Крылья Огня: Пророчество о дракончиках - Белоусов Алексей

они просто улизнули оттуда прямо перед моим носом, просто улетев через облака, хотя казалось бы возвратиться через балкон обратно удобнее. И сейчас они так удобно пошли к себе домой вместе с бабушкой, что их защитит. Ну не может так всё хорошо совпадать!»

Звёздолёт попытался не показывать виду, но всё же они испугался, и бабушкин язык это уловил, отчего она стала идти прямо рядом с ним. Похоже, выходить наружу всё же было ошибкой… даже аккуратное планирование привело только к новым подозрениям. Дракончик напрягся, пытаясь уловить мысли ночекрыла так далеко, как это только возможно. И они не заставили себя долго ждать.

«Свежие следы прямо из библиотеки, прямо перед моим прибытием. Ну уж нет, теперь я окончательно отказываюсь верить в просто удобные им совпадения. Не нужно быть Гением, чтобы понять, что то, что они постоянно успешно избегают меня — слишком невероятно! Этот Звёздолёт — точно предсказатель. У меня конечно нет прям твёрдых доказательств, но всё же, иначе такая неудача подряд ну просто не сходится», проговорил притихший внутренний голос Завтравидца в последний раз, и наконец стал совсем неразличимым.

В животе ночекрылёнка что-то сжалось. Он и правда сделал только хуже. Его срежиссированная чуть ли не как пьеса прогулка по дворцу только укрепила подозрения Завтравидца. Он теперь будет только усерднее искать с ними встречи. Как только он окажется в башне, надо будет обязательно посмотреть, что же их ждёт. Может, будет лучше и вообще не дожидаться им выборов королевы, и просто улететь обратно домой в их долину…

***

За семейным ужином он рассказал о мыслях Завтравидца. И о своих мыслях о том, что может надо собираться домой раньше итога выборов. Мама от такого запахла ещё большим беспокойством, а в её мыслях взметнулось защитить любой ценой.

И Пустельга, как всегда, предложила хорошую идею:

— А зачем улетать? Просто оставайтесь в башне. Скажите мне какие свитки вам нужны, я вам их принесу из библиотеки. Будете весь день читать. Ты посмотри, не будет ли каких угроз, если вы целый день просто просидите в башне? А послезавтра четвёртый день, и судя по всему, королеву таки выберут, — она посмотрела на Халькопирит и та ей кивнула.

Звёздолёт кивнул тоже, погружаясь в своё темно-звёздное пространство и прослеживая звезду варианта «сидеть целый день» от самого утра. И все самые вероятные пути в унисон звенели о том, что никаких Завтравидцев внутри их башни не будет.

Когда он открыл глаза, семья уже доедала остатки еды:

— Если мы в башне, никаких угроз. Видимо, больше он не смеет, как его вторжение было раскрыто.

— Вот и отлично! — подняла крылья бабушка. — А моя дочь остаётся вас охранять.

— А маме что почитать? — спросила Солнышко.

— Мне не надо читать. Мне достаточно, что я буду рядом с вами. Никакие Завтравидцы не пролетят, или же познают гнев небокрыльей матери! — от этого утверждения веяло такой скрытой яростью, что из ноздрей Кречет показался лёгкий дымок.

После ужина, когда сгустились тяжёлые сумерки, и бабушка и двоюродная тётя пошли спать мама собрала всех драконят вместе. Она собрала всех под своими огромными крыльями, прижимая к себе, облизывая мордочку каждого так же тщательно, как и в детстве. «Мои дети. Мои драконята. Мои самые ценные на свете. Никому не отдам. Всех разорву», повторяли её мысли, пока она нежно урчала с каждым лизем, даже не замечая, что её огнечешуйная дочка довольно горячая для лизя. «Если этот Завтравидец только посмотрит на вас… Я убежусь, чтобы он не покинул эту башню живым».

— Мама… — Звёздолёт аккуратно укусил её за лапку, прям как делал это в детстве. Кусь детской любви, кусь убеждения, что всё хорошо и они рядом.

Он чувствовал каждое биение её мысли, самой нежной к своим драконятам и самой яростной к чужаку, что задумал недоброе, одновременно. Она урчала и одновременно готова была превратить урчание в яростное рычание, как только увидит морду Завтравидца.

— Мама. Всё хорошо. Он нас не тронет. Ты рядом. Мы рядом, — тихо повторял он ей, успокаивающе урча. — И ничего не страшно…

Он ничего не мог с собой поделать. Они ничего не могли с собой поделать. Только Глин, наверное, мог держать ещё какое-то здравомыслие. Все же остальные… Когда мама пахнет нежностью и яростной защитой, разум едва ли держится. Остаётся только большая мама-драконица и её драконята, тихое урчание друг другу и запахи, запахи, которые уносят с собой все ненужные переживания и мысли, оставляя только урчание и нежность.

Драконята тихо заснули, прижатые к тёплому маминому боку и друг другу, укрытые её тёплым крылом и окутанные её запахом. Сам Звёздолёт тихонько наслаждался им, ещё пару раз нежно куснув её за большую лапу и обнимая за неё покрепче. Мама наконец заснула чутким сном защитницы, готовая за секунду взметнуться и сделать что угодно, как только почувствует неправильный запах и даже движение.

И Звёздолет, окутанный нежностью через каждый возможный орган чувств и совершенно потерявший ощущение времени, заснул тоже, абсолютно счастливый.

____

Побирушки -- в официальном переводе воришки, мой перевод оригинального scavenger

Опаление -- в официальном переводе Пожар, мой перевод оригинального Scorching

Глава 26

Сон-видение снова пытался прийти в эту ночь.

Звёздолёт наблюдал за этим с каким-то детским весельем. Его разум, умытый маминой лаской и знающий, что всё хорошо, просто не резонировал с картинками очередных драконьих страданий из прошлого-которого-нет.

Как подраный кабан, пытающийся лягнуть из последних сил, видение попыталось дотянуться до более эмоциональных слоёв. Мама в окружении больших злых сородичей, Пирит-Беда, вставшая в защитную позу рядом с ней, падающий беспорядочной кучей с неба дракон, похожий на вчерашнего библиотекаря, побег и поимка его сиблингов.

Ночекрыл не выдержал и весело засмеялся — открыв полностью пасть, полную острых зубов. Что видение может сделать тому, кто знает, что оно не настоящее настолько, что даже этого самого прошлого не существует? Просто последние отблески эха того, что не было и не будет никогда. Всё ещё улыбаясь, драконёнок припал к «земле», раскрыл крылья — и одним махом выпрыгнул из видения, прямо в тёмную и комфортную звёздочночь с бесконечнобудующими вариантами.

Но это были не просто звёзды. Это было мамино крыло с прекрасными красными звёздочками с вентральной стороны крыла. Она была прекрасной ночекрылкой с нотками небокрылки, как