Клятвы и слёзы (ЛП) - Вильденштейн Оливия

Глаза Августа теперь были на мне.

— Допустим, Джулиан победит Кассандру, но каким-то образом Лори заметит, что он играл нечестно — увидит ловушку на земле, или инсценированную суматоху в толпе, или, что он каким-то образом превратил палку в оружие — тогда Лори имеет право сразу же бросить ему вызов. У неё будет преимущество в том, что она не устала, и её тело не будут осматривать, так что чисто технически у неё у самой может быть спрятано оружие. Готов поспорить, что и Лори, и Нора готовы к бою. Конечно, это не значит, что они могут победить Альфу. У них не та масса тела и они не обладают такой же подготовкой, как Альфы. В большинстве случаев секунданты сдаются, чтобы спасти свои шкуры.

— Я никогда не слышал, чтобы секундант бросал вызов Альфе-победителю, — сказал Коул.

Стая ручейных образовала компактную дугу позади Кассандры. По обилию незнакомых лиц я догадалась, что все ручейные прибыли на состязание. Из-за массы тел, сотня сосновых, стоявших позади Джулиана, смотрелась довольно жалко. Секунданты встретились в центре поля. Обменявшись тихими репликами, они кивнули и пошли обратно к своим стаям, по пути избавляясь от одежды и готовясь перевоплотиться.

"Ты осталась", — голос Лиама в моей голове прозвучал так резко, что моё сердце подпрыгнуло.

Я приложила ладонь к груди, после чего отыскала его среди боулдеровцев, выстроившихся вдоль ограждения. Я думала, что он будет стоять где-то внизу, держа сына Кассандры в смертельной хватке, но Лиам был прямо здесь, среди своих людей и меня, Алекса нигде не было видно.

"Мне искренне жаль, Несс. И не потому, что ты узнала. Я сожалею о том, что хотел смерти твоему отцу. Мне жаль, что я скрыл это от тебя, что я причинил тебе боль… что я разочаровал тебя… снова. Я надеюсь, что со временем ты сможешь простить меня".

Я прикусила губу, опустив ресницы, чтобы подавить нахлынувшую на меня слабость. Я снова перевела взгляд на лужайку, обнажённые фигуры Джулиана и Кассандры то появлялись, то исчезали из фокуса. Я почувствовала, как пальцы Августа коснулись моего бедра. Я отодвинулась от него и наткнулась на Коула.

Краем глаза я заметила, как Коул обменялся взглядом с Августом. К сожалению, я знала, что означал этот взгляд. От Коула буквально исходила настороженность, наподобие запаха его сигарет. Но он был не прав на мой счёт. Я не хотела, чтобы Август прикасался ко мне не из-за тайных романтических чувств к Лиаму. Я просто не хотела внимания со стороны стаи — будь то Лиам или любой другой боулдеровец.

Август вцепился в деревянное ограждение, которое он и наши отцы отшлифовали много лет назад, словно хотел расколоть его. Сухожилия на его руках напряглись, заставив потрескаться засохшую кровь, которая всё ещё была заметна на его коже.

Низкий вой пронзил ярко-голубое небо, а затем ему начали вторить другие.

— Начинается, — прошептал Коул себе под нос.

ГЛАВА 49

Мои руки присоединились к другим рукам, вцепившимся в перила террасы. Бой начался около десяти минут назад, и хотя светло-коричневый мех на спине Кассандры был окрашен кровью, сочившейся из того места, куда Джулиан вонзил свои зубы, она всё ещё стояла на своих четырёх лапах. Она двигалась медленно, как будто боль в спине давила на её тело. Учитывая, что он укусил её в начале драки, рана должна была уже начать заживать.

Джулиан подождал, пока Кассандра подползёт ближе, и прыгнул на неё. Она распласталась на траве, затем перевернулась на спину. Я ожидала, что она продолжит катиться, но нет… Она остановилась, как будто ожидая, что Джулиан приземлится на неё. Как только его тело оказалось на расстоянии вытянутой руки от неё, она полоснула его когтями по животу, затем развернулась под ним и сбросила его со своей раненой спины.

Джулиан приземлился с тяжёлым стуком в паре метров от неё. Какое-то мгновение он не двигался.

Я затаила дыхание.

Все затаили дыхание.

Коул сказал:

— Он собирается прикончить её.

Джулиан поднялся на лапы, точно гора, созданная тектоническими плитами, и снова бросился к Кассандре, его тёмная морда была мокрой от её крови, клыки обнажены. Он обхватил её бедро пастью и начал мотать головой, словно пытался расчленить её. Её лапа осталась на месте, но сама она упала. Он протащил её пару метров, но затем она взбрыкнула, и Джулиан зашипел, издав громкий задыхающийся звук, как будто у него был полный рот меха. В тот момент, когда он отпустил её, она отползла от него, прижавшись животом к земле.

Но он всё ещё хрипел, хлопая лапой по своей морде, как будто пытался стереть кровь Кассандры. Его начало тошнить.

Голоса сделались громче, послышались крики, насмешки, подбадривания. Подобно болельщикам на спортивном матче, толпа становилась всё более шумной. И хотя зрители держались на безопасном расстоянии от волков, Нора и Лори кружили вокруг своих Альф.

Услышав, что Джулиана тошнит, Кассандра развернулась, присела на корточки, но потом приподнялась с протяжным стоном. Её движения были такими вялыми, что казалось, будто она движется в замедленной съёмке, и все же ей удалось опрокинуть Джулиана. Оба волка рухнули наземь, превратившись в мешанину из окровавленного коричневого меха, их тела начали корчиться и дёргаться.

Рычание эхом отразилось от рыжевато-коричневых стволов раскачивающихся сосен и от высокого стеклянного фасада гостиницы, точно яркий солнечный свет.

Кто-то заскулил.

А затем раздался щелчок, когда лопнула перенапряжённая вена.

Моя кожа покрылась мурашками. Один Альфа забрал жизнь другого.

ГЛАВА 50

Джулиан пал.

По лужайке, как и по террасе, прокатилась волна расстроенных криков. Все боулдеровцы напряглись и выпрямились, прищурив глаза и плотно сжав рты. Все разговоры рядом со мной стихли, даже Лиам ничего не произнёс через мысленную связь. Мы просто торжественно стояли плечом к плечу, охваченные шоком и горем.

Да, горем…

Несмотря на то, что мне не очень нравился Альфа сосновых, Кассандра нравилась мне ещё меньше.

Резкий крик разнёсся по полю. Нора бросилась к искалеченному, неподвижному телу Джулиана. Робби отскочил от своей стаи и поймал мать, прежде чем та успела броситься к брату. Она хныкала, скулила и рычала на своего сына, в то время как он что-то тихо говорил ей на ухо. Спустя долгое мгновение она перестала рычать и перевоплотилась обратно в человека. Сотрясаясь от рыданий, которые были такими пронзительными, что их, наверное, можно было услышать в центре города, она уткнулась головой в грудь Робби.

Мой взгляд скользнул по странной сцене внизу. Люди начали высыпать на поле, чтобы поздравить своего Альфу, которая всё ещё была в волчьем обличии. На другой стороне поля Сара рухнула на колени. Я кинулась к ней, но Август схватил меня за запястье и покачал головой.

— Нет, — сказал он, его тон не допускал возражений.

— Но Сара…

— О Саре позаботятся.

Его хватка была расслабленной, но твёрдой, как будто он боролся со своим желанием сжать меня ещё крепче.

— Оставайся здесь.

Марго и рыжеволосая девушка опустились на колени рядом с Сарой, но мне всё равно не терпелось подойти к ней. Что действительно заставило меня держаться подальше, так это ощущение ужаса, от которого пульсировала наша связь. Мой и без того сжимающийся живот скрутило и сжало от страха, который испытывал Август.

Я вернулась к ограждению, и он отпустил моё запястье. И хотя он больше не прикасался ко мне, он удерживал меня с помощью нашей связи, как будто не доверял мне и боялся, что я сбегу вниз по лестнице.

— Я не пойду туда, — заверила я его, но это мало помогло ослабить его невидимую хватку.

Я снова обратила своё внимание на площадку внизу. В последний раз мех исчез в порах Джулиана, его морда втянулась, а конечности поменяли положение, превратившись в человеческие.