Игра в убийство - Тиана Веснина

Его рука потянулась к телефону. Сотовый Веры не отвечал.

— Какого черта?! — Он вновь набрал номер.

Евгений Рудольфович спокойно сел в кресло и принялся рассматривать рекламные буклеты. Его ребятки позаботились, чтобы телефон Веры неожиданно сломался.

— Ну, смотри, Женя! — Константин угрожающе повысил голос. — Если с Верой что случится!..

— Костик, не грози! — с разоружающей мягкостью произнес мажордом. — Я до Веры даже в мыслях пальцем не дотрагиваюсь.

Лунев выскочил в коридор.

— Костик, ты куда?! — поспешил за ним Евгений Рудольфович.

— За Верой, в клуб!

«Вот дьявол!» — зло прикусил свою толстую губу мажордом и, вернувшись в комнату отдыха, торопливо набрал номер. — Ребятки, поторопитесь, но только чистенько!

Через несколько минут Евгений Рудольфович с придворным фотокорреспондентом сели в машину.

— Поезжай! — бросил он шоферу и указал пункт назначения.

В заходящих лучах солнца «Мерседес» Веры на предельной скорости мчался в сторону дачи Лунева. Настроение у девушки было почти отличное, только вот ночью опять полезет со своими охами да криками неистощимый в вечном желании трахаться половой слабак Лунев. «Хотеть — значит мочь!» Константину удалось полностью опровергнуть это устоявшееся правило.

«Если бы он так мог, как хотел, цены бы ему не было! — расхохоталась Вера и, немного сбавив скорость, обратила внимание на стоявшего у обочины высокого парня. — Что он тут делает?» — подумала девушка и вдруг с изумлением увидела, как тот странно взмахнул рукой, и какая-то глыба, пробив лобовое стекло, влетела в машину. Вера пронзительно вскрикнула. «Мерседес», потеряв управление, глухо ухнул и съехал с шоссе. Его несло к оврагу. Он несколько раз перевернулся, но, зацепившись о камни, остановился.

Константин примчался в клуб и, узнав, что Вера уже с полчаса как уехала, поспешил за город. Его сердце стукнуло с такой силой, что он весь содрогнулся, когда увидел стоявшие у обочины машины и суетливо бегающих людей. Лунев резко затормозил и выскочил из джипа. Внизу он заметил перевернутый «Мерседес» Веры. Голову пронзила острая боль. Не сводя обезумевшего взгляда с машины, он бросился вниз.

Авария произошла совсем недавно. Веру еще не успели вытащить из кабины. Константин, расталкивая любопытно-сочувствующих, бросился к ней, как заклинание повторяя:

— Вера!.. Вера!..

— Он ее знает! — разнеслось в толпе. И тут же: — Да это же Константин Лунев… Вера!.. Это, должно быть, его невеста!.. Какой ужас!..

Константин с помощью двух мужчин извлек Веру из кабины. Вся левая сторона ее лица была в крови. Он положил ее голову к себе на колени и в отчаянии закричал:

— «Скорую»!!!

— Вызвали уже! — раздалось несколько голосов.

Из толпы, плотным кольцом окружившей Лунева с Верой, осторожно выглянул мажордом.

— Отличный кадр! Давай! — подтолкнул он фотографа. — А следующий, когда приедет «скорая»!..

— Вера!.. Вера!.. — шептал, склонившись над ней, Константин.

Кто-то щупал ей пульс и уверял, что она жива.

Раздалась сирена «скорой помощи». Константин помог санитарам уложить Веру на носилки и побежал рядом с ними.

— Отлично! Отлично! — удовлетворенно бормотал Евгений Рудольфович. — Потрясающий репортаж о трагически закончившейся любви знаменитого певца. — «Траур придаст Костику роковое очарование, когда мы поедем на гастроли в США, — размышлял он. — Во всем мире обожают любовные истории с печальным концом… Красиво погибла… по-королевски… Грейс Келли, принцесса Диана, невеста Константина Лунева!.. Можно обыграть и этот нюанс!..»

Евгений Рудольфович последовал за Константином, который, не желая покидать Веру, сел в машину «скорой помощи». Он дал Луневу минут пятнадцать на выход горя и ярости и появился в больничном корпусе, протягивая ему навстречу руки.

— Костик! Какой ужас!..

Глаза Константина были застланы слезами. Он попытался что-то сказать, но из-за спазм в горле не смог произнести ни одного звука.

— Костик, все будет хорошо, успокойся! — обнял его Евгений Рудольфович.

— Если… если… это сделал ты… — заикаясь, с трудом начал он.

— Как ты можешь такое говорить и даже думать!! — воскликнул мажордом. — Прекрати! Я пойду поговорю с врачом! — И деловито вихляя бедрами в необъятных брюках цвета переспелой вишни, он направился к главврачу.

Поговорив с хирургом, Евгений Рудольфович выяснил состояние пострадавшей и громко молил сделать все возможное для ее спасения.

«А, сука!.. Живучая!» — недовольно морщась, в то же время подумал он.

Подойдя к Константину, курившему сигарету за сигаретой, мажордом, тяжело дыша, упал на стул и пробормотал:

— Ну, все в порядке! С врачами договорился!..

Константин не спускал с него напряженного взгляда.

— Да успокойся! Жива и будет жить! Сутки-двое подержат в реанимации. Да успокойся! — повторил он в ответ на недоверчивый взгляд Лунева. — Отделалась, можно сказать, царапинами да легким сотрясением мозга…

— А кровь?!.. Было много крови!.. — произнес Константин, все еще находясь в заторможенном состоянии.

— Я же сказал, поцарапалась, не без того…

— Я хочу ее видеть!

— Пожалуйста, сейчас распоряжусь.

Мажордом прошел в кабинет главврача. Через минуту к Константину подошла медсестра и повела его в палату реанимации.

— Не волнуйтесь так! — сказала она. — Ваша невеста в рубашке родилась, пустяками отделалась!

Константин прижался к стеклу, за которым лежала Вера… его вера в жизнь, в любовь… Он тут же распорядился поставить охрану.

Через двое суток Веру перевели в обычную палату. Говорить ей было трудно, быстро утомлялась. Константин гладил, целовал ее руки.

— Верочка, это был несчастный случай, ты не справилась с управлением? — задал он мучивший его вопрос.

Губы Веры вздрогнули, выпустив страшное слово:

— Нет!

— А что это было?

Вера долго собиралась с силами:

— Какой-то парень бросил что-то тяжелое в лобовое стекло!

— Ты уверена?!

— Да! — Она удержала его за руку. — Не оставляй меня одну. Меня хотят убить!.. Не знаю кто… может, твой мажордом… может, Баркас…

— Ничего не бойся! — Константин слегка коснулся ее пересохших губ. — Я поставил охрану. Вот! — Он положил ей под руку пульт. — Если что почувствуешь, нажимай, и сразу же появится охранник. Поняла?

Вера прикрыла глаза.

— Врач сказал, что ты очень скоро поправишься, и я заберу тебя домой!.. А с мажордомом, Баркасом и… — он запнулся, не желая произносить имя Ольги, — я разберусь!

Константин широким тяжелым шагом вошел в кабинет Евгения Рудольфовича и, остановившись перед столом, сказал:

— Ты помнишь, я тебя предупреждал?!

— О чем? — поднял невинные глаза мажордом. — О чем конкретно, Костик? Ты мне даешь много поручений…

— О Вере!

— А!.. Слава богу! Я разговаривал сегодня с главврачом. Он подтвердил, что никаких осложнений не предвидится. Ну, а в том, что случилось, винить кроме самой Веры, некого…

— Ты ошибаешься! — не сводя с него сверкающего взгляда, продолжал Константин. — Ее авария была подстроена: бросили камень в лобовое стекло!

— Что?! — в искреннем негодующем удивлении привстал с кресла Евгений Рудольфович. — Не может быть! — отверг он утверждение Константина, но, немного помолчав, достал платок, отер лоб и, словно размышляя вслух, произнес: — Хотя… не исключено…

— Конечно, не исключено! — с жестокой усмешкой подтвердил Лунев. — Ведь ты сам подстроил эту аварию!

— Да ты в уме?! — всплеснул руками Евгений Рудольфович. — С какой стати мне избавляться от Веры? Не забывай, я сам привел ее к тебе!

— Но в твой расчет вкралась ошибка: я полюбил ее, а она оказалась не той послушной куклой, какую ты бы хотел иметь при мне.

Евгений Рудольфович закрыл глаза ладонью и в немом отчаянии закачал головой.

— Что ты говоришь?!.. Что ты думаешь?!.. Но тем не менее я был прав, остерегаясь твоей излишней привязанности к женщине. Вот оно — яблоко раздора между нами! Вместо того чтобы узнать, кто устроил аварию и изничтожить этого урода, мы с тобой выясняем отношения. Вернее, ты обвиняешь меня в том, что я специально подстроил несчастный случай. Хорошо!.. — Мажордом прошелся по кабинету. — Даже если бы я захотел избавиться от Веры, то сделал бы это только после гастролей в США! Да что говорить! Я же прекрасно вижу твою ненормальную привязанность к этой девчонке!.. Посуди сам, рискнул бы я избавиться от нее и тем самым поставить под угрозу срыва гастроли?! Ведь ты бы не смог петь! И не мне тебе рассказывать, сколько я вложил сил, чтобы устроить это турне и зажечь на мировом небосклоне новую звезду — Константина Лунева! — Евгений Рудольфович обреченно махнул рукой и сел в кресло.