Прыжок барса - Майя Малиновская

С рынка Ника ушла с мешочком всякой мишуры отбитой у торговцев по минимально возможной цене.

Аруна, как черная тень, всюду скользила за ними, молча и смиренно. Ольга постоянно чувствовала ее присутствие и, не смотря на уверения Ники, говорить при Аруне о делах группы не стала. Так половина дня прошла в малозначительных заботах. Ближе к ужину Ольга стала ожидать возвращения кого-нибудь из друзей, гадая, кто прибудет первым: Алик с пополнением или вернется Игорь и скажет длинную фразу, демонстрируя свой греческий. Ника стащила что-то из еды и снова ушла в город, на этот раз без Аруны, а темнокожую рабыню отправили помогать по дому.

Чтобы заняться чем-то полезным, Ольга пересекла двор от жилой части к мастерской. В рабочем пространстве был отгорожен небольшой уголок. Ольга смело зашла за перегородку и нашла хозяина дома - Эфроима.

Старик был окутан как облаком копной полуседых кудрявых волос сверху, а снизу - окладистой бородой, длинной, словно ее никогда не укорачивали. Часть волос была стянута шнурком на затылке, чтобы не мешали его работе. Щека его была вымазана цементирующей смесью. Руки жилистые с длинными узловатыми пальцами перебирали кусочки камня, стекла и перламутра, он разбирал наколотые фрагменты, выискивая подходивший для мозаики тон и размер кусочков.

- Алкмена, - протянул он и расплылся в улыбке. - Ты снова скучаешь?

- Немного, - улыбаясь в ответ, согласилась она.

- Твой муж еще не вернулся?

- Жду вечером.

- А утром Александр обещал привести жену и друга. И как вы теперь поместитесь в комнатах?

- Мы потеснимся, а завтра начнем искать подходящий дом. Может быть, Лин его уже нашел.

Игорь взял имя Лин, проассоциировав себя с музыкантом. Он счел, что таким образом создаст временную метку, поскольку его музыкальные способности были известны в Службе Времени. К тому же, имя легко произносилось и подходило ему.

Они жили в доме Эфроима пятый день, чудом избегая разговоров, кто они и откуда. Только у Александра, как старшего, старик спросил, откуда он. У Алика ответ уже был готов заранее, узнав, что его гость македонец, пожилой еврей посоветовал Александру обратиться к землякам в политевм и указал имя одного из глав македонской общины. Алик, по понятной причине, не спешил воспользоваться советом. На том любопытство обитателей дома, пока, закончилось.

Оля с некоторым страхом ожидала появления Эл и Дмитрия, опасаясь, что они, как две колоритные натуры возбудят любопытство домочадцев Эфроима. Вот тогда им всем без имен и легенд будет сложно отвечать на вопросы. Неизбежна путаница с прошлым, которого не было.

Глава 7

На базе в Москве под впечатлением от сложной ситуации, в которую они угодили, Алик не рискнул оставлять подсказки патрулю. Если бы он воспользовался архивами, его в тот же день задержал бы патруль. Он зашел на базу, взял портативный блок загрузки из стандартного набора и карты с древнегреческим, латынью и ивритом. От перегрузки на утро болела голова, а перед глазами шли радужные круги.

Он не заглянул в данные по Эл и Дмитрию, опять же из осторожности, пусть лучше его упрекнут в невнимательности. Он сделал вид, что вокруг него не происходит, ничего примечательного. Скоро выяснится, что он соучастник незаконного проникновения в прошлое.

Накануне переброски, в середине дня ему позвонила Елена Васильевна, приемная мать Эл и, по меркам двадцатого века, его теща, звонок был прямо в офис его агентства по розыску людей. Под сочувствующим взглядом секретарши Алику пришлось взять трубку и ответить. Его кабинет был занят, там он собрал сотрудников офиса, чтобы сообщить о своей длительной командировке и дать указания на время своего отсутствия, в приемной была еще пара человек. Пришлось говорить при них. В результате он обещал заглянуть к родителям Эл этим же вечером. Он поехал, не взирая на возможность засады.

Всякий раз, навещая дом Светловых, Алик осознавал, что живет в другом временном режиме, и в иной реальности.

Елена Васильевна сидела в няньках с Машкой, племянницей Эл. Девочка была говорливая и деятельная, что-то ему показывала и рассказывала. Елене Васильевне пришлось провести с ней беседу и спасать Алика в соседней комнате. Машка потребовала мультики, так Елена Васильевна получила возможность поговорить с зятем.

Алик не однажды убеждался чуткости этой женщины, точно у Елены Васильевны было особое чутье, некий нерв, который подавал сигналы, что с Эл что-то не так. Мысль, что ему опять придется отдуваться за всех, заставляла его сердиться.

Перед переброской ему нельзя есть, но от чая он не смог отказаться. Он сидел на диване и ждал вопросов.

- Алик, у вас все хорошо? - спросила Елена Васильевна.

Алик изобразил на лице удивление.

- Нормально. А что?

- Точно?

- Это допрос? - Алик сделал вид, что прячет улыбку.

Елена Васильевна шумно выдохнула и тоном суровым, но справедливым заявила:

- В вашей тройке ты самый серьезный и собранный, вот и отдувайся за всех. Успокой меня, ради бога, где Димка?

Алик нервно хохотнул.

- В Норильске. Летает. А что странного-то?

- А ты не понимаешь?

- Нет. Елена Васильна, ну что за страсти! - укоризненно протянул он.

- Он с вашей свадьбы как пропал, так и не появляется. Алик, вы ему друзья, а он удрал, прямо таки. Может, тут что-то серьезное. Они с Эл друзья, конечно, но мало ли что. Он в Москву не летает?

- Если бы летал, мы бы знали, - заверил Алик. - И про чувства к Эл знали бы тоже.

- Да откуда же?

- А кем я по-вашему работаю?

- Так, Дмитрий не работа. Он же там один. Совсем.

- Елена Васильевна, что-то вы темните.

Она смутилась, дав ему возможность собраться. Разговор вызывал в нем тот же приступ ревности и недовольства, который он пережил во время последней встречи с Эл и Дмитрием. Маму Эл Алик понимал лучше, чем она думала.

- Я четыре месяца не видела дочь, - Елена Васильевна сказала это обреченно, без упрека. Она рассчитывала, что, если Эл выйдет замуж, то по местной логике перестанет вести тот образ жизни, какой был прежде. Елена Васильевна со всей душой относилась к Дмитрию, а его исчезновение растолковала превратно. Алик понял, за что его призвали к ответу. Щекотливость ситуации вызывала у него противоречивые чувства, но если представить, что было в действительности, то можно было только веселиться человеческой наивности Елены Васильевны. Это его и спасло.

Елена Васильевна продолжила уже с укором:

- На днях она примчалась, взяла у Саши машину и куда-то укатила. Ни звонка, ни визита. Что там у вас происходит? Александр вроде бы видел с ней кого-то на Димку похожего, но сомневался, вроде бы не он. Вы люди взрослые, чересчур самодостаточные и самостоятельные, я знаю. Эл - невесть где, так и не зашла, а поди, спроси - она отшутится, как умеет. И Димки нет столько времени. Объясни хотя бы ты. Успокой. Если ты внятно не скажешь, что происходит, Павел Терентьевич грозился искать Димку по своим каналам. Он тоже за него переживает. Вы, может быть, там между собой что-то решили. Но и нас поймите, вы ведете себя, как будто, так и надо, а у нас душа не на месте. Он нам как родной.