Семьянин - Николай Дронт

— Согласен с вами полностью! Подвиг одного — это головотяпство, разгильдяйство и ошибки кого-то другого.

Генералы нашли друг друга и вдруг стали обсуждать, какой мундир приличествует именно женской и именно лейб-гвардейской роте. Но один из айзенердцев обратился ко мне:

— Ваше сиятельство, баронство Фламенфедер славится своими плавильными печами, но сейчас есть некий кризис со сбытом стали. За время войны наши бывшие покупатели переметнулись к другим поставщикам. Но если удастся найти рынок сбыта, то производство станет весьма и весьма прибыльным.

— Вы знаете, меня меньше всего заботит продажа, что урожая, что готовой продукции моих заводов, фабрик и мануфактур. Возможно вы слышали о том, что я только-только женился?

— Признаться, да. Рассказывали.

— Так вот. У моего тестя, князя Фатея, в Большом Лесу есть некий недостаток пшеницы, вина, скобяных товаров и всякого такого.

— Понимаю.

— Зато есть избыток дерева, даже самых редких пород, пеньки, мехов и остального, чем богаты лесные угодья. Думаю, все непроданные излишки товара пустить туда. Даже прекрасного управляющего смог подрядить на это направление.

— Аха… Вон оно как получается… И что с транспортировкой? Насколько она получается дорогой?

— Пока в меру. Но я уже работаю над этим вопросом, и поверьте, через два или три месяца надеюсь вас сильно удивить.

Королева несколько минут милостиво слушала разбившиеся на отдельные островки обсуждения, а затем закрыла совещание. Предложила присутствующим вновь собраться на следующей неделе, а до той поры хорошенько обдумать ситуацию с назначением лорда-протектора вообще, и графа Тихого в частности.

Айзенердская делегация отбывала домой ободрённая и воодушевлённая увиденным на совещании. Уже на выходе государыня приказала:

— А вот графа Тихого я попрошу остаться.

Глава 28

Уговоры

На третье подряд совещание у королевы, кроме меня, остались Лаура и Карл. Очевидно их заранее предупредили. Мариана начала с комплимента:

— Стах, ты был великолепен! Так убедительно обосновал создание женской роты!

— Только не понимаю, — вмешалась Лаура, — почему не я отбираю девчонок в её состав?

— Если бы платила, сама бы и отбирала, — пояснила государыня, съевшая собаку в политических вопросах. — Но так даже лучше для нас — посмотрим, как отборочный комитет станут организовывать? Кто в него войдёт? Как сцепятся, когда каждый начнёт своих кандидатов проталкивать? Сразу станет ясно, кто с кем и против кого играет.

— Ваше величество, а как хорош пассаж об офицерах роты из «лучших семей»! Да только на выборе капитанши можно вычислить всех главных айзенердских игроков! Никто из управляющей верхушки не захочет остаться в стороне от такого!

— Мелкий вопрос! — воскликнула великая герцогиня. — Почему вы придаёте ему столько значения? Может, охрана вообще никогда не понадобится!

— Ваша светлость, женская лейб-гвардейская рота — это не столько про охрану, Это скорее про отношения. Прошу прощения за то, что сравню Айзенерд с кипящим котлом под плотно закрытой крышкой. Да, сейчас пламя в очаге притушили, но одно неосторожное действие и крышку снесёт накопившимся паром. Собрав сто девиц в роту, мы получим сто благодарных семей. Лишних денег в герцогстве нет, а тут некоторым случится облегчение финансовых забот, а главное — надежда!

— Надежда?

— Да, ваша светлость, надежда на лучшую жизнь. Как вы считаете, сколько рядовых, из первого собранного состава, года через три или четыре останется в списках? По моим прикидкам, не более половины, скорее треть.

— Вы думаете, так много погибнет? Будет бунт⁈

— Бунт? Ваша светлость, скорее стоит готовиться к замужествам. В Айзенерде из-за войны недостаток женихов, а тут небалованные девицы периодически оказываются в сытом Хаоре. Причём состоящими на не слишком высокой, но почётной должности. Для многих гвардейцев и чиновников появится выбор невест.

— А если обещать небольшое приданое, — я вставил свою ремарку, — и, скажем, хотя бы тысячи три талеров…

— Пять, граф. Не будем мелочиться, — поправил меня канцлер. — За счёт Короны. Так привяжем Айзенерд к Хаору родовыми узами. Про поддержку семьями даже не упоминаю. Как и про прочие положительные эффекты.

— Зачем собирать роту, если оттуда все разбегутся замуж?

— Лаура! Ты слушаешь, но не слышишь! Затраты стократно вернутся верностью и поддержкой подданных. Не меряй только деньгами — ты же политик и государыня.

— Эдмунд, приблизительно так же, уговаривал отдать деньги из приданого.

— Ты не подумала, что сейчас деньги собирается платить кто-то другой? И вообще, давайте вернёмся к основной теме — принимать ли Стаху титул лорда-протектора сразу или стоит поторговаться?

— Пусть примет, а заодно, помимо айзенердских доходов, положенных Эдмундику, присмотрит за моими. И за зеленоземскими тоже.

— Ваша светлость, у графа нет на то ни времени, ни полномочий. Скажем, с полномочиями можно было бы что-то придумать, но служебные дела никуда не денутся.

— Лаура, почему ты вообще решила, что Стаху интересно или выгодно заниматься твоими личными финансами? И что я дам ему послабления по службе, для занятий зеленоземскими делами? Ответь на вопрос — зачем это нужно камергеру и генерал-архимагу, графу Везенскому и Тихому, члену Государственного совета, смотрителю Зелёного дворца? Про прочие заботы и обязанности я просто промолчу? И чем это интересно мне?

— Я сама не справлюсь! И боюсь, что доходы от Зеленоземья могут сильно упасть.

— Не каркаю, но скорее всего так и будет. Но это твои личные передряги, не влияющие на политические расклады. А вот лорд-протектор великого герцогства для королевства полезен, потому под него можно выделить и финансовые, и людские ресурсы.

— Если Стах будет контролировать доходы Эдмунда, то легко присмотрит и за моими.

— Айзернедскими? Возможно, но только возможно, я бы согласилась с этим, но на каком основании ты пытаешься сюда приплести всё остальное? Гоуи — не Айзенерд, и лорд-протектор там не имеет никаких прав на контроль графских доходов. Зеленоземье вообще твоё — кто там Стах?

— Хранитель печати… Но я могу дать ему ещё какой-нибудь титул.

— Какой? И зачем он ему? Да и нет у тебя бесхозного баронства или графства.

— Ваше величество, тут возможна юридическая коллизия.

— Да? И какая?

— Зеленоземье полностью принадлежит её светлости. Она может распоряжаться им, как пожелает. Например, может, сохранив себе ежегодный доход и поставив ряд условий, передать титул кому угодно. Одним из условий, возможно, поставить возвращение титула, после смерти его носителя, наследнику герцогини Зеленоземской, великому герцогу Эдмунду.

— Не поняла… Это как? Я отдаю герцогство Стаху, он завещает Зеленоземье