Черное правосудие - Владимир Колычев

– Разумеется, – Толкунов сделал вид, что сдается.

С души свалился тяжелый груз. Оказывается, его обвиняют в сущей мелочи. Да и обвинение ли это?

– Я лично подобрал исполнителя, который должен был ликвидировать Хохла.

– А почему об этом не знал я? – Куратор не казался расстроенным.

– Это уже претензии к Рябину. Я человек маленький: мне сказали, я сделал.

– Какой с Рябина спрос? Почему вы не сообщили мне о банде Багра сейчас?

– Мне кажется, что вы негативно относитесь к самодеятельности со стороны Организации.

– Нет, почему же, – взгляд Куратора оживился. – Мне нравятся некоторые идеи, воплощенные в жизнь. Вот, например, банки. Рябин молодец, что догадался брать их под свою опеку, за комиссионные, разумеется. Это отличный источник спонсирования нашей благородной миссии. Вот только Рябин не очень энергично развивал эту инициативу.

Разговор плавно перешел с одного на другое. Толкунову это не очень понравилось. Ведь разговор о банках мог таить в себе определенный подвох.

– Сергей Леонидович считал, что имеющихся средств вполне хватает для нужд Организации. Хотя, конечно, нужно было думать и о нуждах тех, кто стоит над нами.

– Во! – Куратор вывел кверху указательный палец. – Этой мысли от вас я и ждал. Да, о нас, тех, кто сверху, забывать нельзя. Мы ведь тоже люди.

На последней фразе он сделал особый многозначительный упор. Да, генералы тоже люди и кушать хотят. И на «Мерседесах» собственных не прочь поездить, и в особняках личных пожить. А на это нужны средства. Неучтенные средства. И эти средства может дать Организация. А Рябин об этом как-то не думал.

Да, подвох в этом разговоре имелся, но в пользу Толкунова.

– Организация обладает огромным потенциалом. Мы в состоянии взять под контроль раз в десять больше коммерческих структур, чем имеем на нынешний момент, – доложил Виктор Ефремович.

Теперь он точно знал, чего от него хочет Куратор.

– Так в чем же дело?

– Я готов приступить к делу немедленно.

– Отлично. Тогда считайте, что кресло покойного Рябина за вами.

«Ты мне – я тебе» – этот принцип незыблем во все времена, меняются лишь формы.

– Я хотел бы узнать номер счета, на который Организация должна перечислять, скажем так, излишки от коммерческой деятельности.

Дальше пошла рутина. Кто куда и сколько должен.

Толкунов добился своего – он стал Руководителем. Теперь дело с банками пойдет на лад. Главное, они сошлись во мнении с Куратором.

Они договорились между собой об основном, затем дежурными фразами погоревали о безвременной кончине всеми уважаемого Сергея Леонидовича, пожелали его убийцам скорейшей кары.

На прощание Куратор спросил:

– Виктор Ефремович, как вы относитесь к Капитонову? Какого вы о нем мнения?

– Отличный организатор, талантливый исполнитель, в своей работе компетентен. Рябин претензий к нему не имел. Думаю, и я не разочаруюсь в нем. А почему вы об этом спросили?

– Не понравилось мне вчерашнее рвение Капитонова. Пришел и с ходу выложил про бандитов, которые угрожали Рябину-младшему. У меня сложилось такое мнение, что он спешит перевести стрелки на этих самых бандитов. А ведь Рябина-старшего мог убрать и кто-то другой?

– Не понял? – Толкунов искусно сделал вид, что он действительно ничего не понял.

– Мне показалось, что Капитонов очень хочет занять освободившееся место Рябина. Теперь понятно?

Вот куда метит старый хрыч! Думает, что Рябин погиб из-за своего кресла. По крайней мере, не исключает подобный вариант. Только не в ту сторону волну гонит. Капитонов здесь ни при чем.

– Неужели вы думаете, что Капитонов способен на такое? – искренне возмутился Толкунов.

– Я ничего не думаю, – покачал головой Куратор. – Но желательно, чтобы в отношениях с Капитоновым вы держались с предельной осторожностью.

– Спасибо за предупреждение.

Но он знал, что с Капитоновым проблем не будет. Этот служака привык подчиняться беспрекословно.

Лариса стояла у окна в ореоле утреннего света. Высокая, примерно одного с Максимом роста. Только в плечах пошире, а в талии поуже. Фигура у нее идеальная, кожа матовая, шелковая на ощупь. Под кожей рельефно выступают мышцы – бицепсы, трицепсы и все такое прочее. У нее высокая крепкая грудь, такая нежно-упругая, когда ее ласкаешь.

Лариса – настоящая современная амазонка. Она и сама себя так называет. Ярая поклонница бодибилдинга. Вот она стоит сейчас перед ним ранним утром и делает свою культуристскую разминку. Стоит нагишом и не стесняется. А чего стесняться? Таким телом, как у нее, можно только гордиться.

Вчера она говорила, что когда-то занималась и женским боксом. Было бы забавно, если бы она повела сейчас бой с тенью.

Почти две недели Максим гулял напропалую. Оттягивался в ресторанах, ночных клубах, снимал девчонок, кутил с ними ночи напролет. Тратил пять тысяч долларов – вторую часть гонорара. Так он убивал последние остатки усталости, накопившейся в нем за пять месяцев в учебном центре, и к тому же снимал с себя стресс. Все-таки он убил не просто бандита, но и человека. Осталась тяжесть на совести. Короче говоря, хватало поводов для того, чтобы оттянуться по полной программе.

С девчонками проблем не было. А какие проблемы, если карман полон «зелени», да и во внешности твоей заключен соблазн для женщин? Первые три дня он гулял с пышногрудой брюнеткой, потом покуролесил пару деньков с пышнозадой блондинкой, подарил пять ночей синеглазой шатенке с ногами от подбородка. Все они были от него без ума. Знали его адрес, телефон и все норовили по новой забраться к нему в постель. Но свободного места в его постели для них уже не было. Разве что групповуху устроить, но на такие развлечения Максима не тянуло, да и девчонкам вряд ли бы понравилось. Впрочем, кто его знает.

«Амазонку» он вчера на дискотеке снял. Хотя, если разобраться, не он, а его сняли. Лариса девка коммуникабельная, язык у нее подвешен ловко, комплексами явно не страдает. Подошла, улыбнулась, пригласила на танец – и все, больше от него ни на шаг.

Трель телефонного звонка врезалась в уши, отдалась болью в голове, тяжелой с крутого похмелья. Вчера он выпил непривычно много. В баре с новой подружкой разговоры о жизни вел и запивал «Абсолютом». Крутого парня он из себя не строил – ни к чему это, да и противно. Но все же в грязь перед Ларисой ударить не хотелось. Пила она много и, казалось, вовсе не пьянела. В чем, в чем, а в этом ему до нее далеко. Хорошо хоть в сексе не оплошал.

Максим потянулся к телефону – аппарат стоял на тумбочке в изголовье кровати – и снял трубку.

– Да.

– Привет, Максик, – послышался веселый щебет блондинки Надечки. – Я по тебе соскучилась. Давай сегодня встретимся.

– Да нет, я сегодня не могу, – Максим посмотрел на Ларису.

– У тебя новая подружка? – Надечка спросила об этом как о чем-то совершенно естественном.

– Угадала.

– Ох и озорник же ты, Максик! – захихикала она. – Когда ты от нее избавишься?

Связь была отличная, слова из трубки звучали громко. Возможно, их слышала и Лариса. Так или иначе, но при этом вопросе она нахмурилась. Ее большие глаза хищно сузились, сочные губки собрались в узкую длинную линию.

– Да не знаю, – неопределенно ответил Максим.

Надечка была хороша во всех отношениях. Он бы не прочь был порезвиться с ней снова, но и Ларису от себя прогонять ради нее не больно хотелось.

Найти бы постоянную подругу. Нет, такой подруги у него больше не будет. Хватит с него Марины и Ольги. И ту и другую он любил, и обе его предали. В чем, в чем, а в женском вероломстве он убедился. Хотя был в его жизни и другой случай. Полина. Молчаливая чудачка. Оказывается, вот кто любил его по-настоящему. Как же иначе объяснить, что она нашла в себе смелость заслонить его от пули? Но Полину уже не вернешь. А еще Вика. Вот уж о ком он не хотел вспоминать. Продалась Антонову с потрохами, из-за нее Максима сгноили бы в тюрьме.

– Я тебе завтра позвоню, может, ты уже к этому времени освободишься.

Завтра она позвонит. Всего один день отпускает ему на Ларису. На себе убедилась в том, как быстро он меняет подруг. Только почему она уверена, что после Ларисы он захочет встретиться с ней?.. Ну, это ее личные проблемы.

– Позвони, – пожал плечами Максим.

И тут же сильная женская рука забрала у него трубку.

– Позвони, курва, – гневно заговорила с Надечкой Лариса. – Я тебе такое выдам, уши завянут. А лучше вообще не звони, потому что я с Максом буду и сегодня, и завтра, и всегда!

Откуда такая уверенность?

Лариса бросила трубку и обратила свой гневный взор на Максима.

– Ты что это о себе возомнил, кобель длинноволосый?

Ноги у нее на ширине плеч, руки в боки, брови нахмурены. Ни дать ни взять грозный воспитатель из детского сада. Правда, в обнаженном виде воспитатели с детьми не разговаривают. К тому же Максим не ребенок и не заслужил, чтобы с ним разговаривали в подобном тоне. Но как ни странно, выходка Ларисы его нисколько не рассердила. Ему бы обидеться, поставить ее на место, а ему всего лишь интересно. И даже весело.