Мечник - Василий Сахаров

— Читал, — ответил Еременко, — и передал нашему куратору. Идея ему понравилась, но масштаб больно мелок.

— Так ведь это только первый этап, разведывательный, а за ним следом второй, боевой. Если все гладко пойдет, то всем хорошо будет, и нам, и Керимову, и государству.

— То есть, ты предлагаешь после разведрейда совершить на Браилов настоящий налет?

— Так точно, именно налет. Пришли, побили местных, взяли корабли, заправили их, что не на ходу, берем на буксир, и пока осенние шторма не накрыли, отходим к родным берегам. При этом вся работа осуществляется только силами нашего отдела, без привлечения флота, гвардии, армии и госбезопасности. Сами себе задачу поставили, сами ее отработали, и все что добыли, оставили при себе. Мы дальняя разведка, а значит, нам нужна своя эскадра, и свой отряд морской пехоты. Все же море рядом, а что за ним творится, знаем с пятого на десятое.

Денис и Астахов, на этих моих словах переглянулись, еле заметно кивнули друг другу, и полковник, увидев это, обратился уже к ним:

— Что думаете, опричники, есть смысл этот план в дело пускать, или обождем?

— Поддержу Мечника, — это Астахов. — План здравый. Разведка. Обработка информации. Решение. Высадка. Работа. Лично мне, эта тема интересна.

— Ты? — командир кивает брату.

— Согласен. И если от меня что потребуется, то помощь окажу.

— Раз так, то план идет в более полную разработку. Мечник, что еще надумал, ведь у тебя, в любом случае, этот план не один. Сказал «а», говори «б».

— Без проблем. Вторая идея, это поход двумя группами на восток. Прибыли эти мероприятия не сулят, а будут чистой разведкой. Один отряд, под предводительством Игнача, от Невиномысска, пойдет через Александровское, Новоселицкое и Буденновск, на Петропавловскую и Арэгир. Есть интерес посмотреть, что возле Чограйского водохранилища творится, а то слух прошел, что там неподалеку чуть ли не копи золотые нашлись. Вряд ли это так. Однако кто-то упорно распускает среди повольников об этом слух, а значит, мы должны знать, что там сейчас на самом деле творится и кому это нужно. Другой отряд, во главе с Лидой Белой, от Пятигорска, через Георгиевск, Степное, Каясулу, Ачикулак и Нефтекумск, пройдя Северный Дагестан и Ногайскую степь, выйдет к Каспию. В тех краях с людьми странные вещи происходят и очень умные собачки появились. Странно это и подозрительно.

Полковник огладил небольшую бородку, которую стал с недавних пор отпускать, и произнес:

— Поход к Чограйскому водохранилищу я и сам предложить хотел, и слухи, которые среди повольников гуляют, проверить надо, а вот насчет Каспия, сомневаюсь. Ну что там может быть, обычная дикость, а слухи про умных собак, полная чушь.

— Иваныч, ты Исмаилу веришь?

— Да, — согласился полковник.

— Вот и я верю, и сведения про этих непонятных собак от него. Думаю, что это какая-то мутация, и дело не просто в обычной дикости. Надо сходить в те края, и на все, что там происходит, вблизи посмотреть.

— Хм, — Еременко посмотрел на Дениса и Астахова. — А вы что думаете?

— Мечник прав, — первым высказался Еременко-младший. — Время такое, что всего опасаться стоит, и по мне, Каспийский поход, даже более важен, чем все остальные.

— Поддерживаю, — Астахов как всегда, был немногословен и лаконичен.

— Даже так, — несколько удивленно протянул наш командир, некоторое время помолчал, обдумал варианты, и принял окончательное решение: — Ладно, работаем и по этим двум направлениям. О наших планах, уже сегодня, я доложусь Илье Симакову, а пока все свободны. Астаху и Мечнику завтра быть у меня, решим, кто и за что возьмется. Все, господа разведчики, до завтра.

Кабинет полковника и Серый Дом мы покинули все вместе. Астахов сразу направился в поселок Козет, где находилась база его отряда, Денис шмыгнул в какой-то переулок, и остался я на улице один. Подумав, чем бы заняться, решил отправиться домой, дела делами, конечно, но день сегодня особый, и хочется провести его в кругу семьи. Опять же надо быть постоянно на связи с командиром. В столице пока спокойно, и оттого, что Симаков себя пожизненным диктатором объявил, за минувшие пару часов ничего не изменилось, но все может быть, и ко всему надо быть готовым. Решено — домой.

Спустя двадцать минут, я входил в особняк. На охране, помимо Листа с Салом, пластуны Игнача, доложились, вокруг все тихо, и в отряде без происшествий. Отлично, отдых не прерывается.

Я в столовой. Меня никто не встречает и понятно почему. С кухни доносится ворчание Ильинишны, которая за что-то распекает двух молоденьких горничных, а супруга с сестрами и сыном, наверняка, наверху. Сквозь открытые окна, в помещение проникает солнечный свет, такой мягкий и, можно сказать, уютный. Вместе с этими лучами, прилетает ветерок от реки, освежает, и выносит на меня запахи кухни. По ним, могу определить, что у нас сегодня на обед. Первым блюдом, конечно же, борщ, а на второе, картофельное пюре с котлетами из баранины. У-у-у, люблю повеселиться, особенно поесть.

Поднимаюсь наверх. Так и есть, Мара с сестрами, похожей на нее Ольгой, и русоволосой голубоглазой Леночкой, теребят сына, который в последнее время сильно подрос, и стал вполне складно излагать все свои мысли. Игорек стоит в центре комнаты и, насупившись, исподлобья смотрит на теток, которые заливисто смеются и корчат ему рожицы. Вот и вопрос, кто здесь ребенок. Две здоровые девахи, невесты на выданье, а ведут себя как дети.

— Кто тут Мечникова-младшего обижает? — весело улыбаясь, спрашиваю я сына, и присаживаюсь на корточки рядом с ним.

Сын, оборачивается, и с радостным вскриком бросается ко мне на шею.

— Папка, они мне пистолет не дают, — еще не полностью выговаривая все слова, говорит он.

— Что за пистолет? — мой вопрос обращен к девушкам.

За двоих ответила Леночка, по виду хрупкое создание, а по сути, неплохо подготовленный убийца:

— У нас при себе оружие есть, отец на пятнадцатилетие подарил. Игорек случайно увидел, и потребовал себе такой же.

— Ясно, — я полностью удовлетворен ее ответом, и обращаюсь к сыну: — Будет тебе пистолет, но не сейчас, а через год.

Он наклоняет головку набок, пристально рассматривает меня, и спрашивает:

— А год, это через сколько?

— Пройдет лето, за ним осень, когда листья желтые будут, потом зима со снегом, затем весна с дождями, и так пройдет год.

— Но ведь это долго, — мальчишка возмущен и считает, что его опять обманули.

— Но ты ведь воин?

— Да, я воин.

— А воин должен быть не только силен и храбр, но и терпелив. Ты готов терпеть?

— Готов, — отвечает Игорек, отступает в сторону, и принимает самый смиренный вид.