Царство Проклятых (ЛП) - Манискалко Керри

— Как ты можешь быть уверен? Похоть сумел повлиять на меня. Как и Зависть. Я

уверена, что твой брат может заставить меня делать все, что ему заблагорассудится, с кем бы он ни пожелал, я это сделаю. Может быть, наших уроков было недостаточно. Может быть…

— Дыши. Никто не тронет тебя, пока мы здесь, Эмилия. Это было бы актом войны,

и мы все собрались с пониманием временного мира. Ты принадлежишь Дому Гнева. Если они забудут, я с удовольствием напомню им об этом.

Один взгляд на его суровые черты заставил его обещание сбыться. Я почти не сомневалась, что этот принц разорвет кого-нибудь на куски, если они тронут меня пальцем без моего согласия. Я хотела этой силы. Я хотела быть в безопасности сама и чуть не поклялась, что вообще едва когда-то была в безопасности. Возможно, именно поэтому я почувствовала такую зависть, когда впервые встретила его, и он использовал свое влияние на меня. Я жаждала силы, чтобы защитить себя и своих близких.

Мое внимание вернулось к тому месту, где мужчина стоял на коленях между бедер женщины. Теперь он обрабатывал ее ртом и рукой. Другая любовница придвинулась к ее груди, добавила взбитых сливок и вылизала ее кожу дочиста, прежде чем добавить еще одну порцию.

Чревоугодие хотел шокировать своих гостей, вывести их из себя. За исключением того, что большинство из них были из этого царства и, вероятно, были свидетелями гораздо большего разврата. Нет, эта картина была не для всех его гостей. Она была для меня. Чтобы выбить из колеи смертного почетного гостя задолго до того, как я войду в его бальный зал.

И ему это почти удалось.

Нагота, люди, ищущие сексуального удовольствия, независимо от того, как сильно я пыталась преодолеть это, смертный образ мыслей о них как о неправильных и постыдных продолжал возвращаться. Они продолжали шокировать и смущать меня, потому что в глубине души я все еще беспокоилась о том, что меня погубят человеческие представления. Больше всего я продолжала беспокоиться о том, что подумают другие.

Достаточно. С меня было достаточно возвращения к старым страхам. Я подошла к столу и окунула палец в миску со взбитыми сливками, затем медленно повернулась к Гневу, облизывая его. Теперь в его лице не было ничего, что говорило бы о скуке или незаинтересованности. Он отслеживал каждое движение, словно запечатлевая его в памяти.

Появился официант с подносом, уставленным бокалами с шампанским.

Я одарила Гнева легкой хитрой улыбкой и взяла бокал игристого вина из демонической ягоды.

— Выпьем за то, чтобы тебя шокировали.

Не дожидаясь его ответа, я повернулась и прошла мимо столика влюбленных.

Когда я вошла на Пир Волка и глашатай выкрикнул мое имя, и я убедила себя, что я самая страшная в комнате.

27

Принц Чревоугодия оказался совсем не таким, как я ожидала. Он не восседал на троне, не производил впечатления холодной скуки и не излучал королевского высокомерия. В нем также не было ничего особенно опасного. За исключением угрозы, которую он представлял для сердец.

Он стоял, обняв пышногрудых дам, возле фонтана спиртного, и в уголках его сочных губ играла тайная улыбка. Принц наклонился, чтобы прошептать что-то на ухо каждой из своих спутниц, их смех был страстным и наполненным обещаниями.

Я выгнула бровь, когда он по очереди покусывал их шеи. Он был повесой до мозга костей. И, казалось, его за это обожали.

Он был не так высок, как Гнев, но его плечи были широкими, бедра узкими, а ширина бедер предполагала подтянутое тело, скрытое под костюмом цвета ежевики.

В его слегка взъерошенных каштановых волосах виднелись золотисто-рыжие пряди при определенном освещении, хотя тьма никогда не ослабляла своей власти надолго. На нем была бронзовая корона, украшенная разноцветными драгоценными камнями. Карие глаза Чревоугодия ыли смесью ярких оттенков зеленого, золотого и коричневого. Все соперничают за господство, все наслаждаются собственной красотой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И теперь они были нацелены на то, где стояли Гнев и я. Одна бровь приподнялась.

— Брат! Иди познакомься с моими новыми друзьями, Друзиллой и Люсиндой. Они

рассказывали мне самую интересную историю.

— Я в этом не сомневаюсь. — Отсутствие приличий у Гнева, казалось, не удивило

никого, кроме меня. Он положил руку мне на поясницу. — Моя жена, Эмилия ди Карло.

Внимание Чревоугодия переключилось на меня. Его нос выглядел так, как будто его сломали раз или два, но это несовершенство только делало его более интересным. Его пристальный взгляд скользнул по мне, и в нем вспыхнула искра озорства.

— Будущая жена, насколько я понимаю.

— На самом деле, — вмешалась я, — я еще не решила принять связь.

— Слышишь это, брат? — Чревоугодие отошел от своих спутников и обнял Гнева

за плечи. — Для меня еще есть надежда.

— Будешь дышать в ее сторону без ее явного разрешения, и она выпотрошит

тебя. — Гнев стащил бокал вина из демонической ягоды с проходящего мимо подноса и отхлебнул его, являя собой образец непринужденной элегантности.

— Я уже просил ее воздержаться от насилия во время нашего визита, но на твоём

месте я бы не искушал ее ярость.

Братья обменялись долгим взглядом. Гнев, по сути, пришел и установил свои собственные правила при королевском дворе своего брата. Точно так же, как он сделал в Доме Греха Зависти. Удивительно, что Чревоугодие даже бровью не повел в ответ на дерзость Гнева.

— Значит, ты жестокая маленькая лисичка?

— У меня случаются такие моменты, ваше высочество.

Его смех был полным и глубоким.

— Объясни, как ты привлекла внимание этого человека. Он наклонился и

заговорил насмешливым шепотом, его тон был серьезным, как будто он делился тайной. — Гнев имеет неутолимый вкус к ярости. Хотя он никогда не злоупотребляет этим. К большому всеобщему разочарованию. — Гнев не ответил на улыбку брата, которая делала только еще более восхитительным принца этого круга.

— Возможно, ты удивишь нас всех, дорогой брат. В конце концов, возможно, это

будет тот год, когда ты освободишься. Оправдай наши ожидания. Чревоугодствуй хоть раз весельем.

— Будь благодарен, что я ограничиваю свое представление о веселье, брат.

— Ну, охота начинается на рассвете, так что ты можешь оседлать адского коня и

выпустить свой дух воина. — Он взглянул на меня с неприятной ухмылкой на лице. — Вы тоже, леди Эмилия. Давай посмотрим, вдохновляет ли тебя в равной степени жажда крови.

— Я не езжу верхом.

— Нет? — Его глаза весело блеснули. — Тогда я останусь и составлю тебе компанию.

Пока они попадают в беду, я уверен, что мы сможем найти какое-что и для нас.

Какое бы легкомыслие ни испытывал Чревоугодие, оно исчезло в одно мгновение, сменившись ледяным взглядом. Я проследила за направлением его взгляда и с удивлением обнаружила, что объектом его отвращения была красивая, чопорная придворная. Ее бледно-голубые волосы были уложены в стиле настоящих английских леди, а элегантное платье застегнуто до самой шеи.

На ней были перчатки из лайковой кожи, которые заканчивались выше локтей, и выражение отвращения, когда она заметила хозяина, ее пристальный взгляд прорезал комнату. Она наклонилась к своей спутнице и прошептала что-то, отчего другая дворянка захихикала.

— Если вы меня извините. — Настроение Чревоугодия еще больше омрачилось. -

Среди нас завсегдатай вечеринок.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Не произнеся больше ни слова, Чревоугодие зашагал к хихикающим дамам.

Я повернулась к Гневу.

— О чем это он?

— Она журналистка с Изменяющихся островов. И она редко может сказать

что-нибудь лестное о королевских особах в этом королевстве. Она была особенно порочна с Чревоугодием.

Я вспомнила о любовниках на столе.