Что-то кроме магии - Akana again

Косой переулок за «парадной формой одежды», деканской мантией тут не обойдешься. И не забыть зайти в цирюльню, дракл бы ее побрал! Хорошо хоть накануне выдали жалование.

* * *

В заведении под вывеской в виде ножниц пожилой мастер усадил Северуса в кресло, проделал все необходимые приготовительные манипуляции и надолго замер, молча глядя на отражение своего клиента в зеркале. Так надолго, что клиент всерьез начал опасаться, что сейчас последуют радикальные советы — например, остричься наголо или перекраситься в блондина. Но парикмахер всего лишь предложил подравнять концы и собрать сзади волосы в аккуратный хвост. Мол, сейчас многие так носят, вот как раз и неброская муаровая лента в тон. Не дожидаясь согласия, мастер немного пощелкал ножницами, достал из воздуха узкую легкую полоску ткани и быстро приспособил ее к получившемуся хвосту. Зеркало предъявило сплошные острые углы, которые теперь не скрадывались длинными прядями, но в целом результат показался не таким уж и отталкивающим.

Мадам Малкин не первый год стояла за прилавком своего магазина. Ни она, ни ее помощница не набросились с предложением помочь на небогато одетого молодого человека, звякнувшего колокольчиком входной двери «Мантий на все случаи жизни». Они дали ему возможность освоиться, приглядеться к выставленным образцам и лишь тогда, когда он сам вопросительно посмотрел на владелицу ателье, та ответила ему ободряюще-доброжелательным взглядом и вежливо поинтересовалась, чего желал бы уважаемый покупатель. Мантию для торжественного приема? О, вы исключительно удачно зашли, сэр! Имеется идеальный вариант — умеренно дорогой, элегантный, и как раз ваш размер. Примерочная — прямо за шторкой, будьте любезны...

Северус ожидал чего-то пышно-бархатного с драгоценностями и уже собрался с духом, чтобы сообщить об ограниченности собственных финансов, но мадам профессионально ловким жестом накинула ему на плечи нечто другое. Быстро щелкнула застежкой у него на груди, там одернула, тут расправила и повернула к зеркалу. Потом надела на его голову остроконечную шляпу — явную родственницу мантии, — и картина была завершена.

Никаких сомнений: господин. Не «эй, приятель» и даже не «послушайте, любезнейший». На такого смотрят снизу вверх, предупредительно распахивают двери, а в разговоре всегда добавляют «сэр».

— Превосходно выглядите, сэр, — улыбнулась из-за его спины портниха.

— Сколько? — спросил он, обмирая при мысли, что не хватит денег. К счастью, сумма прозвучала приемлемая, и осталось еще на новую сорочку, чтобы с шиком выпустить из-под черных обшлагов ослепительные полдюйма матового шелка.

Переодеваться обратно решительно не хотелось. Он уменьшил тюк со старой одеждой, спрятал его в карман и вышел из магазина, наслаждаясь удобством обновки и сознанием того, как он теперь выглядит.

Порт-ключ был при нем, подарок — тоже, Треверс оставлен на факультете за старшего и проинструктирован. Ничто не мешало со вкусом прогуляться по лавкам, тем более что до указанного в приглашении времени оставалось целых два часа.

* * *

В аптеке Малпеппера как всегда было полутемно и воняло тухлятиной: Малпеппер не считал нужным тщательно закупоривать свои бочонки, бутыли и банки. Он восседал за конторкой и втолковывал что-то одному из посетителей — остроплечему, невысокому, в жеваной выцветшей мантии. Северус, рассеянно переходя от одного бочонка к другому, услышал тихий надтреснутый голос: «не может быть, это разрешенный ингредиент, я точно знаю...»

— Да вы, милостивый государь, читать не умеете, что ли?! — возмущенно булькал толстяк-аптекарь, тыча коротким пальцем в пергамент перед собой. — Вот же ясно написано: «любые препараты борца северного к розничной продаже запрещены»! Министерское распоряжение, между прочим! Ступайте в аптеку при Мунго, там продают готовое зелье!

— На готовое зелье запись на полгода вперед, — пробормотал незнакомец и собрался уходить. Но прежде, чем он повернулся, прежде чем показались изможденное лицо и запавшие глаза, Северус уже узнал его.

Узнал и не сразу поверил в то, что вместо ожидаемых ненависти, презрения, жажды мести испытывает лишь удивление. Ведь как круто обошлась судьба с тремя остальными, отправив кого в тюрьму, кого на тот свет, а этот, гляди-ка, жив и на свободе. Потрепан изрядно, но все-таки вот он, бывший Мародер, оборотень наш застенчивый!

— Люпин...

Он вздрогнул, присмотрелся, мучительно сморщился, пытаясь узнать. Снейп подошел ближе.

— Ты?! — выдохнул Ремус, пятясь, будто увидел инфернала.

— Так вы будете что-нибудь брать, мистер? — окликнул его аптекарь.

— Нет-нет... — в замешательстве ответил Люпин и, не глядя больше на Снейпа, выскочил на улицу.

— Догонялки мне тут устроили, — проворчал Малпеппер, наблюдая, как вслед за первым аптеку с такой же скоростью покинул и второй посетитель.

— Что тебе от меня нужно?!

— Скажи, как это получилось? И почему — Блэк? Ведь они же с Поттером...

— Не знаю, — почти простонал он. — Этого никто не может понять.

Прохожие с любопытством поглядывали на хорошо одетого джентльмена, который тряс за плечи замухрышку. Небось, карманника поймал, собирается отделать как следует... И лишь самые наблюдательные замечали, что респектабельный господин смотрит на воришку с непонятной надеждой и даже мольбой.

— Расскажи все, что знаешь. Прошу тебя.

Люпин пересказал передовицу «Пророка». Добавил лишь, что пытался добиться свидания с Блэком, пока того держали в пересылочной камере Визенгамота, но безуспешно. Теперь же, когда Сириус в Азкабане, это еще труднее сделать...

Заноза, засевшая глубоко в сознании с того самого ноября, не желала ни рассасываться, ни выпадать.

— Блохастый в любом случае получил, что ему причиталось, — Северус не собирался скрывать охватившее его злобное торжество. — И еще легко отделался. А вот его дружку — когда я его найду, — не позавидуешь.

— Какому дружку? — теперь и Люпин глядел на него так, будто ждал чего-то невероятного и очень важного.

— У Блэка должны были быть связи с кем-то из наших. С кем-то, кто потом передал информацию Повелителю. Напрямую Блэк выйти на него едва ли мог: у этого чистоплюя хитрости бы не хватило.

— Ходили слухи, что Поттеров, наоборот, выдал кто-то из орденцев, — неохотно проговорил Люпин.

— Похоже, мы говорим об одном и том же человеке.