Крылатый воин - Александр Васильевич Чернобровкин

Поскольку прилетевшие ранее экипажи не успели уехать или им не дали это сделать, места в тени не хватило, поэтому часть военнослужащих, в основном нижние чины из технического персонала, стояли на солнце. Представляю, как они материли меня, потому что припекало по-взрослому.

Командир Восемнадцатой пехотной бригады Седьмой дивизии бригадир Вуттен зачитал приказ, согласно которому «за неоднократные акты храбрости во время активной операции у населенного пункта Вау» меня наградили британским «Военным крестом». Это серебряный равнопалый крест с королевским вензелем в центре и коронами на четырех концах. На реверсе мое имя и год вручения. Ленточка из трех полос одинаковой ширины — бело-фиолетово-белая. Уверен, что австралийскому офицеру не дали бы такой ровно за то же, что сделал я. Иностранцев всегда награждают щедрее.

Приняв «Военный крест» и поблагодарив за него, я попросил австралийского бригадира:

— Передайте мою благодарность командиру роты капитану Шерлоку.

— Он погиб при отражении японской атаки в тот же день, когда отправил рапорт о твоем подвиге, — сообщил бригадир Вуттен.

— Он умер, как настоящий воин! — немного патетично произнес я и — играть роль, так играть! — перекрестился не по уставу.

К моему удивлению, перекрестились и все остальные, к кому я был лицом, включая командира Восемнадцатого корпуса, а может, и те, кто был за моей спиной. На войне становятся или атеистами, или истинно верующими.

77

Замена двигателя на моем самолете растянулась на три с лишним недели. Я даже устал от безделья. Надо во всем находить положительный момент, и я решил, что простой не по моей вине, так что зарплата капает в полном объеме, что неплохо устроился. За такие деньги на гражданке надо вкалывать, а тут лежишь себе пузом кверху под вентилятором и ждешь, когда зайдет солнце, чтобы недолго потусоваться по улицам, а потом засесть в каком-нибудь баре. За это время наша и Восемьдесят девятая эскадрильи пополнились новыми самолетами и пилотами. Промышленность США работает отменно.

Двадцать второго апреля полетели вместе с Восемьдесят девятой эскадрильей бомбить берег залива Нассау возле Саламауа, где сконцентрировались отступающие японские войска. Поскольку цель была из разряда не очень опасных, расположена недалеко и бомбы взяли осколочные М81 весом сто двадцать пять килограмм каждая, то есть нагружены менее, чем наполовину, командир Третьей группы приказал отработать с новичками стрельбу их пулеметов над морем в бухте Бутлесс. Там лет двадцать назад налетел на риф танкер «Прут». Его раскулачивали на металлолом несколько лет, а во время войны использовали, как мишень для летчиков и моряков. Впрочем, японцы несколько раз атаковали его и, наверное, сообщали о потоплении. Может, кто-нибудь даже получил награду.

Первой зашла на цель Восьмая эскадрилья в составе четырнадцати бортов, отработала и полетела кружить в ожидании коллег. Следом начала стрельбы Восемьдесят Девятая и добилась успеха. Кто-то их новичков всадил очередь в крыло самолета с названием, которое можно перевести, как «Клубничный бродяга». Придумал такое дурацкое погоняло первый лейтенант Джордж Лэнгли, известный тем, что каждый вечер напивался в стельку и засыпал за стойкой бара. Соратники будили его и волокли в номер гостиницы, поэтому пил первый лейтенант только в ближних от нее заведениях. Куда попали пули, теперь уже не узнаешь, но у самолета отключилось электричество и отказала гидравлика, поэтому вместе с полным грузом бомб нырнул в море и не взорвался. Глубина там метров двадцать, и в солнечные дни его хорошо видно на дне. Экипаж успел десантироваться и доплыть до рифа, откуда их сняли аборигены на лодке.

После такого прекрасного начала полетели выполнять боевое задание. Пошли над морем, чтобы не попасть под обстрел зениток возле Лаэ. У меня появилось подозрение, что этот город бомбят почти каждый день из очковтирательства и мазохизма. Особого толка от налетов нет, зато в отчетах тонны использованных бомб и десятки потерянных самолетов.

Мы атаковали побережье залива Нассау двумя эскадрильями со стороны моря на малой высоте бомбами с замедлителем взрывателя. Японцы спрятались в джунглях, не видно ни одного. Зато зенитки шмаляют без перерыва, причем не только двадцать пятый калибр, но и тридцать семь миллиметров. Шапки разрывов везде. Ведомый командира Восьмой эскадрильи получил снаряд в хвост, но продолжил лететь. Нам тоже досталась часть осколков. Я по звуку понял, что стреляют не все пулеметы.

Мы, конечно, скинули осколочные бомбы на кроны деревьев. Надеюсь, убили кого-нибудь, не зря слетали. Места на острове мало, а бомб скинули много. Обратно полетели по кратчайшему расстоянию до линии фронта, скорее, ее абриса, потому что два самолета из нашей эскадрилье и два из Восемьдесят девятой доложили, что подбиты, могут не дотянуть. У меня начал греться правый двигатель, который только заменили.

Появилось подозрение, что «Тутси-2», в отличие от своей предшественницы, приключения не любит, предпочитает находиться в самолетной больничке — на ремонте. Как я ее понимаю. У меня тоже пропала охота воевать за Соединенные Штаты Америки. По моему скромному мнению, я достаточно заплатил за американское гражданство. Хотелось поскорее совершить двадцать пять вылетов и уволиться из армии. Пока это правило работает. Седьмого февраля этого года экипаж «Б-24» под названием «Горячая штучка» отработал норму и полетел на родину, чтобы участвовать в шоу. Американцы умеют что угодно превратить в зрелище и нарубить бабла. «Горячая штучка» разбилась по пути, но это уже другое. Удерживало меня боязнь стать участником какого-нибудь грандиозного мероприятия. Тогда обо мне начнут писать газеты, опубликуют фотографии, и кто-нибудь удивится, увидев их, потому что знал настоящего Шона Вудворда. Еще надо нарубить деньжат на первое время, пока не определюсь, как добывать в этой эпохе столько, чтобы мои возможности совпадали с моими желаниями.

78

Дальше были пять дней в ремонте, четыре дня тайфуна. В это время прошло вручение личному составу медалей «Пурпурное сердце» за ранение, включая нас с Джоном Ренделлом. Это жестянка в форме сердца, покрытая пурпурной эмалью в золотой рамке и с золотым бюстом в профиль Джорджа Вашингтона. Наверху белый щит с красными тремя звездочками и ниже две полоски и по бокам по ветке с зелеными листьями. На обратной стороне надпись «За военные заслуги». Лента пурпурная с узкими белыми полосками по краям. Теперь у меня три награды, что чисто эстетически смотрится красивее, чем две.

Второго мая «Тутси-2» согласилась сделать боевой вылет. Как по мне, зря. Этот день был жертвенным — предстояло бомбить Лаэ. Я решил подкорректировать ее глупый поступок и подсказал командиру Третьей бомбардировочной группы интересную идею. Американцы, за редчайшим исключением, никогда не блистали академическими знаниями. О