Звездный лис - Пол Андерсон

Вскоре неподалеку вынырнула из воды голова Вадажа. Хейм помахал ему рукой и поплыл дальше, пока не очутился под мостом. Это было все же хоть какое-то укрытие от преследователей. Ухватившись за опору, Хейм придал телу вертикальное положение. Через несколько секунд к нему присоединился Вадаж. Он тяжело дышал:

— Черт побери, Гуннар, ты несешься так, словно за тобой гонится сам дьявол!

—; А разве не так? Хотя для нас большой плюс то, что алероны здесь не слишком-то хорошо видят. Контактные линзы спасают их глаза от слепящей яркости, но Аврора испускает гораздо меньше инфракрасных луче, чем Эйт, а именно к этим лучам они наиболее чувствительны. — Хейм обнаружил, что рассуждения на ученые темы действуют на него успокаивающе, поскольку превращают из преследуемого животного в военного теоретика. — Тем не менее нам все же лучше держаться как можно дольше В воде, и к тому же порознь. Знаешь старый Кви де Коквилагес? Он все еще на месте. Встретимся под ним. Будем ждать в течение часа. Если за это время один из нас не появится, другой должен считать, что его напарник погорел.

Поскольку Вадаж выглядел более усталым, Хейм поплыл первым. Он плыл не спеша, в основном отдаваясь на волю течения, и добрался до устья реки в довольно хорошей форме, настолько хорошей, что даже удивился, еще раз мысленно пережив побег. Потом он намеренно выкинул из головы все эти мысли и, прячась под доком, просто наслаждался игрой солнечных бликов на поверхности воды, зрелищем наклоненных мачт, ласковым прикосновением прохладных струй, шершавой поверхностью пала, за который держался, характерным плеском маленьких волн о борта судов и разнообразием окраски их корпусов. Приподнятое настроение уже начало было меняться, вытесняемое тревогой (проклятье, надо было сказать Андре обо всем, что знаю!), когда наконец появился венгр.

— А они не станут искать нас прежде всего именно здесь? — спросил он.

— Сомневаюсь, — ответил Хейм. — Не забудь, что они — жители сухой планеты. Поэтому идея использовать воду для чего-либо, кроме питья, не может возникнуть у них так же естественно, как, например, у наквсов, которые из нее фактически не вылезают. Обрати внимание — они здесь ничего не тронули, хотя каботажный транспорт был бы весьма неплохим подспорьем для их воздушных грузовиков. Первым их предположением должно быть то, что мы как можно скорее постарались выбраться на берег, поэтому наша задача сейчас — найти какую-нибудь лодку в рабочем состоянии.

— Ну, уж тут тебе выбирать. Я ведь прирожденный сухопутный житель.

— Что ж, зато я никогда не преуспевал в верховой езде, так что по части славы мы равны.

Хейм рискнул взобраться на причал, чтобы осмотреться. Он выбрал крепкое на вид прогулочное судно — способный двигаться под водой гидрофойл — и трусцой двинулся к нему. Уйдя под воду, судно будет недоступно любым приборам, имеющимся у алеронов.

— А внутрь мы сможем попасть? — спросил из воды Вадаж.

— Да, оно не заперто. Яхтсмены доверяют друг другу. Хейм отвязал швартовый, подтянул гидрофойл к понтону и, протянув руку, помог Вадажу взобраться на палубу. Они быстро спустились в кабину и задраили люк.

— А теперь займись рацией, пока я проверю двигатель.

Год бездействия нанес судну не особенно большой ущерб. Более того, солнце зарядило его аккумуляторы до максимума. Правда, днище порядком обросло, но это можно было пережить. Хейма охватило возбуждение.

— Вообще-то моя идея заключалась в том, чтобы попытаться найти коммуникатор в городе, передать в лагерь сообщение и потом спрятаться где-нибудь в надежном месте и ждать, где нас не станут искать и где мы не умрем с голоду, — сказал он. — Но теперь, черт побери, мы сможем сами вернуться назад! По крайней мере, врагам будет сложно перехватить наше сообщение и послать в его источник самонаводящуюся ракету, если мы будем в море. Так что поехали.

Запыхтел мотор. Судно скользнуло прочь от суши. Вадаж озабоченно выглядывал из купола.

— Не понимаю, почему они не гонятся за нами как бешеные? — встревоженно пробормотал он.

— Я ведь уже говорил, как все получилось. Просто они еще не догадались, что мы выберем этот путь. Кроме того, у них там сейчас суматоха, как в публичном доме по утрам в понедельник, после того, что я сотворил с Синби.

Тем не менее Хейм был рад оставить препятствия позади и погрузиться в воду. Погрузившись на максимально допустимую глубину, он задал автопилоту курс на юго-восток и принялся стаскивать мокрую одежду.

Вадаж с благоговением смотрел на него.

— Гуннар, — в его голосе послышались слезы, — я напишу об этом балладу, и, даже если она не очень удастся, ее будут петь и через тысячу лет. Потому что твое имя будут помнить очень долго.

— Чепуха, Андре. Не заставляй мои уши краснеть.

— Нет, я просто говорю то, что есть. Неужели ты все настолько продумал заранее?

Хейм включил обогреватель, чтобы обсушиться. Океанская вода, со всех сторон окружавшая судно — темно-зеленая, населенная множеством причудливых рыб, которые то и дело мелькали поблизости, — должна была рассеять инфракрасное излучение. Хейма охватило непреодолимое чувство возвращения домой, словно он опять стал мальчишкой, проводящим все свободное время на морях Геи. На некоторое время это чувство вытеснило все остальные. Хрупкость и незавершенность триумфа станут видны ему позже. Сейчас же Хейм упивался им.

— Ничего я не продумывал, — признался он. — Идея возникла сама собой. Синби ужасно хотелось… чтобы мы стали друзьями или что-то в этом роде. Я уговорил его посетить Бон Шанс, надеясь, что, может быть, там подвернется какой-нибудь случай, который можно будет использовать для побега. Мне пришло в голову, что, вероятно, никто из его банды не умеет плавать, поэтому набережная казалась самым подходящим местом для попытки. Я попросил взять и тебя, потому что мы могли говорить по-немецки у них под носом. А потом я исходил из того, что вдвоем у нас шансы увеличиваются вдвое.

С Вадажа всю почтительность как рукой сняло, едва он услышал про немецкий. На его лице появилась ехидная ухмылка:

— Да уж, такого ужасного «Цвайндойч» я в жизни не слыхивал. Лингвистом тебе не быть.

Воспоминание больно ударило по самолюбию Хейма.

— Ага, — сухо сказал он и, стараясь хоть немного продлить миг искренней радости, быстро продолжал: — Мы уже были там, когда я подумал, что, если бы мне удалось столкнуть в воду Синби, охранники бросились бы спасать его, так что некому было бы стрелять в нас с берега. Вот если бы и ты не умел плавать, это была бы веселенькая работка — спасать еще одного неумеющего.