ИСКУССТВО ОСТРОВА ПАСХИ - Тур Хейердал

У статуй Раннего периода, в отличие от однотипных образцов Среднего периода, основание часто выпуклое, даже заостренное; вероятно, их не устанавливали на ровных каменных платформах аху, а вкапывали в землю. И в отличие от статуй Среднего периода ни эту, ни другие скульптуры Раннего периода не венчал отдельно вытесанный каменный «пучок волос»; не было у них и удлиненных ушей. Три прекрасных образца монументов типа 4 были вывезены с острова, их можно видеть в Британском музее в Лондоне, в Музее Отаго в Данидине и в брюссельском Музее пятидесятилетия; все три изваяны из твердого базальта (фото 4–5).

Монолитическое искусство Среднего периода

Более шестисот статуй Среднего периода было осмотрено и пронумеровано Энглертом до прибытия на остров нашей экспедиции; эта цифра заметно возросла после раскопок на Рано Рараку и за счет открытия ненумерованных обломков в разных концах острова. Монументы Среднего периода все без исключения вытесаны из туфа Рано Рараку и в основном отвечают нормам монументов типа 4 предшествующего периода, с некоторыми изменениями. Главная отличительная черта всех статуй Среднего периода — вытянутые мочки ушей. Иногда они украшены насечкой. Туловище и лицо обычно более продолговатые, мы видим стройную фигуру с узкими плечами. Подбородок преувеличенно длинный, очень широкий, с острым краем; в профиль он не округлый, а клиновидный. Можно подумать, что ваятели хотели изобразить бороду, причем на некоторых статуях впечатление это усиливается тем, что от середины нижней губы вниз идет гребень. Изображение бороды не должно удивлять, если вспомнить, что в записках ранних путешественников можно прочесть о бородатых пасхальцах и увидеть иллюстрации. У всех мужских деревянных фигурок с торчащими ребрами есть козлиная бородка. Если у немногочисленных и заметно меньших по размерам каменных статуй на других островах Полинезии (Маркизы и Раиваваэ) совершенно плоский пос с очень широкими ноздрями и толстые губы, то у пасхальских скульптур для аху спинка носа длинная и узкая, а кончик большой, заметно выступающий. Вместе с узким лицом и тонкими губами это придает каменным личинам Пасхи явное сходство с европейским типом лица. Что опять-таки неудивительно, поскольку ранние путешественники подчеркивали, как похожи многие пасхальцы на европейцев.

Вопреки догадкам некоторых авторов, ни один из этих каменных исполинов не был снабжен основанием в форме кольев, позволяющим вбить скульптуру в землю. Все они плоско срезаны ниже чресел, чтобы монументы могли выполнять предназначенную им функцию: возвышаться на верхней платформе ступенчатой аху Среднего периода. Этот факт был осознан уже в прошлом веке. Гейзелер (1883, с. 13) подчеркнул, что спина истукана не подвергалась отделке, пока его не устанавливали прямо в заранее приготовленной яме у подножия карьеров. И последующие гости острова справедливо предполагали, что беспорядочно стоящие в отвалах ниже карьеров статуи просто ожидали своей очереди отправиться на аху. Однако Раутледж (1919, с. 186–187), расчистив некоторые из врытых в землю статуй на склонах Рано Рараку, обнаружила один-единственный экземпляр, чья нижняя часть заострялась наподобие кола. Эта, как стало потом очевидно, дефектная статуя явилась причиной целого ряда недоразумений, которые породили изрядную путаницу в представлениях о пасхальских истуканах. Да и сама Раутледж понимала, что речь идет об уникуме, она недвусмысленно заявляет, что единственное отличие между скульптурами на склонах Рано Рараку и теми, которые были установлены на аху, — отсутствие глазниц у первых. однако Бак (1938, с. 234), а за ним и Метро (1940, с. 293), неверно истолковав наблюдение Раутледж, заключили, что есть два принципиально различных вида статуй Рано Рараку: один — с заостренным основанием, для установки вблизи карьеров и вдоль дорог, второй — с широким плоским основанием, предназначенный для платформ аху. Правда, Бак никогда не бывал на Пасхе, а Метро не производил раскопок на острове. Наши раскопки 1955–1956 годов (Skjolsvold, 1961, р. 339–379), а также изучение всех незаконченных статуй в карьерах и поверженных истуканов в разных концах острова подтвердили правоту предположений, сделанных в прошлом веке. Между исполинами у подножия карьеров и теми, которые были установлены на аху, нет никакой разницы, кроме того, что первые являются незаконченным вариантом вторых (фото 6, цв. фото IV, V).

Один из отличительных признаков большинства статуй Среднего периода — макушка стесана так, чтобы можно было увенчать голову пукао, то есть «пучком волос». Идея эта родилась в Среднем периоде не сразу, судя по тому, что, когда прекратилось ваяние, многие пукао были брошены на пути к тем статуям на аху, которые воздвигли без такого украшения.

Глазницы вытесывали в последний момент, когда истукан уже стоял на своем постаменте.

Отсутствие глаз у частично погребенных делювием торсов на склонах Рано Рараку сбило с толку не одного наблюдателя, и вместе с ошибочным предположением, что у всех этих слепцов заостренное основание, оно привело Бака, Метро и других к выводу, что речь идет об особом виде монументов.

Статуя Раннего периода, послужившая образцом для однородных монументов Среднего периода

Археологические исследования, исторические данные и основанные на пасхальских преданиях практические эксперименты позволяют сегодня разобраться в происхождении и функциях монументов Среднего периода.

Вдохновленные мастерски выполненным на том же острове образцом скульптуры Раннего периода, ваятели Среднего периода приступили к работе с готовым представлением о том, что им нужно. Несмотря на явно враждебное отношение к народу или к религии, прежде царившей на острове (ведь они разбивали старые скульптуры и перестраивали ориентированные по солнцу культовые сооружения), они сохранили и продолжали чтить одну базальтовую статую Раннего периода, воздвигнутую на вершине вулкана Рано Као. Первоначально врытая в землю под открытым небом, статуя эта была перенесена людьми Среднего периода в одну из их собственных каменных построек в культовом центре Оронго (Ferdon, 1961, р. 250). Здесь этот истукан Раннего периода продолжал служить религиозным целям Среднего периода. И он не подвергся надруганию во время гражданских войн, оставаясь единственной общей для всех племен святыней на протяжении Позднего периода, когда многочисленные монументы на родовых аху были сброшены на землю. Причину особого отношения к статуе из Оронго, которая теперь стоит в Британском музее (Хоа-хака-нана-иа, фото 5), можно понять, если вспомнить, что она олицетворяла бога солнца или бога-творца, ей оказывали почести во время ритуалов плодородия. Все остальные статуи представляли всего лишь умерших предков, даже носили их имена, они считались частной собственностью отдельных родов, которую враждебные племена не почитали, а стремились уничтожить.