Гвардеец Бонапарта - Венита Хелтон

Лаура снова подошла к окну каюты и задумчиво посмотрела на морскую воду.

– Интересно, почему он не сказал об этом папе?

– Он просто не хотел быть хитрым.

– Хитрым?

– Угу. Если бы твой папа знал, что миста Юкс один из гвардейцев, он бы хватил свой мушкет и застрелил тебя идти за него замуж. Миста Юкс хотеть, чтобы ты любить его, а не потому, что твой папа любить Наполеона.

– Может ты и права.

– Конечно, права.

– Я спрошу его об этом.

– Да, да, только после как вы пожениться. Не очень красиво, чтобы мужчина знал, что девушка любопытна как сорока.

– Но я же уже знала, что он воевал за Наполеона. Он все равно рано или поздно рассказал бы мне об этом.

– И все-таки держи свой рот закрытым. Дай ему самому рассказать и делай вид, что удивилась.

Лаура вздохнула.

– Жалко, что он не разрешает мне подняться на палубу, у меня очень острое зрение, хорошие глаза.

Ида хмыкнула.

– Ага, и ты будешь пялить их на него, а не на море. И он будет отвлекать себя.

– Но у него же есть еще и команда.

– Они тоже будут таращиться на тебя и никто не увидит англичан, пока мы все не вознесемся в рай, и мы будем тогда все вместе сидеть на облаках, поплевывать вниз на корабли и ломать головы, как это вовремя не заметили этих проклятых англичан.

– Ида, у тебя слишком буйное воображение.

– Сент Джон называть это здравым смыслом. Он всегда говорить, что кто-то должен меня сделать большим начальником.

– Он прав. В твоем мизинце больше здравого смысла, чем у самого Клейборна со всеми его чиновниками и советниками вместе взятыми.

Ида серьезно покачала головой.

– Да, если бы меня сделали главной начальницей, я бы послала всех этих ребят из ополчения помогать старому миста Джексону.

Лаура подозрительно посмотрела на служанку.

– Ты что, подслушивала, о чем мы говорили с Домиником прошлой ночью?

– Еще чего. Я никогда не суюсь чужие дела.

– Ха! – скептически хмыкнула девушка.

– А почему вы говорить мне «ха», мисс Лаура? Я никогда не слушать вас в личные разговоры.

– Тогда откуда ты узнала про ополчение?

– Да все чернокожие в городе про это знают, совсем не надо слушать, про что говорят белые люди в спальне, чтобы знать, на чем держится земля. – Лаура скрестила руки на груди и задумалась. Внезапно Ида сказала: – Ты опять беспокоиться про миста Юкса, потому что он хочет идти драться на англичан?

– А ты еще говоришь, что не подслушивала.

– Да нет же, это Тим рассказал мне о планах миста Юкса. Все матросы про это знают и все хотят быть с ним, чтобы помочь охотиться за британским флотом.

– Ой, Ида, давай не будем говорить об этом.

– А я не говорила ни слова, – закрыв глаза, служанка откинула голову на спинку кресла и погрузилась в дремоту.

Лаура подошла опять к шкафу и долго, долго смотрела на мундир Доминика, думая о том, что во всем мире только очень незначительное количество людей заслужили право носить его.

Остров Гранд Терра был небольшим, всего шесть миль в длину и одна в ширину и лежал прямо у побережья Луизианы. В половине седьмого вечера «Дракон» произвел выстрел из сигнального орудия в направлении острова. Вскоре они увидели, как над маленьким каменным островом поднялся клуб дыма и донесся звук ответного выстрела, возвещающего о том, что вход в порт свободен.

Доминик направил корабль в узкий пролив между островами Гранд Терра и Гранд Аил. Отсюда открывался вход в залив Барратария, где «Дракон» и стал на якорь в сотнях ярдов от берега.

Побережье было пустынным, ни один дымок не поднимался над кирпичными домами, стоявшими в зелени деревьев, и только несколько портовых шлюх приветствовали экипаж их корабля. Залив был необычайно пустынен. Доминик насчитал всего лишь несколько кораблей люггеров и барж.

– Ночь мы проведем вон в том красном доме, – сказал он, помогая Лауре и Иде сесть в шлюпку, – а завтра перегрузим товары твоего отца на баржу и двинемся в Новый Орлеан.

На берегу Доминик повел женщин по дорожке через кипарисовую рощу. На лужайке, не очень далеко от берега, они увидели большой красный дворец, окруженный кирпичными зданиями. Высокие открытые окна дворца были ярко освещены.

Из дома вышел Жан Лаффит. Высокий и черноволосый он был одет в просторный синий мундир. Четыре головореза, одетые в такие же мундиры, вышли вместе с ним и посмотрели на пришедших. Жан всмотрелся в темноту и вдруг воскликнул:

– Доминик, наконец-то, добро пожаловать!

Лаффит быстро сбежал по ступеням веранды, обнял своего брата и расцеловал в щеки.

– А где это все? – спросил Доминик.

Однако, прежде чем Жан смог ответить, из дома внезапно выпорхнули две девицы в одних корсетах и нижних юбках, сбежали по ступеням и, оттолкнув в сторону Лауру, осыпали Доминика поцелуями.

Жан расхохотался, увидев смущение Доминика, который бросал обеспокоенные взгляды на Лауру.

– Тебе надо поторопиться в дом, братишка, пока мои горячие крошки не потребовали от тебя кое-чего большего, чем поцелуи прямо на глазах у леди. Лично я думаю, что они, ну очень по тебе соскучились.

Доминик впервые за то время, что Лаура его знала, не нашел слов для ответа, подал Лауре руку и поспешно повел ее в дом. А Ида неторопливо прошла в крытую галерею и села в кресло-качалку.

– Дорогая моя, это совсем не то, что тебе показалось, – произнес Доминик, остановившись в дверях, – может ты, все-таки притушишь гневное пламя в глазах?

– Это непросто.

– Эти женщины часть того прошлого, которое я уже забыл, пожалуйста, пойдем внутрь, здесь ты увидишь много такого, что непременно тебя удивит. Жан построил свой красный дом, чтобы демонстрировать свои сокровища, – и он ввел девушку в дом.

Однако дом внутри был пуст, если не считать нескольких предметов мебели и нескольких деревянных ящиков. Лаура шла за Домиником из комнаты в комнату, однако, ничего не видела кроме пустых стеклянных витрин и квадратных светлых пятен на стенах там, где прежде висели картины.

В просторную высокую комнату вошел Жан и с размаху хлопнулся на диван, обитый зеленым бархатом. Позади него за спинкой, расположились те девицы, которые встретились им у входа и стали игриво перебирать волосы Лаффита.

Доминик сел на каминную плиту возле окна и, потянув Лауру за руку, посадил рядом с собой, а затем осмотревшись вокруг, спросил:

– Ладно, Жан, какие новости? Где все остальные и куда подевались твои сокровища?

– Идите девочки, – произнес Жан, щелкнув пальцами, затем, дождавшись пока соблазнительные прелестницы скрылись в будуаре и закрыли дверь, произнес: – Уж очень эта парочка отвлекает внимание. В тот самый момент, когда они начинают поклевывать меня как две маленькие синички, мне приходится их отсылать и заставлять ждать. До чего же трудные времена настали для мужчин, правда?