Путь феникса - Вадим Проскурин

— Ты меня мало знаешь, — сказал Джон. — Я знаю, при первой встрече меня обычно считают безумцем. Но я не такой. Давай вернемся к этому разговору недели через две, тогда ты решишь, стоит мне доверять или нет.

— Я не могу ждать две недели, — сказал Герман. — Завтра я отправлюсь в Иден в любом случае, с тобой или без тебя.

— Значит, ты отправишься без меня, — сказал Джон.

Герман вздохнул.

— Я начинаю тебе завидовать, Джон, — сказал он. — Хотел бы я иметь такую цельную личность, как у тебя.

Джон неожиданно расхохотался.

— Извини, но ты ничего не знаешь о моей личности, — сказал он.

— По-моему, я узнал достаточно, — сказал Герман. — И мне очень жаль, что мне не удастся узнать больше. Но это твой выбор, я его уважаю.

— Это иллюзия выбора, — сказал Джон. — Мы привыкли считать, что сами выбираем свои пути. Но это только до тех пор, пока в нашу жизнь не вмешиваются боги.

— В твою жизнь вмешивались боги? — заинтересовался Герман. — Лично вмешивались?

— Вмешивались, лично, — подтвердил Джон. — Если только о боге можно говорить «лично». Я мог бы рассказать тебе эту историю, но не расскажу, потому что завтра мы расстанемся.

— Ты можешь рассказать ее сегодня, — сказал Герман.

— Не могу, — покачал головой Джон. — Такие истории не рассказывают случайным знакомым, их рассказывают только друзьям.

— Если ты поедешь со мной, мы можем стать друзьями, — сказал Герман.

— Если я поеду с тобой, я стану мальчиком на побегушках, — сказал Джон. — Только команды будут другими, не подай-принеси, а воруй-убивай. Я не хочу такой судьбы.

— Ты преувеличиваешь, — сказал Герман. — К киллерам относятся совсем по-другому…

Зарокотал гром. Похоже, упала еще одна звезда, где-то на юго-западе, судя по звуку.

— Ох, не нравится мне этот звездопад, — сказал Джон.

5

Раньше Длинный Шест никогда не видел, что происходит, когда звезда падает не где-то вдали, а неподалеку. Он привык воспринимать падающие звезды просто как любопытное природное явление, он никогда не задумывался, какая сила высвобождается при каждом таком падении. Но теперь он понял, каково это на самом деле.

Очередная звезда упала совсем рядом, примерно в тысяче шагов. Длинный Шест не сразу понял, что это звезда — падающий предмет выглядел темным и совсем не светился. Лишь когда он врезался в землю и мир превратился в море ослепляющего света, Длинный Шест понял, что падающие звезды выглядят именно так. Лошадь заржала и поднялась на дыбы, Длинный Шест чудом удержался в седле.

— Надо возвращаться! — крикнул Сухой Перец.

— Не кричи, — отозвался Длинный Шест. — И вообще, успокойся.

Ударил гром, он был настолько оглушителен, что был скорее болью, чем громом. Одновременно налетел ветер, он был так силен, что лошадь покачнулась, оступилась и едва не упала второй раз. Плащ взвился, как живой и обвился вокруг головы. К счастью, ветер утих так же быстро, как налетел.

— Возвращаться надо, — повторил Сухой Перец. — Поубивает же!

Длинный Шест не ответил. Он часто-часто моргал, восстанавливая зрение, и одновременно пытался привести в порядок мысли. Но мыслей не было, даже страха как такового не было, была только оглушенность и еще странное чувство, как будто он наблюдает происходящее со стороны, будто боги смотрят на происходящее его глазами.

— Гляди, там орк какой-то, — сказал вдруг Сухой Перец. — Откуда он там взялся?

Длинный Шест повернул голову и увидел две вещи. Во-первых, в том месте, где упала звезда, загорелась трава. И во-вторых, какой-то орк, оглушенный и ничего не соображающий, бежал по полю и вопил нечто нечленораздельное. За спиной орка болталось на ремне короткое бревно…

— Это не орк, — сказал Длинный Шест и сам изумился спокойствию собственной речи. — Это эльф, видишь, у него гранатомет за плечами. А вон еще один… Никс Милосердная!

В голове Длинного Шеста отдельные фрагменты сложились в целостную картину, и эта картина ужаснула его.

— Так не бывает! — воскликнул он. — Эльфы не приходят до заката солнца! Тем более в четверг!

— Теперь-то мы возвращаемся? — спросил Сухой Перец.

— Теперь возвращаемся, — согласился Длинный Шест. — Скачем к сэру Джону, быстрее!

— С такой армией даже сэр Джон не управится, — сказал Сухой Перец.

Длинный Шест не стал спешиваться на границе загона. В нарушение всех законов он подскакал к самому балагану и то, что он увидел, его чуть-чуть успокоило. У крыльца стояли три оседланные лошади, сэр Джон навьючивал на свою лошадь какой-то мешок.

— Добрый сэр, эльфы идут! — закричал Длинный Шест. — Много эльфов, очень много!

Сэр Джон не отреагировал, он продолжал привязывать мешок, не обращая внимания на слова орка.

— Эльфы идут, добрый сэр! — повторил Длинный Шест.

— Слышу, не глухой, — отозвался сэр Джон. — Сейчас Герман барахло соберет, и поедем.

Упала еще одна звезда, теперь на западе. Когда вспышка погасла, сэр Джон посмотрел в ту сторону и сказал:

— А вот это мне совсем не нравится. Если мы окружены…

На крыльце появилась Аленький Цветочек.

— Милая, позови Германа, — сказал ей сэр Джон. — Сдается мне, если мы хотим остаться в живых, прорываться надо прямо сейчас.

Аленький Цветочек застыла в растерянности.

— Как позови? — переспросила она. — Прямо так войти и позвать? Да он меня…

— Прямо так войти и позвать, — потвердил сэр Джон. — Войди к нему в комнату и скажи следующее: «Эй, кусок дерьма! Бросай всё и шевели своей рыцарской задницей на выход, если хочешь остаться жив!» Давай, быстро!

Аленький Цветочек нервно хихикнула и скрылась внутри балагана.

— Я не видел эльфов на западе, — заметил Длинный Шест.

— Я тоже не видел, — сказал сэр Джон. — Но я уже убедился, что звезды падают там, где эльфы. На западе упала звезда, следовательно, там эльфы. Что тут непонятного?

— Доброму сэру виднее, — сказал Длинный Шест.

Аленький Цветочек выскочила на крыльцо, она бежала так, будто за ней гнались все бесы и демоны во главе с Калоной. В следующую секунду на крыльце появился сэр Герман, его лицо было перекошено, он заорал:

— Всё, мое терпение кончилось!

Аленький Цветочек сбежала с крыльца и спряталась за своей лошадью. Сэр Джон улыбнулся и спросил ее:

— Ты что, прямо так ему и сказала?

— Каждое приказание должно исполняться точно и в срок, — ответила Аленький Цветочек.

На северо-западе упала еще одна звезда.

— Что за ад тут творится?! — воскликнул сэр Герман.

— Мы окружены огромным эльфийским войском, — ответил ему сэр Джон. — Если мы поскачем прямо сейчас, у нас есть шанс вырваться из кольца. У тебя десять секунд, чтобы сесть на лошадь. Будешь тупить дальше — поедем без тебя.

Сэр Герман растерянно оглянулся и пробормотал:

— Лук, стрелы…

— Поздно уже, — сказал сэр Джон. — Кольчугу надел, меч взял — и на том спасибо. У тебя три секунды. Раз, два, три, не успел. Всё, поехали! Держитесь за мной и старайтесь не угодить под стрелу.

Сэр Джон отпустил поводья и сильно ударил лошадь пятками в бока. Лошадь заржала и рванула с места в галоп

— Подождите! — завопил сэр Герман.

— Догоняй, — сказал сэр Джон.

Они поскакали на запад: сэр Джон, затем Аленький Цветочек, Длинный Шест, Сухой Перец и замыкал колонну сэр Герман. Лошади мчались изо всех сил, не разбирая дороги, ежеминутно рискуя сломать ногу в какой-нибудь незаметной ямке. Но пока боги миловали.

Внезапно сэр Джон сдернул лук с плеча, наложил стрелу и выстрелил, прямо на полном скаку, не снижая скорости. Длинный Шест проследил взглядом полет стрелы, она скрылась в высокой траве, и непонятно было, поразила ли она какую-то цель. Но в следующую секунду рядом с тем местом, куда упала стрела, из травы поднялись беловолосые эльфийские головы. Как же их много…

— Прорываемся! — заорал сэр Джон и выпустил еще две стрелы, одну за другой.

На этот раз было ясно видно, что обе стрелы поразили свои цели. А затем Длинный Шест увидел, как справа налево пролетело что-то округлое и быстрое, оно упало в траву прямо перед ними, сэр Джон резко натянул повод, его лошадь встала на дыбы, в нее врезалась лошадь Аленького Цветочка…

Мир озарился ослепительной вспышкой и превратился в один большой огонь. Длинный Шест вылетел из седла и врезался во что-то мягкое. Попытался прикрыть лицо от опаляющего жара, но тут сверху рухнуло что-то тяжелое, и двигаться стало невозможно.

Вероятно, Длинный Шест потерял сознание на несколько секунд. Он не помнил, как выбрался из-под упавшей на него лошади, первое, что он помнил после — как навстречу ему по траве бежит огненный пал, он перепрыгивает через огонь, приземляется в горячий пепел и едва удерживается на ногах. А в пяти шагах впереди стоит сэр Джон, он пускает одну стрелу за другой, и взгляд его пуст, как у мертвеца. В поле зрения появляется сэр Герман, он что-то кричит и размахивает мечом, указывая влево, сэр Джон разворачивается, бросает лук прямо на землю и выхватывает меч. Длинный Шест тоже поворачивается налево и каким-то чудом успевает увернуться от эльфийского томагавка, кремневое лезвие соскальзывает по плечу, разрывая рубаху и обдирая кожу. Прямой удар кулаком в лицо останавливает разбег эльфа, враг начинает заваливаться на спину, Длинный Шест выхватывает томагавк из слабеющих рук. Оглядывается и видит, что сэр Джон и сэр Герман стоят спиной к спине и отмахиваются мечами от наседающих эльфов, при этом перед сэром Джоном лежит четыре эльфийских трупа, а перед сэром Германом — ни одного. Возвращается слух, Длинный Шест понимает, что слышит, как орет Сухой Перец. Он сидит на земле и пытается встать, не замечая, что его бедро перебито, из раны торчит кость и хлещет кровь. Рана безусловно смертельна.