Моя любимая ошибка - Нора Робертс

Потом настало время обсудить возникшие проблемы. Одного из бойцов арестовали по обвинению в торговле наркотиками, требовалось призвать к порядку не в меру шуструю жрицу любви, а затем вызвать на допрос подозреваемого в двойной игре осведомителя и, при необходимости, избавиться от него.

— А сейчас послушаем Мишу, — объявил Сергей. — Он расскажет о работе наших людей в полиции.

Илья отодвинул тарелку в сторону. С переполненным желудком общение с любовницей удовольствия не доставит. Потягивая вино, он слушал двоюродного брата.

— Пикто говорит, что пока не выяснил, каким образом информация о нашем бизнесе попадает в ФБР.

— Тогда за что мы ему платим?

— Да, дядя, я задал тот же вопрос. Нельзя забывать, что в ряде случаев он своевременно предупреждал нас, давая возможность принять соответствующие меры и защитить свои интересы. Однако он не может определить канал и способ, с помощью которого сведения поступают в ФБР. Пикто подозревает троих человек, но выяснить, кто именно, не удается, так как это держится в строжайшей тайне. Он просит дополнительного времени и средств.

— То есть денег.

— Которые пойдут на взятки.

Миша, который за эти годы успел стать отцом четверых детей, с нескрываемым удовольствием продолжал трапезу. Илья точно знал, что у двоюродного брата нет любовницы, и он может позволить себе есть в свое удовольствие.

— Я не ставлю под сомнение его преданность, но начинаю думать, что он и двое его коллег не достаточно профессиональны и не в состоянии обеспечить наши потребности.

— Мы присмотримся ко всей троице. Это дело поручается тебе с Мишей. Кто бы ни сливал информацию в ФБР, безобразию нужно как можно скорее положить конец. Подобные штучки стоят денег, времени и людей. Кроме того, они для нас оскорбительны.

Сергей тоже отставил тарелку.

— Кстати, не забывайте еще одну возмутительную, хоть и старую историю. Мы помним Элизабет Фитч.

— Она не поддерживает связи с матерью, — возразил Илья. — Так же как и с полицией, насколько нам известно. Если девушка еще жива, то живет в постоянном страхе и угрозы не представляет.

— Пока она жива, она сама по себе угроза. Опять же, вопрос чести. Мы хорошо платим этому Кигану, и он нередко приносит пользу, но девчонку так и не нашел. И другие не могут. А ведь перед нами всего лишь беззащитная женщина. — Он грохнул кулаком по столу. — Грош нам цена, если мы не можем справиться с одной телкой! О какой чести может идти речь?

— Мы продолжаем поиски, — заверил отца Илья.

— Да, и не остановимся, пока не достигнем цели. Это дело чести. Верно, Яков?

— Да, дядя. — За долгие годы Короткий ни разу не испытал угрызений совести, как и положено человеку, которому работа приносит удовольствие.

— Поговори с Киганом, напомни, почему это дело для нас так важно. И с Пикто побеседуй. Деньги — хороший стимул, только страх еще эффективнее. Так пусть боятся.

— Понял, дядя.

— Вот и прекрасно. — Сергей хлопнул в ладоши. — А теперь приступим к десерту.

16

Все шло естественно и просто. Будто переступив невидимую черту, Эбигейл получила в подарок нормальную человеческую жизнь, о которой мечтала долгие годы. Она не знала, сколько времени это может продолжаться, и потому каждое мгновение сверкало и переливалось разноцветными огнями, словно драгоценный бриллиант.

Почти каждый вечер Эбигейл проводила вместе с Бруксом. Честно готовила сама, а иногда еду привозил с собой он. Они подолгу сидели возле дома или прогуливались до места, откуда Эбигейл так любила смотреть на горы. Брукс помогал с работой в саду, а одним дождливым вечером научил играть в «джин-рамми» и потом изображал притворный гнев, когда Эбигейл раз за разом выигрывала.

Брукс научил ее смеяться.

Стоило ему прикоснуться к ней в темноте, и все скопившиеся в душе тревоги и сомнения бесследно улетучивались. Каждый раз утром, просыпаясь рядом с ним в постели, Эбигейл испытывала чувство радостного удивления, которое не покидало в течение дня.

От Брукса она узнала подробности из жизни городка и его обитателей. Слушая забавные рассказы или насмешливые замечания, Эбигейл складывала в уме общую картину местных нравов и обычаев. Продавец, обслуживающий ее в супермаркете, оказался непревзойденным победителем конкурса по поеданию пирогов, который проводился в парке ежегодно четвертого июля. Директор банка слыл фокусником-любителем и выступал перед детишками на различных мероприятиях. А закадычный друг Брукса ждал появления на свет второго ребенка.

Брукса часто вызывали по вечерам, а пару раз звонили даже среди ночи. И всякий раз, когда Эбигейл оставалась одна, в доме все менялось. Не так, как днем, когда она была занята работой и повседневными делами. Нет, не хватало чего-то очень важного, жизненно необходимого.

В такие моменты она старалась прогнать грызущее чувство, нашептывающее, что, когда счастью придет конец, жизнь уже никогда не вернется в прежнее размеренное русло. И Эбигейл с жадностью ловила каждое мгновение, каждый час, каждый день и ночь… Чтобы с нетерпением ждать, когда наступит следующий день.

Она пыталась ни о чем не думать, а просто жить сегодняшним днем.

Вместе с Бруксом они любовались клумбой, работу над которой только что завершили. Большинство растений перекочевало туда из теплицы, и теперь они заняли предназначенные хозяйкой места. Вышло все как и планировала Эбигейл, и это ее радовало.

Оказывается, помощь, полученная от другого человека, нисколько не умаляла этой радости.

Ей нравилось легкое чувство усталости и пропитанная потом одежда, к которой пристала садовая земля. Душу грело сознание, что в доме ждет заблаговременно подготовленная лазанья со шпинатом, которую только нужно поставить в духовку.

— По-моему, получилось красиво.

— Нет, потрясающе красиво, — поправил Брукс.

— Да, ты прав. Через пару недель будет еще лучше. Как хорошо иметь помощника.

— Неужели? — хитро подмигнул Брукс.

— Правда. Хочешь пива?

— Меня могут вызвать, так что лучше воздержусь и обойдусь колой.

— Как скажешь.

Как же все хорошо и просто, думала Эбигейл, направляясь к дому. Ей нравилось готовить для Брукса еду и предлагать выпить. Она и не знала, что приготовление пищи для другого человека приносит чувство такого глубокого удовлетворения. Эбигейл также любила, когда Брукс предлагал привезти домой пиццу, или деликатесы китайской кухни, или просто бросить на гриль пару гамбургеров.

Поначалу Эбигейл казалось, что с появлением Брукса в доме станет тесно, но каким-то чудесным образом пространство вдруг расширилось. Она опасалась за привычный распорядок и налаженный бизнес, однако в последние две недели работа шла особенно продуктивно. Многие мелкие дела и обязанности отнимали гораздо меньше времени, потому что на помощь приходил Брукс, а то и делал все сам.