Шанс на жизнь, шанс на смерть - Алёна Киселёва

— Привет! — доброжелательно поздоровалась я.

— Добрый путь вольной страннице, — странно ответил он, приветливо улыбнувшись. — Что привело человека в столь удалённый от центра Локоморы уголок?

— Суровая необходимость, к сожалению. Хотя красота подводного мира вашей Долины несомненно заслуживает внимания и сама по себе, — искренне восхитилась я.

Юноша благодарно кивнул, но с ностальгической грустью в глазах возразил:

— Так уж вышло, что, перебравшись из вольных озёр в Локомору, нам удалось сохранить лишь внешнюю красоту, а изнутри жизнь Долины полна червоточин.

— Не возьмусь судить, я здесь всего один день, но гостей у вас встречают не слишком приветливо, — согласилась я и, немного помявшись, спросила. — Я ведь доберусь так до тюрьмы?

— Едва ли, вы ведь пока не совершаете ничего противозаконного, — серьёзно пошутил он. — Однако путь вы выбрали верный, чтобы попасть в это гиблое место. Только не ясно, зачем…

Парень вызывал необъяснимое доверие, и мне отчего-то казалось, что я могу говорить с ним о чём угодно, не опасаясь за возможные проблемы с законом.

— Мои друзья попали в беду, — решилась я. — Их арестовали по какому-то дурацкому — без обид — закону, и я должна помочь им.

— Сочувствую вам и вашим друзьям — их ждёт незавидная участь, но избавить их от неё непросто. А наши законы… что ж, для кого-то они оправданы.

— Для кого-то? Но не для вас, верно?

— Для меня? Я, к несчастью, не приемлю рациональных объяснений.

— А можно поподробнее про все эти законы и их причины, — вздохнула я, устало прислонившись к стене. — Мне будет трудно действовать вслепую.

— Да здесь всё просто. Когда нас выселили в это озеро, мы остались без всего, что было необходимо для жизни. На дне магически созданного водоёма не оказалось привычных нам материалов — ни дом построить, ни одежду пошить, ни обед сготовить: голый песок и редкие камни. Привезённые с собой растения не приживались, и выброситься на берег уже начинало казаться лучшим выходом. Но спасение, если можно так его назвать, пришло неожиданно: в одном из удалённых уголков озера обнаружился странный минерал. Прекрасный материал для всего — от домов до посуды, идеальное удобрение — на смешанном с ним песке росло что угодно, отличный компонент для ткани — обычное водоросляное полотно, натёртое им, приобретало прочность и мягкость. Только вот к переработке годился лишь минерал, убитый в течение нескольких часов до этого, а жил он на воздухе. Огромные запасы обнаружились в подводной пещере, к которой вёл длинный не заполненный водой тоннель. Затопить её было нельзя — минерал бы погиб, а обработать такие его объёмы быстро было невозможно. Нам неожиданно понадобились сухопутные расы, но кто бы захотел добровольно трудиться на глубинных рудниках чужой Долины. К тому же, как вскоре выяснилось, рождённые на земле не могут долго жить под водой — они начинают болеть и умирать уже через месяц, самые стойкие дотягивают до года. Тогда решено было сделать людей — наиболее слабых и бесперспективных работников — своими друзьями, связью с внешним миром, а всех остальных объявить вне закона, дабы по поводу и без направлять в тюрьму и на рудник. Однако об этом, разумеется, никого не предупреждают, и даже лодочник не знает, отчего порой его судна возвращаются пустыми… Грустная это ситуация, жаль, что она коснулась вас.

Да, весёлого мало… Раз работники так нужны им, наверное, тюрьма охраняется как Белый дом, а главное, мои потенциальные враги на своей территории… Что я могу на глубине? Даже мои передвижения строго ограничены набором воздушных тоннелей, гостиницей и, судя по всему, тюрьмой…

— Ладно, спасибо за помощь, мне нужно идти, — несколько рассеянно поблагодарила я.

Сделав пару шагов назад, я с разбегу перемахнула пролом, поскользнулась на мокром полу, но на ногах удержалась. Положение равновесия я себе вернула посредством упора в стену и, выждав секунду для утверждения в точке покоя, бодренько зашагала вперёд, однако далеко не ушла.

— Постой! — окликнул меня парень, вынуждая остановиться и обернуться. — Я провожу тебя.

Он легко спрыгнул в воду, что-то сказал друзьям и, махнув мне рукой, поплыл параллельно тоннелю. Стараясь не отставать, я поспешила за ним. С каждым метром тоннель становился всё более обветшалым, стены покрывала сетка тоненьких трещин, из которых сочилась вода, скапливающаяся на полу несимметричными лужицами. Будь они из стекла, по моим представлениям, давно должны бы лопнуть под давлением, но здесь ничего подобного происходить не собиралось. Всё чаще попадающиеся проломы в полу служили естественными водостоками, благодаря им лужи не достигали экстремальной глубины, однако на голову неприятно капало, одежда, и до того достаточно сырая, промокла окончательно, и становилось, мягко говоря, не жарко. Впрочем, тоннель близился к своему логическому завершению, то бишь к тупику. За очередным изгибом совершенно неожиданно выросла стена — хотя это, пожалуй, слишком громкое название для ветхой плёночки, колышущейся от малейшего волнения воды и прорванной в нескольких местах. В полу зияла огромная дыра, из которой уже выглядывал мой добровольный провожатый, всё-таки обогнавший меня на пару минут.

— Там, — он махнул рукой куда-то за спину, — здание тюрьмы. Внутри она полностью приспособлена для сухопутных существ, но нет ни одного помещения, куда бы не было доступа охране. За периметром следят, да не слишком ретиво — особой необходимости в этом нет. В основном охрана сидит в небольшой пристройке. Днём заключённые находятся на руднике, кроме тех, кто официально ещё не осуждён. Думаю, твои друзья всё ещё в этом шатком положении. Люки, ведущие внутрь, заперты на простые засовы и снаружи туда легко проникнуть, однако надо преодолеть определённое расстояние под водой, на что при человеческой скорости у тебя может не хватить воздуха. В этом я тебе помогу и постараюсь дождаться твоего возвращения, но остальное от меня не зависит.

— Конечно! — горячо закивала я. — Это даже больше, чем я могла рассчитывать… А можно глупый вопрос? Почему вы мне помогаете?

— Я всегда встаю на сторону того, кого считаю правым, — улыбнулся парень и протянул мне руку. — Поплыли?

— Сейчас… — рассеянно ответила я, мысленно борясь со стойким нежеланием лезть в холодную воду.

Совесть всё же победила; я решительно скинула сапоги и куртку, положила на более-менее сухом участке пола вместе с сумкой и мечом и смело прыгнула в дыру. Первой мыслью было: «Брр, как холодно!!!». Но додумать её мне не дали: хладнокровный в прямом смысле слова рыб схватил меня за руку и потащил на глубину — я едва успела вдохнуть. Громоздкое здание тюрьмы стремительно надвигалось — сама я плыла бы минимум в два раза медленнее. Мрачная угловатая постройка зиждилась на нескольких опорных столбах метрах в трёх от дна и не имела ни окон, ни дверей, как в той самой общеизвестной загадке; расстояние от тоннеля до ближайшей стены действительно оказалось немалым — несмотря на впечатляющую скорость, ещё на подходе я почувствовала острую нехватку кислорода, а, когда мы поднырнули под постройку, уже смутно воспринимала действительность и откровенно булькала.