Страдать, чтобы простить - Ребекка Донован

Внезапно навалилась страшная усталость. Веки отяжелели. Я закрыла глаза в надежде, что голоса в голове не помешают мне заснуть.

Я смотрел на зажатый в руке телефон. Телефон, который Эмма оставила на кровати и который я должен был вернуть ей до отъезда в аэропорт. В этой спешке я напрочь о нем забыл. Я вставил в него свою зарядку и положил на письменный стол.

Дверь внезапно скрипнула – и в номер отеля, где я остановился, вошел Джаред с дорожной сумкой в руке.

– Привет, – поздоровался я. – А ты как оказался тут?

– Мама велела приехать. Сказала, что будет здесь вместе с тобой и что ей нужно сообщить нам нечто важное.

– Надо же! А ты, случайно, не знаешь, что именно? – поинтересовался я.

Вот дурак! Как я мог не догадаться, обнаружив в номере две кровати, что Джаред тоже приедет?! Но я был слишком занят своими мыслями, чтобы вообще хоть что-то замечать.

– Без понятия, – признался Джаред. – Она велела мне приехать. И вот он я. А завтра собираюсь вернуться вместе с тобой в Санта-Барбару.

– Ну и славно, – ответил я.

Джаред плюхнулся на соседнюю кровать, прислонился к изголовью и скрестил ноги.

– Ну и как продвигается твой генеральный план? Еще не лопнул?

– Нет у меня никакого плана, – раздраженно огрызнулся я.

– Эван, у тебя всегда есть план, – не сдавался Джаред. – Это в твоем стиле. Ты все тщательно продумываешь, разрабатываешь стратегию и планируешь каждый свой шаг. И я не верю, что ты сорвался и рванул в Санта-Барбару, не имея наготове очередного плана, особенно если учесть, как высоки ставки.

– Она разрушает все планы, – прошептал я и снова посмотрел на ее телефон.

Внезапно проснувшись, я испуганно оглядела комнату. Я была совершенно одна.

Я не хочу оставаться одна. Пожалуйста, не бросай меня.

В голове звучал отчаянный голос матери. Чтобы хоть как-то его заглушить, я откинула одеяло и вышла на веранду. Солнце медленно уходило за горизонт, оставляя на небе золотисто-оранжевые сполохи. Я чувствовала себя разбитой и усталой, хотя весь день спала.

Собравшись с духом, я уныло побрела вдоль берега мимо резвящихся в воде детей и сидящих на пляже людей. А когда оказалась у крутой лестницы на холм, начала медленно карабкаться вверх. Я сама толком не знала, что буду ему говорить. Просто не хотела оставаться одна, а больше мне некуда было идти.

Когда я уже вышла в патио, из-за угла дома показался Ти-Джей с доской для серфинга над головой.

– Эмма! – радостно крикнул он. – А что ты здесь делаешь? Решила нас навестить?

– Э-э-э… – Я была несколько ошарашена его энтузиазмом. – Привет, Ти Джей. А Эван тут?

– Нет. – Он энергично помотал головой. Мой вопрос его явно удивил. – Он уехал.

– Уехал?

– Ну да. Нейт еще днем отвез его в аэропорт.

– Значит, уехал, – шепотом повторила я. – Ладно, спасибо.

Меня будто стукнули пыльным мешком по голове. Я развернулась и направилась к лестнице.

– Если хочешь, можешь остаться! – крикнул мне вслед Ти Джей.

Не оглядываясь, я вяло помахала ему рукой и спустилась вниз.

– Уехал, – пробормотала я себе под нос, не в силах оправиться от шока. Значит, решил отпустить меня.

Сердце снова заполнила чернота. Я не слышала, как оно бьется. Я ничего не чувствовала. Пустоту в голове внезапно заполнил Сарин шепот:

Ты не можешь отталкивать всех подряд… потому что в один прекрасный день ты проснешься, а рядом вообще никого не будет.

Я не помнила, как добралась до дома. Свернулась под одеялом калачиком на диване и закрыла глаза.

В голове звучали противные шепотки. Ядовитые семена упали на благодатную почву, унавоженную чувством вины и горечью утраты. Я была не в состоянии отогнать голоса. Оставалось только ждать, когда меня окончательно засосет пустота, а затем проглотит тьма.

– Это был знаменательный день, – объявила мама, вручая меню официанту, принявшему заказ.

– Спасибо, что позволила мне это сделать. – Я высоко оценил тот факт, что она не осудила меня за мое решение, хотя изначально я и исключил ее из процесса его принятия.

– Я понимаю твое нежелание втягивать меня, – ответила мама. – Но я ведь уже говорила и повторяю еще раз: я не собираюсь стоять у тебя на пути. Я верю, что ты поступаешь так, как лучше для тебя.

И только я собрался ей ответить, как у меня в кармане неожиданно завибрировал телефон. Я достал его, за что получил от мамы, которая запрещала пользоваться сотовыми телефонами за столом, укоризненный взгляд.

– Знаю-знаю, – примирительно сказал я. – Но это очень важный звонок. Извини.

Я отодвинул стул и, торопливо сказав «привет», вышел в холл рядом с туалетом.

– Все в порядке?

– Ну, я надеялась у тебя об этом узнать, – услышал я голос Сары. – Ты сегодня видел Эмму?

Я сделал паузу, вопрос показался мне бессмысленным.

– Что? А разве вы не вместе?

Теперь наступила очередь Сары озадаченно замолчать.

– Эван, а ты сейчас где? – наконец спросила она.

– В Сан-Франциско. А ты?

– На похоронах дедушки в Нью-Хэмпшире.

– Ой, вот как! Сара, прими мои соболезнования. Я не знал.

– Спасибо, – отмахнулась Сара. – Я не могу связаться с Эммой. И уже начинаю волноваться.

– Ее телефон остался у меня. Прости. Эмма забыла его, а я не успел отдать его. Вот потому-то тебе с ней и не связаться. Она ведь с Коулом, да? Можешь позвонить ему и поговорить с Эммой.

– Я пыталась, – ответила она. – Он не отвечает.

– Хочешь, я попрошу Нейта проверить, как она там? Она может перезвонить тебе с его телефона, – предложил я.

– Отлично. Уверена, что она в порядке. Просто я обещала ей позвонить, а с тех пор, как вчера уехала, от нее ни слуху ни духу.

– Я завтра возвращаюсь. И по пути заскочу к Эмме, – сообщил я. – Сара, еще раз прими мои соболезнования.

– Спасибо, Эван, – ответила она.

– Позже поговорим.

Я уже собрался было отключиться, но Сара неожиданно меня остановила:

– Эй, Эван!

– Слушаю тебя.

– Понимаю, что, наверное, лезу не в свое дело, но скажи: у вас с Эммой все хорошо? Я имею в виду… что все, конечно, не слишком хорошо, но ты ведь не перестанешь с ней разговаривать или типа того?

– Нет, конечно. – Меня несколько озадачил ее вопрос. – Э-э… А с чего ты это взяла?