Предел обороны - Огай Игорь Владимирович

Сергеев моргнул. Таисия отпрянула. Похоже, что для них действия Павла все-таки не были абсолютно незаметными.

– Ой, – тихо сказала женщина. – Что это?..

– Где? – невинно осведомился Павел.

– Да нет… – Она потерла заплаканные глаза. – Показалось…

– Ну, тогда всего хорошего, – известил ее Федор. – Адрес не потеряй.

И первым шагнул в коридор.

Там он обернулся и энергично покрутил пальцем у виска.

– Брось, – проговорил Павел. – После визита ассамблейщиков местных уже ничем не удивить.

– Нашел хоть чего? – хмуро осведомился опер.

– Не очень много, – признался Павел, перекатывая «гильзу» на ладони. – Но гипербореи из этого что-нибудь выудят.

– Ну-ну, – скептически хмыкнул Сергеев и, не говоря больше ни слова, двинулся к лестнице.

Павел вздохнул – он тоже не слишком-то верил в гипербореев, а также в то, что из «гильзы» вообще можно выудить нечто стоящее, – и шагнул вслед за опером. На площадке второго этажа Сергеев разминулся с каким-то местным пацаном лет пятнадцати и устремился вниз. А пацан – совершенно цыганской наружности – цепко зыркнул на Павла и шмыгнул за угол.

– Эй, Больной, – донесся его громкий шепот. – Слышь меня? Больной, тебе говорю!..

Павел невольно притормозил. Пожалуй, чужака в приюте вполне могли окрестить Больным.

– Сюды подь, слышь? – не унимался пацан.

Павел нахмурился, сделал шаг в сторону от двери и максимально недружелюбно осведомился:

– Ну?

– Что – ну? – изумился пацан. – Это за тобой, что ли?

Он кивнул в сторону Сергеева, отсчитывавшего уже второй пролет вниз.

– Нет, – совершенно искренне ответил Павел.

– Тогда держи. – Цыганенок залез куда-то за пазуху и извлек нещадно помятый бумажный конверт.

– Ну, давай. – Решив ограничиться минимальным количеством слов, Павел протянул руку.

– Чё – давай?! – возмутился пацан. – А бабки?! Ты мне бабки обещал!

– Сколько? – Решив, что спор обойдется дороже, Павел полез за бумажником.

– Пятьсот! – выпалил цыганенок. – Зеленых…

– Чего? – Павел остановил руку с портмоне и приподнял голову пацана за подбородок. Уж больно невинные у того были глаза – так и светились честностью и простодушием. – Какие пятьсот? Я тебе с утра все наперед дал…

– Молодец, вспомнил. – В голосе пацана послышалось разочарование, но не обида. – Держи… – Он сунул в руку Павлу конверт. Дернул за рукав. – Слышь, Больной, где такой кожан надыбал?

– А ну, брысь! – гаркнул Павел. – Ишь, кожан ему…

Глядя на сверкающие пятки, он раскрыл конверт.

Билет на самолет. До Иркутска. Та-ак!..

Догнав Сергеева на первом этаже, Павел на бегу хлопнул его по плечу.

– В аэропорт! Мухой!

До любой точки Москвы из этой дыры в самом центре города можно было доехать только по Третьему транспортному. Поэтому Федор сначала сорвал машину с места – Павел едва успел захлопнуть дверцу – и лишь после этого коротко бросил:

– В какой?

– Что в какой? – не понял тот.

– В какой аэропорт? – терпеливо уточнил Сергеев.

Павел снова раскрыл конверт с билетом.

– Домодедово.

– Почему Домодедово? – снова спросил Сергеев.

– Потому что здесь так написано! – гаркнул Павел и сунул бумагу под нос оперу. – Читать умеем?

– Чего орешь? – спокойно сказал тот. – Думаешь, в Иркутск только из Домодедово летают?

Павел в удивлении посмотрел на напарника. Подумал секунду и достал телефон. Шеф снял трубку быстро, со второго гудка. Но сказать даже простое «алло» Павел ему не позволил.

– Сергей Анатолич, Филиппыч с вами?

– Да, вот только вошел… А что, собственно?..

– Попросите его быстро узнать, из какого аэропорта летит ближайший самолет в Иркутск.

Шеф на секунду отвлекся от телефона и сказал пару слов кому-то на фоне. Потом снова в трубку:

– А зачем тебе?

– Мой клон собирался лететь туда сегодня. Даже билет заказал, но мобильная группа спугнула раньше.

– Если раньше – значит билет не получил, – резонно заметил шеф. – Зачем тебе тогда в аэропорт?

– Это ничего не значит. После стычки он торопится и может попробовать купить другой билет прямо в кассе.

– Верно мыслишь, – одобрил шеф и неожиданно заключил: – Прекращайте-ка погоню и возвращайтесь в офис. Некогда сейчас в ковбоев играть.

– Не понял, – обронил Павел. – Его же на рейсе брать надо! Не так уж много их в Иркутск летит.

– Немного, – согласился Потапов. – Последний на сегодня полчаса назад ушел. Семен поднял кой-какие знакомства и пробил твою фотку по службам Домодедово и Шереметьево.

– И что? – тупо переспросил Павел, уже зная ответ.

– Ты улетел из Шереметьево, – уведомил шеф. – На самом дорогом аэрофлотовском рейсе – аэробусом. Поздравляю с хорошим вкусом.

– Спасибо… И что теперь?..

– Возвращайтесь, – оборвал Потапов. – Есть о чем подумать. Всем вместе.

Павел молча сложил трубку и засунул в карман. Повернулся к Сергееву.

– Отставить аэропорт. В офис.

– Мухой? – уточнил опер и, не дожидаясь ответа, принялся выкручивать руль к ближайшей развязке.

5

Филиппыч нервно вышагивал по крыльцу взад и вперед. Дождавшись, когда Федор нагло припаркует офисный «Форд» на ближайшее к подъезду место, прежде занимаемое «Мерседесом» господина Уния, он остановился и молча распахнул входную дверь в холл.

– Все так плохо? – осведомился Павел, выбираясь из машины. Излишняя вежливость и предупредительность со стороны Пронина обычно ничего хорошего не сулили.

– Проходи-проходи, пехота, – буркнул Филиппыч. – Велено встретить и проводить. Нам и одной провокации на сегодня хватит.

Павел кивнул, соглашаясь, и шагнул через порог. От ближайшей стены немедленно отделились два воина-меченосца и заступили один ему за спину, другой Сергееву.

– Но-но!.. – Окрик вырвался непроизвольно, и даже рука уже потянулась к лучемету.

– Спокойно, Паша, – произнес вошедший следом Филиппыч. – Это свои… Пока.

Охранники вестибюля – атлант и инка – удивленно переглянулись, но никаких поводов для вмешательства вроде не было. Разве только для доклада начальству о странном поведении землян и гипербореев…

Без особых приключений преодолев под конвоем лестницу и кусок коридора до кабинета Потапова, Павел обнаружил в нем самого шефа, слугу Брахмира и его главного дознавателя. Градобор пребывал в том же кресле-каталке, что и утром, с намертво заблокированной рукой. Присутствие гипербореев, с учетом ситуации, было вполне логичным и предсказуемым, а вот две другие персоны…

Нет, конечно, при желании Филиппыч мог быть достаточно оперативным. Но чтобы прямо так с места в карьер!

Оба системных администратора, несколько часов назад мирно заседавшие в своем аквариуме за таинственными администраторскими делами, занимали теперь два ближних к столу шефа места на обширном диване кабинета. Лица были сосредоточенно-возбужденные, парни явно переживали творческий взлет по поводу приобщения к чему-то большому, таинственному и даже, наверное – вот рулез! – опасному.

Филиппыч подтолкнул в кабинет Федора, тот хлопнул по спине остолбеневшего Павла и закрыл за собой дверь. Оба меченосца остались за порогом – у сплетников «Стройтреста» сегодня просто какой-то звездный день.

– Знакомьтесь, – бросил шеф как будто бы нехотя. – Николай и Роман… Отвечают за информационное обеспечение операций Земного отдела.

– Ага… – озадаченно проговорил Федор. – И давно?

– Уже третий час. – Тон Потапова ясно давал понять, насколько он недоволен этой затеей, хотя и допускает ее целесообразность в данный момент.

Павел продвинулся к столу и достал для себя стул – его законное место на диване теперь было занято.

– Что они знают? – прямо спросил он, косясь на программистов.

– Все, что успели наковырять, – отозвался почему-то не шеф, а высокий с дивана. Интересно, он Роман или Николай? – За пару часов не так уж много…

– Два часа четырнадцать минут, – громко поправил низкий (Николай или Роман?). – Достаточно, чтобы понимать, о чем идет речь. Например, я уже сейчас могу указать на несколько серьезных недостатков…