Лаура - королева призраков - Window Dark

Вы, наверное, решили, что черным призракам уже надоело упорное ожидание? Нет, и эти размышления заняли у КХ не больше мгновения. Угрожающе увеличив размеры своих горящих глаз, КХ раскрыл рот и сверкнул острыми клыками. Еще оставалась последняя возможность для того, чтобы ухнуть вниз и заниматься обыденными обязанностями, не начинать задуманное, раствориться. Но КХ никогда и не подумал бы ей воспользоваться.

— Слава Черному Королю! — прозвучали его первые слова (и с ними нельзя было не согласиться). — Слава делам его и свершениям. Слава и тем, кто шел с ним в его войске. Слава идущим теперь его дорогой. Слава великим, кто ведет нас путем Черного Короля, путем многотрудным и не всегда благодарным. Но засияют имена тех, кто указывает путь миру черных призраков к величию и процветанию.

В этот судьбоносный час нет рядом нашего верховного правителя, но с нами слава его и законы, коим должны мы подчиняться немедленно и беспрекословно. О чем же гласят они в этот день? Не от том ли, что тесен стал для нас мир, скучна жизнь, мелки деяния. Не о том ли, что свернули в сторону наши ноги, а глаза, утеряв цель, бессмысленно буравят туманную мглу? Не о том ли, что наступило время, когда сможем к бесконечному списку великих свершений добавить еще одну, очередную победу, возвеличивающую и мир наш, и наших мудрых правителей.

Но что за победа? Что за великое свершение? На ваш вопрос есть мой ответ.

Ответ этот — черный треугольник. И снова звучит из ваших уст: Как? Какие миры выбрать? А не сорвется ли наша затея?

Сорвется! Непременно сорвется! Но лишь в том случае, если мы не объединим наши ряды и не ударим разом. А чтобы ободрить вас добавлю: нам остался всего-навсего последний, заключительный штурм. Две грани треугольника уже проложены мной. Две черные дуги ведут из нашего мира к людям и белым призракам. Существует и третья грань, соединяющая два чужих пока для нас мира.

Так давайте же общими усилиями перекрасим эту грань в наш цвет. И тогда во славу Черного Короля черный треугольник расширит границы, подарит нам новые возможности, вознесет к невиданному доселе могуществу, превратит скучную жизнь в наполненную событиями, действиями и непредсказуемыми приключениями.

КХ судорожно вобрал в себя массу воздуха и остановился. Такими словами вполне можно завершить свое выступление. Но тысячи глаз, устремленных на него, тысячи существ, настроенных на его волну, наполняли КХ такой энергией, что он чуть не взрывался от распиравших изнутри сил. Хотелось говорить и говорить, властвуя над слушателями и их умами. Кто знает, может уже никогда не повторится эта минута. КХ мечтал продлить блаженство до максимально возможного предела.

Многие тысячи лет никто не осмеливался созывать общее собрание, боясь пустоты предлагаемых идей, неизбежного затем, всеобщего осуждения и показательной мучительной казни. Но КХ вовсе не считал свои планы пустячными и незначительными. Он готов был рискнуть и, упиваясь сейчас безграничным вниманием, ликовал, что не испугался и не отступил. Поэтому, уняв энергетическую дрожь и приняв еще более величественный вид, он продолжил:

— В данный момент времени наши войска в лице исполнителей ведут непрерывные атаки на незначительные подразделения белых призраков, уцелевших при предыдущих штурмах. В ближайшем будущем их сопротивление будет окончательно сломлено. Мои непосредственные подчиненные по прежней должности осуществляют непрерывный контроль за состоянием дел в мире людей. Дворец Лауры захвачен, сама королева нейтрализована, с ней осталось всего восемнадцать воинов. Ни один из них не может покинуть мир людей, так как белая дорога перекрыта моими заставами и надежно искривлена. Также следует добавить, что, существуя под Солнцем, Королева постепенно утрачивает свои магические свойства.

КХ перевел дух. Его тело, казалось, излучало счастье от осознания собственной значимости. Нет, речь еще не закончилась. Представив текущее положение даже в лучшем свете, чем оно обстояло на самом деле, ему теперь следовало укрепить свои позиции, красочно обрисовав грандиозные перспективы предстоящей военной компании. В нем уже твердо обосновалась уверенность все, что он задумал свершить, верно и правильно. Аудитория, видимо, склонялась к тому же мнению.

— Что же нас ждет в конце пути? — возгласил КХ. Собравшиеся вопросительно сверкнули глазами. Общая картина совещания донельзя напоминала религиозные встречи, когда огромная толпа людей, набившаяся на бесплатное мероприятие во вместительный зал или на стадион, напряженно всматривается в далекую сцену. А там, широко улыбаясь в лучах прожекторов, расхаживает свой в доску проповедник, который доходчиво объясняет заблудшим братьям во Христе, что такое библия и почему следует жертвовать как можно больше денег на благотворительные цели. Замените в своем воображении людей на черные сгустки, а плавно текущую речь на отрывистое щелканье, и Вы получите точное представление о происходящем в квартире Иннокентия Петровича.

— Ну, так что же? — повторил вопрос КХ. — Не надо отвечать. Это увидит каждый из вас через неделю, через пару дней, а может и через несколько часов, если, конечно, прислушается к моим доводам и посодействует воплощению моих планов в конкретные дела. Мы стоим на пороге очередного великого свершения. Так давайте же не топтаться в нерешительности, а смело шагать по дороге Славы. Замок бывшей королевы бывшего мира белых призраков уже ждет нового властелина. Мир людей готов принять наше владычество. Крайне неразумно поворачивать вспять в тот самый момент, когда перед нами уже открылись новые горизонты.

Теплый порыв солидарности обрушился на КХ и заменил бурные и продолжительные аплодисменты. Ему хотелось сказать еще пару отличнейших витиеватых изречений по делу, но перегибать палку все же не следовало.

— Я думаю, у собравшихся возникли вопросы, — милостиво разрешил перейти к диалогу КХ.

— Разумеется, — из ложи совета правителей вверх вознесся осторожный и рассудительный Эрнст М, который отвечал за взаимоотношения с близлежащими мирами. Он имел вид худого длинного конуса, направленного вниз. По черной мгле бугристой поверхности его туловища пробегали серебристые сполохи, отмечавшее важное положение.

— Речь, конечно, пламенная и небезынтересная, — начал он, сменив оранжевый огонь глаз на холодный изумрудный. — Единственная, не прозвучавшая в выступлении мысль таит загадку. А что же конкретно требуется от нас? Какого участия просит наш многоуважаемый КХ? И какого властелина ждет замок королевы Лауры? Уж не самого ли оратора?