Ласковые имена - Ларри Макмертри

– Большую семью, – вставила Эмма. – Как там маленький Бустер?

– Разбил себе губу, – равнодушно ответила Рози. Мысли ее были далеко.

– Танцы всегда хандру развеивают, – сказала она, делая пару па.

– Танцевать не умею, – сказал Вернон.

– Тогда пора научиться. Мы с Эф. Ви. договорились сегодня вечером пойти на танцы, и я знаю, он будет рад, если вы тоже придете. Мы бы поехали на вашей машине, и вас бы это здорово развлекло.

Вернон так не думал. Он считал, что ему будет куда лучше сидеть у себя на крыше, наблюдая за приземлением ночных рейсов самолетов, но он этого не сказал. Он взглянул на Эмму, а та ласково улыбалась ему, словно все понимала.

– Вы попали из огня да в полымя, – сказала она. – От вас так ничего не останется.

Вскоре они уехали, а Эмма вернулась в спальню. Флэп сидел на кровати и читал газету. Он бросил на нее зловещий взгляд.

– Нам с тобой надо разобраться.

– Тебе придется подождать. Я не буду с тобой драться, пока не позвоню маме. Я хочу знать, что происходит.

– Ты сегодня держалась ужасно высокомерно.

– А ты очень задевал чувства Вернона. По-моему, мы квиты.

– Я сказал только пару слов, и то очень неопределенно. Это был сарказм. Зачем ты оскорбила меня перед всей компанией?

– Ладно, прошу прощения, – сказала Эмма. – Я просто нервничала.

Флэп ничего не ответил. Он внимательно изучал газету.

– Брось злиться, черт тебя побери. Я же извинилась. Ничего особенно страшного не произошло.

– Да, но это мне напомнило о массе других случаев, когда ты делала то, что мне очень не нравилось.

Эмма взялась за объявления о приеме на работу. В последнее время они ее стали особенно занимать. Флэп вдруг стал вырывать у нее газету. Он пытался развернуть очередной блицкриг, но Эмма держалась за объявления мертвой хваткой. Началось интенсивное шуршание страниц. Флэп пытался повалить ее, но она прочно держалась и не давала себя поцеловать, используя газету в качестве щита, которым прикрывала жизненно важные места.

– Перестань. Я хочу позвонить маме.

– Наша сексуальная жизнь должна быть на первом месте.

– Отстань от меня, я серьезно говорю.

Поняв, что она не шутит, он начал рвать страницу объявлений «Требуются». Эмма сдалась и молча наблюдала, как он раздирает ее на десятки клочков, которые рассыпаются по полу.

– Вот тебе. Пусть мне не удастся тебя трахнуть, но хоть я не буду видеть, как ты три часа читаешь чертовы объявления.

Эмма рассердилась на себя прежде всего за то, что вообще вошла в спальню.

– Я, наверное, никогда не поумнею, – сказала она. Флэп не отрывался, и она, резко повернувшись, пошла на кухню, чтобы позвонить матери.

– Да, – сразу же ответила Аврора.

– Как у тебя дела? – спросила Эмма, обескураженная тем, что мать так быстро сняла трубку.

– А что?

– Ты меня напугала.

– Какая ты странная девочка, – заметила Аврора. – Ты, должно быть, пытаешься что-то скрыть, иначе ты бы мне не позвонила. Должно быть, вернулся твой молодой писатель.

– Ты говоришь, как мой муж. Вы оба притворяетесь. Ты же наверняка знаешь, что твои горничная и экс-бойфренд приезжали ко мне завтракать.

На другом конце провода молчали.

– Какой мой экс-бойфренд? – уточнила Аврора довольно рассеянно.

– Ну, конечно, Вернон. Говорят, ты связалась с Генералом.

– Ну, ты же меня знаешь. У меня нет привычки таить зло. Оно на меня и так сыпется со всех сторон, и лучше его в себе не держать. Мы с Гектором скромно возобновляем наши дружеские отношения. Вообще, мы собирались поехать сегодня на пляж, если ты когда-нибудь кончишь болтать.

– Извини. Я не знала, что он у тебя.

– Его нет. Он отправился умилостивить своих мерзких псов. С ними я, наверное, не смирюсь.

Снова последовало молчание.

– И это все, что ты хочешь мне сказать? – спросила Эмма.

– Знаешь, Вернон нам сказал, что нас это не касается, – добавила она, когда мать ничего ей не ответила.

– Да, Вернон рыцарь. Жаль, что при этом он еще и чурбан. Ну хорошо, дорогая, очень мило, что ты мне позвонила, пусть и для того, чтобы разнюхать сплетни. Но сейчас мне надо поискать купальник. Он пропал как раз, когда наконец понадобился. Вероятно, мы поговорим вечером.

Повесив трубку, Аврора поторопилась вниз, чтобы прижать Рози, которая, прибыв, ей не доложилась. Теперь она чистила пылесосом гостиную.

– Отвезти его к Эмме было блестящим ходом. Спасибо. Как он? В порядке?

– Трудно сказать. Во всяком случае, не в себе. А что Генерал?

– Ах, – сказала Аврора. – Во всяком случае, значительно лучше, чем ничего.

– Хм. А у меня сегодня свидание с Эф. Ви. Вернон, может, тоже придет. Ему надо расслабиться, – добавила она.

– Всем надо расслабиться, – согласилась Аврора. – Я желаю Вернону только добра, но честно говоря, не уверена, что опекая вас с Эф. Ви., он сможет развеяться. Такие отношения больше подходят для мыльных опер. Мы с Гектором сейчас едем на пляж.

– Тогда почему вы еще в халате?

– Ах, нет смысла собираться, пока не приедет Гектор. Пусть не надеется, что ему удастся изменить мои привычки.

Раздался звонок. Вошел генерал Гектор в безупречно белых парусиновых брюках. Его машина стояла у обочины.

– Гектор, какой ты элегантный. Заходи, почему бы тебе не выпить чая?

– Черт побери, у меня нет выбора, – сказал Генерал. Он жестом раздраженно указал на Эф. Ви., который заглушил мотор «паккарда». – Наверное, он уже не заведется.

Рози не могла сдержать хихиканье. Генерал строго взглянул на нее, но это не помогло.

– Если армии будут опаздывать, войну не выиграешь, – назидательно произнес Генерал.

Аврора зевнула.

– Я, кажется, целую ночь не спала, – сказала она. – Почему бы тебе не присесть и не выпить чай, пока я переодеваюсь?

– Нет, – возразил Генерал. – Я подожду в машине. Придешь ты или нет, но по крайней мере я буду в своей машине.

Он повернулся к выходу, потом остановился и оглянулся.

– Ты перестал щелкать каблуками, Гектор. Мне казалось, что это очень сексуально. Безусловно, не каждый мужчина может так.

Аврора лениво глядела в окно, любуясь своими цветами, но на момент у генерала Скотта возникла иллюзия, что она в его власти. Он отдал честь и щелкнул каблуками. Потом он повторил это еще дважды. Ему показалось, что на третий раз это у него отлично получилось.

– Ну как? – спросил он.

Оценивая щелканье, Аврора склонила голову сначала на одну сторону, потом – на другую.

– Тебе как-то недостает прежнего высокомерия, – заявила она и вдруг, разведя руки, запела. Заливалась она довольно громко. Это была ария из какой-то оперы. Генерал не знал, из какой точно, но то, что она вот так сидит и заливается, ужасно разозлило его. Он всегда раздражался, когда Аврора пела, так как это означало, что она абсолютно счастлива, а, следовательно, совершенно не думает о нем. Нет эффективных способов управления женщиной, которая может сидеть прямо перед тобой и петь. При виде Авроры, которая весело чирикала что-то по-итальянски, он вспомнил, как благодарил судьбу за то, что у его жены не было музыкального слуха. К сожалению, при этом она и говорила очень невнятно, так что Генералу всегда приходилось раза по три переспрашивать, что она сказала. Сейчас, задним числом, эта особенность показалась ему очаровательной.