Колдунья из Даршивы - Дэвид Эддингс

— Подарить?

— Я смог получить должность при дворе королевы Салмиссры. Иначе мне бы пришлось стать уличным попрошайкой, как и другим членам моей семьи.

— С вами все в порядке? — спросил Гарион у пепельно-серого Закета.

— Оставь меня в покое, Гарион, — пробормотал император.

— Предоставь это мне, дорогой, — предложила Полгара. — Ему пришлось перенести тяжелое потрясение.

— Охотно верю. Мне тогда тоже пришлось нелегко.

— А ведь мы обошлись с тобой мягко. Но у Цирадис не было на это времени. Я поговорю с ним.

— Хорошо, тетушка Пол.

Гарион отошел, оставив ее наедине с дрожащим Закетом. Новый поворот событий вызывал у него дурные предчувствия. Хотя по-человечески ему нравился император Маллореи, он предвидел осложнения, которые повлечет за собой его присоединение к группе. В прошлом их жизнь нередко зависела от абсолютного единства целей всех участников, а мотивы Закета никогда не были ясны до конца.

— »Гарион, — послышался усталый голос у него в голове, — не суй свой нос в дела, которых ты не понимаешь. Закет должен идти с вами — так что чем скорее ты с этим примиришься, тем лучше.

— Но…

— Никаких «но». Просто делай, что тебе говорят.

Гарион пробормотал несколько ругательств.

— И не смей меня ругать! — добавил голос.

— Это абсурд! — заявил Закет, опускаясь на стул.

— Нет, — возразила Полгара. — Вам просто придется привыкнуть смотреть на мир по-иному. Для большинства людей в этом нет необходимости. Но вы теперь член весьма избранной группы и должны руководствоваться другими правилами.

— Я не руководствуюсь никакими правилами, госпожа Полгара. Я их создаю.

— Уже нет.

— Но почему именно я? — осведомился Закет.

— Почему-то первым делом все задают этот вопрос, — сухо заметил Белгарат.

— А кто-нибудь хоть раз получил на него ответ?

— Насколько я знаю, нет.

— Мы потихоньку введем вас в курс дела, — заверила императора Полгара. — Сейчас важно лишь то, намерены ли вы удостоить вашим визитом Цирадис.

— Конечно. Мне это не нравится, но я дал слово и у меня нет выбора. Каким образом ей удается манипулировать мною?

— Цирадис обладает большим могуществом.

— Вы хотите сказать, что она добивается этого с помощью волшебства?

— Нет. С помощью истины.

— А вы поняли хоть что-нибудь из того вздора, который она несла?

— Кое-что, но, разумеется, не все. Я говорила вам, что мы смотрим на мир по-другому. Пророки также делают это по-своему. Люди, не обладающие их даром, не могут понять это до конца.

Закет уставился в пол.

— Я ощущаю себя беспомощным, — признался он, — и мне не нравится это чувство. Меня ловко лишили трона. Еще утром я был императором величайшей нации в мире, а сейчас я собираюсь стать бродягой.

— Возможно, вас это развлечет, — усмехнулся Шелк.

— Заткнись, Хелдар, — почти рассеянным тоном произнес Закет и снова обернулся к Полгаре. — Знаете, что особенно странно?

— Что?

— Даже если бы я не дал слово, мне все равно пришлось бы отправиться в Келль. Я чувствую, что нахожусь под принуждением, что меня тянет туда силой девушка с завязанными глазами — почти ребенок.

— Но существует и награда, — заметила Полгара.

— А именно?

— Кто знает? Возможно, счастье.

Закет иронически усмехнулся.

— Счастье меня уже давным-давно не прельщает, госпожа Полгара.

— Вам все равно придется его принять, — улыбнулась Полгара. — Нам не дозволено выбирать наши награды, как и наши миссии. Эти решения принимают за нас.

— И вы счастливы?

— Ну, в общем, да.

Он вздохнул.

— Ну к чему этот тяжкий вздох, Каль Закет?

— Я ведь был так близок к тому, чтобы стать властелином всего мира.

— А почему вы хотите им стать?

Закет пожал плечами.

— Никому еще этого не удавалось, а власть порождает чувство удовлетворения.

— Уверена, что вы найдете другие способы удовлетворить свое самолюбие. — Она улыбнулась, положив ему руку на плечо.

— Значит, решено? — осведомился Белгарат.

— Ничего не решено окончательно, Белгарат, — ответил Закет. — Во всяком случае, пока мы не окажемся в могиле. Но как бы то ни было, я отправлюсь с вами в Келль.

— Тогда почему бы вам не послать за Атеской? Вы должны сказать ему, куда собираетесь, чтобы он мог, по крайней мере, прикрыть наш тыл. Мне не нравится, когда за мной крадутся следом. Урвон уже переправился через Маган?

— Трудно сказать. Вы выглядывали сегодня наружу, Белгарат?

— Вход в палатку охраняется, а солдаты Атески не одобряют подглядывание.

— Туман такой плотный, что по нему можно ходить. Урвон может оказаться где угодно.

Полгара подошла к пологу палатки и откинула его. Один из солдат, стоявших на страже, что-то резко ей сказал.

— Не валяйте дурака, — оборвала она часового, потом сделала несколько глубоких вдохов и закрыла полог. — Странный запах, отец.

— Гролимы?

— Думаю, да. Возможно, чандимы пытаются скрыть войска Урвона от патрульных судов Атески. Им нужно беспрепятственно переплыть Маган.

— Если они это сделают, путешествие в Келль превратится в бешеную скачку.

— Я поговорю с Атеской, — сказал Закет. — Быть может, он сумеет немного их задержать. — Император задумчиво посмотрел на старика. — Я знаю, почему еду в Келль, но почему это делаете вы?

— Я должен прочитать Маллорейские проповеди, чтобы узнать, где находится наше последнее место назначения.

— Вы имеете в виду, что не знаете этого?

— Пока что нет. Правда, я знаю его название — Место, которого больше нет.

— Это полная чушь, Белгарат!

— Не я придумал это название.

— Почему вы не рассказали об этом в Мал-Зэте? В моей библиотеке имеется экземпляр проповедей.

— Во-первых, я не знал об этом, когда был в Мал-Зэте. Во-вторых, от вашего экземпляра мне нет никакой пользы. Все копии отличаются друг от друга, а оригинал, в котором содержится нужный мне фрагмент, находится в Келле.

— Уж очень это запутанно.

— Как всегда, с такими вещами.

Закет подошел к пологу, кратко переговорил с одним из часовых и вернулся назад.

— Я послал за Атеской и Брадором, — сказал он, печально улыбнувшись. — Не удивлюсь, если они будут горячо возражать против этого предприятия.

— Не давайте им времени на возражения, — посоветовал Гарион.

— Они оба мельсенцы, Гарион, — напомнил Закет. — А умение мельсенцев возражать и перечить вошло в поговорку. — Он нахмурился. — Кстати, почему вы отправились в Мельсен? По-моему, вам это не по пути.

— Мы шли по следу Зандрамас, — ответил Гарион.

— А ей что там понадобилось?