Путь Геракла : история банкира Виктора Геращенко, рассказанная им Николаю Кротову - Николай Кротов

ВОЙЛУКОВ А.А.: К концу 1992 года государства Прибалтики и Украина официально отказались от рубля, Белоруссия стремилась ввести свою котировку рубля, в Азербайджане часть обращений уже обслуживалась манатом, но для кредитных расчетов в основном продолжал использоваться рубль. Другие страны СНГ не делали официальных заявлений относительно рублевой зоны, рассчитывая, как им выгоднее поступить.

В мае 1993 года мы с Геращенко поехали к Черномырдину и заявили ему, что через месяц-другой будет катастрофа. Дело в том, что национальные банки новых республик до сих пор получали наличность практически бесплатно: под расписку и без списания средств с корсчетов. Инфляционные деньги перетекали в Россию, а республики к началу проведения реформы требовали еще 2 трлн рублей.

1993 год был связан с тем, что все бывшие республики Союза, даже те, что еще оставались в рублевой зоне, готовили свои денежные знаки. Нам это было ясно с самого начала. Бумага об этом наверх была написана еще осенью 1992 года, после переговоров в Бишкеке. Последней каплей стал провал июньских переговоров в Москве с премьером Казахстана Сергеем Терещенко.

6 июля 1993 года ЦБ объявил о постепенном изъятии из обращения купюр образца 1961–1991 года как денежных знаков несуществующего государства — СССР. Мы обменяли старые и ввели в оборот новые российские купюры. То, что, скажем, министр финансов Б.Г. Федоров не знал о том, что делается на подведомственном ему Гознаке, свидетельствует о том, что все-таки служебная и государственная тайна соблюдалась. Почему B.C. Черномырдин ему вовремя не сказал о готовящейся акции, я не знаю. Но на президиуме правительства это все обсуждали. Хотя мне по закону и не нужно было этого делать.

Получился, конечно, конфуз — как же так, в стране проводится обмен денег, а министр финансов публично заявляет: «Я знать ничего не знаю». Хотя его за язык в Америке никто не тянул, мог бы проявить дипломатичность.

ВОИЛУКОВ А.А.: Критиковали нас тогда жестко. Мне даже пришлось публично заявить, что в случае принятия президиумом Верховного Совета решения о прекращении обмена Центральный банк ему не подчинится, так как такое решение превысит полномочия руководства парламента. Рассказы о том, что для кого-то обмен советских денег в 1993 году стал неожиданностью, вранье. Мы с Геращенко еще осенью 1992 года, после провалившихся переговоров в Бишкеке с коллегами из республик бывшего СССР, послали письма президенту, председателю правительства, министрам финансов и экономики, председателю Верховного Совета РФ Р.И. Хасбулатову о том, что с денежным обращением ненормальная ситуация складывается. Все республики отделились, готовят свои денежные знаки, но продолжают бесконтрольно использовать российский рубль.

Многие считают, что реформа была проведена жестковато. Возможно. Мы исходили из того, что в 1961 году, когда производился обмен всех денег, было установлено, что старые и новые дензнаки будут иметь хождение три месяца. Но население тогда сдало старые деньги за три с половиной недели. Поэтому мы посчитали, что на этот раз успеем произвести обмен за две недели. При этом мы не говорили, что после этого деньги принимать не будем. Через две недели деньги переставали принимать сберкассы, а мы в Центральном банке продолжали принимать.

По существу цель изъятия была одна и совершенно ясная. Реформа была направлена на то, чтобы финансово отделиться от стран, ранее входивших в СССР. В этом была политика.

Я мог написать это Ельцину в секретном письме, но я не мог объявить об этом по радио! К тому же реформа создавала проблемы для тех организаций, которые не платили налоги, не имели счетов в банке. Именно они и подняли бучу.

Тот же Хасбулатов разыгрывал из себя невинного — хотя я ему говорил о готовящемся обмене. Так что критиковали меня нещадно. Ну, нехай говорят. Кстати, этот обмен очень помог нам с точки зрения развития технологии.

Как всегда, условия были изменены в процессе обмена. Президент Ельцин успел позаботиться о населении своим указом от 26 июля, увеличив лимит обмена с 35 тыс. до 100 тыс. рублей, продлив его срок до конца августа и разрешив на это время хождение «старых» купюр по 1, 3, 5 и 10 рублей.

Все изымаемые купюры выше пятерок необходимо было пересчитать: пока это не сделано, нельзя было говорить о результате обмена. Республикам мы не доверяли, поэтому оставили им купюры только маленького достоинства. Так как у нас в банке не было места для их хранения и пересчета, то мы сняли два цеха на заводе им. М.В. Хруничева, к тому моменту в значительной степени простаивающего. Кроме заводской охраны поставили свою. Очень пригодилась их железная дорога. В результате считали деньги пять лет! Купюры высокого номинала были не очень замызганные, их можно было считать машинками. Их, видимо, использовали для хранения под матрасом, особенно в республиках, где за сторублевую купюру давали 106 рублей. Остальное пришлось считать вручную.

Здесь хотелось бы подтвердить, что деньги действительно пахнут. В буквальном смысле тоже, и пренеприятно. Особенно «пожившие», ветхие. Этим они обязаны сложным свойствам материалов, из которых сделаны, в том числе и для защиты от подделок. В них: первоклассная бумага, хлопок, красители, другая химия и т. д. Уничтожение денег во всем мире — это проблема. Может быть, не такая, как их появление на свет, но тем не менее.

Деньги можно только сжечь и только на цементном заводе. Топки металлургических комбинатов не выдерживают, прогорают колосники. КПД сгорания настолько высок, что даже цементные заводы закатывают скандалы, когда им предлагаешь провести эту необходимую процедуру.

Оригинально повела себя, кстати, Эстония, правда, до нашего обмена. Она ввела свою валюту, поменяла гражданам рубли на кроны и прислала нам в ЦБ обращение: «Вот у нас собрано столько-то миллионов рублей, хотим их вам прислать, зачислите их на наш счет. Потом на эти деньги мы будем у вас товары покупать». На это мы им дипломатично ответили: «Вы что там, офигели?! Давайте представим следующую ситуацию: Россия ввела свою новую валюту и отправляет старые рубли к вам! Утонете! У вас мозги есть?! Вы должны прислать купюры и сдать их нам просто так, для уничтожения». Государство все-таки у нас было одно. Рубли выпускались в количестве, необходимом для экономики, исходя из того, что она едина, и имели хождение по всей стране.

Так что, хитроумные эстонцы нас послушали? Нет! Соседи продали рубли за валюту чеченцам, Дудаеву.

Я думаю, что у нас этот «зайчик» (белорусская денежная единица) будет не только греметь на барабане, но и делать стойку на передних лапках.