Отличница - Эмилия Грин

Однако видел, что ему необходимо было выпустить пар, так пусть хоть попрактикуется в моральных истязаниях на Олейнике, может, чуть полегчает…

- Уже уходишь, Игорек? - с притворным сожалением, - Я думал, ты хотел со мной дружить? Разве нет…

- Д-да.… Да… Но… Я, правда, вспомнил… - заметил, как он сглотнул, как дрожали его ладони.

Увы, я в этот момент не испытывал ни капли жалости.

Никто не планировал его даже пальцем трогать, памятуя о небезызвестной пословице, но пора уже великовозрастному детине отвечать за свои поступки, и желательно по-мужски. Чего он делать, разумеется, не собирался, пытаясь трусливо слиться.

- Если хочешь со мной тусоваться, то пройдешь посвящение, Игорь. Так все делают, - явно блефуя, с покерным лицом заявил Рома, подзывая к себе Цезаря.

- Посвящение? - со смесью ужаса и неверия прошептал бледный как смерть Олень, - Что ещё за п-посвящение?!

- Кровью, - прошептал мой друг, приближаясь к нему с каким-то маниакальным блеском в глазах.

- К-кровью? - на шумном вздохе.

- Ага. Тебе ведь уже не привыкать расписываться кровью? Твой же почерк? - склонив голову, Галицкий нахмурился, в ожидании его ответа, которого, к сожалению, не последовало.

И тогда я не выдержал, медленно появляясь из-за кустов.

- Здорово, Игорь, - что-то опасное начало бурлить в моей крови - месть, - Давно не виделись?

- М-Макс?! - этот ублюдок поприветствовал меня ломанной, дрожащей улыбкой, - И т-ты… здесь? - изумленно зыркая на Галицкого, - Т-ты же говорил, что-о-о…. - он вновь перевел на меня свой испуганный взгляд с бегающими зрачками.

- Сюрприз, ничтожество! - Роман хлопнул в ладоши, - А Макс - мой лучший друг. Он такой же, как и они… - косясь на притихших у ограждения «телят», - Он честный. Он настоящий. Он из тех, с кем хоть на войну. Не предаст. Таких в моем окружении пересчитать по пальцам одной руки. Так вот, я порву за своих друзей, уебок…

Игорь замер, его лицо покрылось красными пятнами. В этот момент Цезарь оскалился, удерживая его на прицеле своего цепкого взгляда.

- Вы.… вы собираетесь м-меня… - переходя на беззвучный скулеж.

Ну, пиздец. Жалкий до тошноты.

- Это неплохая идея, - Рома ухмыльнулся, похлопав Игоря по плечу, - Они проголодались, Игореш! Покормишь моих друзей?! - подталкивая его, с садисткой улыбочкой.

- П-пожалуйста…. н-не надо… Я в-вам… заплачу… - дрожащими губами, - Т-только с-скажите с-сколько-о-о…

- Макс, он собирается откупиться? Как тебе?! - Рома откровенно заржал, толкая Олейника ближе к ограде.

- Н-не-т.… Н-н-е-е-е-т… П-пож… - Олень порывисто выдохнул, молитвенно сложив ладони.

Я подошел к нему ближе, травя труса прямым немигающим взглядом.

- Игорь, наверняка, тебе трудно представить, что такой опасный хищник как ты вот-вот может стать чьей-то добычей? - подмигнув еле живому Оленю, я спокойно скомандовал Гектору.

- Место! - и шестидесятикилограммовая туша ротвейлера послушно подошла к своей лежанке, - Кстати, это боевые псы, - я вздохнул, - Могу ведь и отдать другой приказ, - не сводя с него пристального взгляда, - Что скажешь?

- Макс, я вообще не понимаю, чего ты ждешь? - Ромка нетерпеливо закатил глаза, - Он сделал тебе столько дерьма…

- И не только мне… - я не успел опомниться, как мое тело затряслось от гнева, а к горлу подступила тошнота, - По твоей вине, урод, избили ни в чем не повинного парня. Футболиста, который, можно сказать, живет за счет своих ног. Ты приказал вашим карманным гиенам сломать мне ноги, но принял на себя удар мой товарищ по команде. И за это ты тоже ответишь, - мрачно добавил я.

Рома на этот раз со всей силы толкнул Олейника к калитке вольера.

- М-макс.… Я… я не… - жалко хлюпая носом.

- Ты ответишь за все дерьмо, которое совершил, - закончил я, не позволяя ему вставить слово.

- П-пож-а….- даже не пытаясь сопротивляться, Игорек завалился передо мной на колени, сотрясаясь всем телом и прикрывая лицо, очевидно, опасаясь, что я начну его пинать, - Только не…не… - он с каким-то благоговейным ужасом покосился в сторону собачек, после чего в нос ударил характерный запах мочи.

Мы с Галицким переглянулись, обменявшись брезгливыми улыбками.

Вот что значит, когда разбираешься с не мужиком.

К сожалению, даже не пришлось задействовать кулаки, не говоря уже о том, чтобы реально его припугнуть, выпустив Цезаря или Гектора.

Самых послушных собак, на самом деле.

Эти псы беспрекословно подчинялись Ромке, а он, каким бы отбитым ни был, никогда бы не довел до кровопролития. Не из жалости к Олейнику, о, нет….

Рома бы не стал делать из своих любимых собак монстров-людоедов…

- Значит так, - усевшись перед этим содрогающимся червем на корточки, я вытащил из-за пазухи подготовленные заранее юристом документы и ручку, - Если ты не хочешь быть съеденным заживо, подпишешь все, по всем пунктам признав свою вину. У тебя есть ровно десять секунд. Отчет пошел… Десять. Девять…

- Да.… Д-д-да… - взвизгнул Олень, дрожащими руками цепляясь за эти бумажки.

Пока он, даже не читая, расписывался во всех своих грехах, я достал телефон, и, бросив беглый взгляд на экран, обнаружил на нем десятки новых сообщений из разных студенческих чатов и групп, на которые я был подписан.

Все они форсили одну и ту же новость:

«Во время посвящения студентов Политехнического университета изнасиловали студентку первого курса».

Глава 60

Роза

*Несколько часов назад*

- Роза, да что с твоим чертовым телефоном? Я уже полчаса не могу до тебя дозвониться! Это важно. Я утром так и не застал Трофимову. Ни ее, ни ее матери дома не было. На звонки она не отвечает, похоже, кинула меня в блок. Короче, дурдом продолжается. Будь с ней осторожна. Непонятно, что у нее на уме.… Я скорее всего опоздаю на посвящение… Если что, сразу звони. Чуть позже увидимся.

Из-за музыкальной репетиции, которая проходила перед посвящением, я только сейчас увидела пропущенные звонки от Максима и прочитала сообщение, отправленное им ещё пару часов назад.

«Замечательно»!

На его звонки она не отвечала, а вот мне самолично назначила встречу, о которой я так и не сказала Леднёву. В противном случае эта встреча бы не состоялась, а я придерживалась мнения, что она была нужна даже не столько ей, как мне.

Я потеряла столько времени, не позволяя себе