Правило русского спецназа - Роман Злотников

— Вот и прекрасно. Давайте же перейдем к десерту и больше я вас не задержу. Полагаю, вам следует сегодня же отправиться в обратный путь — чем раньше вы закроете наши дела на Сан-Анджело, тем лучше.

За десертом О’Киф не оценил ни превосходный коньяк, ни бесценный кофе, который Макнамаре доставляли прямо с Земли. Сигарой он поперхнулся и долго кашлял, брызгая слюной и вытирая слезы.

Макнамара проводил его до лифта и, пожимая руку, напомнил:

— Вы обязаны завершить все дела в назначенный срок, Патрик, а через два месяца должны приступить к своим новым обязанностям. Мне нужны люди, нужна грамотная и зубастая молодежь, и вы будете одним из тех, кто даст мне ее.

Через час «Монровия», даже не успев полностью заправить топливом танки, стартовала с орбитального терминала. О’Киф, запершись в рубке связи, по закрытому каналу отдавал распоряжения персоналу компании на Сан-Анджело. Он решил не тянуть время — а вдруг объединенный флот начнет операцию против гетайров раньше?

Макнамара принял сообщение, что «Монровия» покинула орбиту Клеменции, и приказал подготовить челнок. Сегодня он хотел облететь свои предприятия, с тем чтобы назавтра вылететь на Нью-Вашингтон. Через три дня ему предстояло участвовать в открытии нового колледжа, названного в честь соратника Макнамары-старшего Томаса Лундквиста. Подготовка целого поколения соратников займет не один год, но это будут единомышленники, которых так сейчас не хватает. Их не надо будет использовать втемную, как О’Кифа и десятки других, они будут готовы работать по двадцать часов в сутки ради далекой цели, они будут уверены в правильности избранного пути и не остановятся ни перед чем.

Если бы не проведенная Федеральным Бюро операция «Секта», у него уже сейчас были бы последователи, внедренные в государственные структуры. Он слишком поздно узнал о проводимой операции и ничего не смог сделать. Впрочем, винить себя Макнамаре было не в чем — тогда он только-только взял управление корпорацией в свои руки. Далось это нелегко — пришлось пройти через кровь и грязь, но его готовили к тому, чтобы идти к поставленной цели, не замечая препятствий, долгих одиннадцать месяцев. Это было тяжелое время, когда ломались все привычные представления о жизни и своем месте среди людей. Собственно, и понятия о людях, о положении человечества во вселенной, тоже менялись кардинально, но только поверив в окончательную цель можно достигнуть желаемого. Справедливость — высшее благо, но путь к ней будет труден и тернист. Что ж, он прошел его и покажет дорогу остальным.

Макнамара уже понял, что Александр Великий проиграл. Рано, слишком рано было выступать против мирового порядка с позиции силы. Конфронтация с мировыми державами была заранее обречена на неудачу — еще не подготовлено общественное мнение, еще не запали в умы граждан те идеалы, ради которых Макнамара работал, и будущее, которое он видел отчетливо, еще никто не мог увидеть в исподволь надвигающихся на человечество переменах.

К сожалению, даже он, всемогущий Майкл Макнамара, глава промышленной и финансовой империи, иногда был бессилен. Он мог протащить через парламент любой нужный ему закон или заблокировать невыгодный, он мог выставить несколько десятков вооруженных кораблей, чтобы запугать конкурентов, он мог спровоцировать беспорядки, снять либо назначить нужного ему человека почти на любой пост в правительстве, но порой его власть и деньги не значили ничего.

Было похоже, что кто-то очень сильный и независимый уже осознал наползающую на человечество тень и готовился противостоять неведомой угрозе.

Глава 31

— Внимание, экипаж, — проревел по громкой связи голос Падальщика, — на подходе караван, принадлежность — Лига, тридцать единиц, из них ориентировочно двадцать купцов. Большой куш ползет в руки, ублюдки! Наша задача — подпустить караван как можно ближе, прорвать ордер, выбросить абордажников и связать боем охрану, пока не подоспеет Неарх. Все понятно, висельники? Цели будут указаны, когда выйдем на дистанцию выброса. Абордажным группам занять места в ботах.

По «Божьей заступнице» прокатился восторженный рев — закончилось тоскливое ожидание, однако некоторые, наиболее умудренные опытом, призадумались. Десяток кораблей в охране — немало, и опоздай Неарх на несколько минут — мало не покажется. Одна надежда, что военные корабли не смогут применять тяжелое вооружение внутри ордера. Такую тактику гетайры стали использовать после памятного нападения Птолемея на караван «мороженого мяса».

Полубой занял место в абордажном боте. Поскольку после боя с «Дерзким» абордажников на «Божьей заступнице» поубавилось, все смогли разместиться в двух ботах. Старшими групп были Диего-Утконос и Лэнс, имеющие наибольший опыт среди пиратов. Впрочем, командование было чисто номинальным — после того, как начнется свалка на борту купца, каждый будет сам себе голова — схемы боя были давно отработаны и испытаны не одним нападением. Первое — подавить сопротивление. Тут надо было действовать предельно жестко, сразу показав команде противника, что пираты шутить не будут и все, кто окажет сопротивление, будут уничтожены. Второе — захват мостика и рубки связи, третье — взятие под контроль силовой установки, и только после этого изоляция экипажа в надежном помещении — ангаре, шлюзе, или складе и подсчет потерь и прибыли. Последнее — самое приятное, но до этого еще надо было дожить.

После того, как баззеры проревели тревогу, Полубой отвернулся от Лэнса, торопливо нырявшего в скафандр, перекрестился, снял нательный крестик и положил в карман куртки.

— Прости, Господи, если придется загубить души невинные, — прошептал он, четко понимая, что абордажа без жертв не бывает и ему придется оправдывать свое прозвище.

— Молишься? — спросил Лэнс, пробуя, насколько легко выходит сабля из ножен. — Правильно. Перед Господом лучше предстать с молитвой на устах, чем с проклятием. Ты вот что, Убивец. Я за тобой пригляжу, но и ты вокруг посматривай. В свалке всякое может случиться. Зазеваешься, а в спине у тебя пять дюймов железа, а с той стороны за рукоять Утконос держится.

— Это я все понимаю. Ты мне объясни, у Падальщика с головой как, порядок? В три корабля кидаться на караван, у которого в охране десяток боевых судов, это нормально?

— Вообще Падальщик даже при равенстве сил еще подумает, стоит ли нападать или нет, — задумчиво сказал Лэнс, — раньше за ним не водилось без оглядки бросаться в атаку. Думаю, и на этот раз все просчитано. Другого такого хитреца поискать еще. Опять же Неарх подойдет с тыла. Пока конвой будет нас выцеливать, он им в спину ударит. Не забивай голову чем не надо, Убивец. Наше дело — взять купца. Работай руками, а головой есть кому поработать.