушка! – Она пришпорила свою лошадь и поравнялась с Филаном. – Дедушка!

Он холодно взглянул на нее.

– Я хочу тебе кое-что предложить.

Он отвел глаза. Эйлин терпеливо ждала ответа. Она достаточно изучила своего деда и знала, что жадность и любопытство в конце концов одержат над ним верх. Сохраняя спокойное выражение лица, она принялась разглядывать холмы, по которым они проезжали.

Скоро они доберутся до Йорка. Если сменить курс и отправиться на восток, то можно попасть в Уитби – туда, где находятся земли ее отца. Те самые земли, которые Вильгельм и Мария отказались ей вернуть. Однако Филан ничего не знал о землях.

– Что именно ты хочешь мне предложить?

Она встретила его взгляд и ответила таким же ледяным тоном:

– Мой отец оставил мне земли вокруг Уитби, в Йоркшире, на побережье. Там есть чудесная гавань.

– Да?

– Три последних года в Шотландии выдались неурожайными. А в этом году во всем Глен-Мозине дожди смыли посевы.