Второй день на царствии - Юрий Витальевич Яньшин

предприятиям самим продавать свою продукцию, а не через его непонятные структуры, где оседает немалая часть денег, которые предприятиям отнюдь бы не помешали. У нас сейчас имеются очень хорошие шансы по продаже бронетехники, артиллерийских систем, включая РСЗО, стрелкового оружия на сотни миллиардов рублей.

— И как, при этом, вы предлагаете использовать сэкономленные средства?

— Исключительно по назначению. В будущей войне за влияние нужны системы вооружений, основанные на совершенно иных физических принципах. Нам срочно необходимо развивать воздушно-космическую составляющую наших Вооруженных Сил, а также все, что связано с их электронно-цифровым сопровождением. Тот, кто контролирует космос и потоки информации, тот контролирует все. У нас сейчас имеется неплохой задел в этой области, особенно это касается систем РЭБ, которые неплохо себя зарекомендовали в Крыму, на Донбассе и в Сирии. Но останавливаться ни в коем случае нельзя. Иначе, сначала догонят, а потом сомнут. Наглядный пример тому — долгая возня с принятием на вооружение Су-57. Уму непостижимо! Десять лет испытывают. Уже и китайцы вот-вот на хвост сядут со своим J-20.

— Не спорю. В этом вы безусловно правы, но вы не боитесь, что может получиться такая ситуация, когда мы продадим вооружения, еще не поставленные для собственной армии, а сами останемся при этом с голым задом в случае даже локального конфликта? — продолжал настырничать Рудов.

— Не боюсь. А вам кажется более приемлемой ситуация, когда мы из года в год гоняем на Параде Победы одну и ту же роту «Армат»? — съехидничал Юрьев и тут же продолжил. — А почему? Да потому, что дороговаты они в производстве, и дороговизна их происходит из-за мелкосерийности, ведь на более приличное количество у Минобороны элементарно нет денег. А когда поступит крупный заказ, от той же самой Индии, то мы сразу убьем нескольких зайцев. Во-первых, отработаем, как следует технологию производства. Во-вторых, снизим издержки, а значит и конечную цену для потребителя. В-третьих, предприятие получит дополнительную прибыль, а бюджет Министерства снизит свою нагрузку. В-четвертых, позволит наладить производство и для себя, но с учетом уже имеющегося опыта эксплуатации, его модернизированного варианта. Я уж молчу о дополнительных доходах государства в виде налоговых отчислений. Вам мало?

— Нет, но все же… — опять хотел что-то возразить «пруссак», но доктор технических наук, может быть не совсем вежливо, его перебил.

— А на ваше «но все же» я отвечу, что не надо нам поддаваться на глупые рассуждения ура-патриотов о том, что-де мы не будем поставлять за рубеж такую технику, пока не получим ее в достаточных количествах для наших ВС. Мы-то с вами прекрасно знаем, что в следующей Мировой войне будет применяться совсем другая номенклатура боевых систем — не из той, что катается по брусчатке Красной площади, а из той, чей вид является государственной тайной. То, что видит почтеннейшая публика — всего лишь детские хлопушки даже не вчерашнего, а уже позавчерашнего дня.

Афанасьев, не вмешивался в легкую перепалку между соратниками. Он молчал, уперев взгляд в столешницу, и вспоминал встречу с Вострецовым. Его удивило сходство нетривиального мышления Юрьева и Вострецова. «Юрьев прав, как ни крути, — невесело думал он. Мы с Рудовым — люди прошлого века и мыслим устаревшими категориями. Наш век прошел. Будущее принадлежит таким как он, сумевшим, несмотря на возраст, преодолеть косность мышления и привитые с детства стереотипы. Но он явно перерос, предлагаемый ему пост. Не мне, а ему следовало бы руководить государством в это непростое время. Хотя…» И тут его осенило.

— Все-все, товарищи, — хлопнул он ладонями по столу, — мы сейчас в спорах зайдем так далеко, что и не выбраться. А потому я на правах диктатора и самодура прекращаю эту дискуссию и присуждаю Борису Ивановичу полную победу по очкам. Приходится признать, что бюджет Минобороны может быть использован более эффективным способом. И да, мы, я должен это констатировать с горечью, в своем мышлении сильно поотстали от реалий сегодняшнего и уж тем более завтрашнего дня, что совершенно недопустимо. Да-Да, Сергей Иваныч, мы с тобой замшелые ретрограды. И единственным нашим плюсом может быть только содействие внедрению идей Бориса Иваныча, коли уж у нас самих на это мозгов не хватает. Не смотри на меня так Сергей Иваныч, я не сошел с ума, лучше вспомни нашу сегодняшнюю встречу с академиком Вострецовым.

— Это с Игорем Николаевичем?! — не удержался Юрьев.

— Да.

— Светлая голова! Я помню, еще до того как меня ушли с поста заместителя министра по вооружениям они занимались на Новой Земле опытами по созданию протонного оружия. Неужели у них все-таки все получилось?!

— Получилось, Борис Иваныч! Более чем. Результаты оказались просто ошеломительными. И сейчас, среди своих, я могу раскрыть карты. По данным последнего эксперимента, проведенного вчера утром, мы имеем на руках действующий прототип…

— Абсолютного Оружия, — безмятежным и спокойным голосом проворковал Тучков, оканчивая фразу Верховного.

— Никак вы в курсе, Николай Палыч?! — весело удивился Афанасьев пронырливости жандарма.

— А как же может быть иначе? — ответил тот вопросом на вопрос. — Ведь именно наше ведомство с самого начала вело этот проект. Мы спрятали обоих разработчиков на Крайнем Севере — подальше от назойливых и вездесущих глаз иностранных разведок. И сейчас мы продолжаем их плотно опекать.

— Значит, вы знали о результатах вчерашних испытаний? И ничего не сказали? — слегка нахмурился Валерий Васильевич.

— А зачем? — хмыкнул Тучков. — У вас для этого есть Иванов. И я здраво рассудил, что получить исчерпывающую информацию по этому делу вам будет гораздо приятнее от него, чем от контрразведки.

— Ну, вы даете! — покачал головой Афанасьев, не зная еще сердиться ему или радоваться прыти своих спецслужб.

— На том и стоим! — не без гордости ответил потомок своих славных предков.

— Да. Вот поэтому я и согласен со всем тем, что сказал нам сейчас Борис Иваныч. Если мы, вылезая из кожи вон, успеем в кратчайшие сроки запустить в производство воздушную и космическую компоненты этого нового, революционного вида оружия, то все имеющееся в мире на данный момент оружие, станет просто никому не нужным хламом. НАВСЕГДА, — выделил последнее слово Афанасьев. — С его помощью мы сможем решать военные конфликты любой сложности буквально в течение нескольких секунд и с любым противником. И наконец, самое главное. Когда оба компонента будут развернуты в местах дислокации и в нужных точках геостационарной орбиты, то все прежние разговоры о Третьей Мировой войне из области вероятных прогнозов перейдут в фантастические домыслы.

Эта новость была из тех, что поднимают настроение и вдохновляют на покорение все новых и новых вершин, поэтому все присутствующие с энтузиазмом восприняли ее, одобрительно улыбаясь даже