Клятвы и слёзы (ЛП) - Вильденштейн Оливия

Она вовсе не была волшебной — в отличие от вонючих деревянных артефактов — и всё же в этой конкретной кружке было волшебство. Она заставила время повернуться вспять. Я увидела себя сидящей за гончарным кругом, мои волосы заплетены в две длинные косы. В отличие от большинства других детей, которые делали что-то для своих родителей, я решила сделать что-нибудь для Августа. Я погладила ручку, покрытую глазурью. Точно так же и Август коснулся её тогда, когда я подарила её ему семь лет назад.

Я благоговейно поставила кружку на стол, затем налила в неё кофе, первый глоток которого заставил меня тихо застонать.

Что-то пискнуло, а затем дверь распахнулась. Я застыла с кружкой на весу.

— Август, я принёс… — Коул замолчал, заметив меня.

Мы уставились друг на друга, а затем скрипнула другая дверь, и Август вошёл в кухню. Полотенце было небрежно обернуто вокруг его бёдер. Запах его сандалового мыла чуть не задушил меня. Или, может быть, меня начало душить моё учащенное сердцебиение?

Пока Август топтался у меня за спиной, вероятно, доставая себе кружку для кофе, я начала раздумывать о том, чтобы нырнуть за остров в надежде, что Коул меня не заметит.

— Это не то, чем кажется, — выпалила я.

Но потом я почувствовала спиной тепло всё ещё влажного тела Августа.

— Это именно то, чем кажется.

О… Боже, убейте меня. Но поскольку никто меня так и не убил, я мягко толкнула Августа локтем и отступила в сторону, чтобы он находился не так близко к моей попе.

Дурацкая ухмылка появилась на губах Коула, когда он подошёл к нам.

— Чёрт.

Я стала доказывать себе, что могло быть и хуже. Это мог быть Нельсон или Изобель, которые могли войти в эту дверь вместо Коула.

— Мама передает кексы.

Он уронил пластиковый контейнер на остров.

— А я передаю свои поздравления.

Неужели кто-то только что включил отопление? Я была почти уверена, что начала потеть. Я поставила свою кружку на стол. Горячий кофе ещё больше этому способствовал. Я смущённо потянула за подол своей футболки. Не то чтобы Коул мог видеть мои ноги за островом. Как бы я хотела, чтобы это был настоящий остров — с пальмами, песчаными дюнами и прочим.

Вот дерьмо. По-видимому, я действительно питала слабость к пальмам.

— Эм.

Я развернулась.

— Август, мы можем по-быстрому поговорить?

"Наедине" произнесла я одними губами.

Его взгляд оторвался от Коула и вернулся ко мне. Сила его взгляда, в сочетании с самодовольной улыбкой, украшавшей его губы, заставила моё сердце остановиться.

— Конечно.

Он кивнул головой в сторону ванной.

Я практически бросилась туда.

— Если хотите, я могу уйти, — сказал Коул, садясь на один из барных стульев.

— Мы только на минутку, — заверила я его.

— На минутку? — Коул удивлённо фыркнул. — Долгие недели сексуальной неудовлетворенности дают о себе знать?

Август показал ему средний палец и последовал за мной. Я закрыла дверь и даже заперла её, хотя это было нелепо. Не то, чтобы Коул собирался ворваться сюда. Поэтому я решила отпереть её обратно.

— Дай угадаю, ты хочешь, чтобы я сменил код на двери?

— Что? Нет. То есть… может быть, — я провела рукой по волосам. — Вообще-то, это не то, что я хотела обсудить.

Он скрестил руки на своей широкой, очень широкой груди. Я начала теребить своё запястье с внутренней стороны, чтобы собраться с мыслями, но мой взгляд в запотевшее зеркало свёл мои попытки на нет. Стекло прояснилось, так что теперь я могла видеть V-образную спину Августа, которая, откровенно говоря, была такой же соблазнительной, как и его передняя часть.

— Ты в порядке, милая?

Я скрутила волосы в длинный жгут, чтобы убрать их с шеи, и чтобы они не смогли воспламениться от моей кожи.

— Эм. Да, но…

— Ты не хочешь, чтобы кто-то про нас знал?

Я закивала, словно маньяк.

— Почему?

— Потому что. Лиам и я, мы только что расстались…

— Это случилось три недели назад.

Неужели прошло уже три недели? Ладно, хорошо. По крайней мере, я не была совсем уж распутной.

— И всё же, не могли бы мы пока держать это в секрете? Всего пару недель…

Август прислонился спиной к белой эмалированную раковине и приподнял одну бровь.

— Зачем?

— Затем…

— Затем что?

Ох. И почему он не мог просто смириться с этим?

— Потому что я боюсь задеть чувства Лиама.

— Он не боялся задеть твои чувства.

— Я сама застала его с другой. Он не хвалился передо мной тем, что у него был секс.

— Я говорил не о сексе. Я говорил о том, что произошло "У Трейси”, — в его глубоком голосе послышались резкие нотки. — Несс, у тебя всё ещё есть чувства к нему?

— Что? — я моргнула. — Нет.

— Ты уверена?

— Конечно, уверена.

Его кадык дёрнулся раз, другой. Затем он вздохнул, оттолкнулся от раковины и сделал шаг ко мне. Он расцепил руки, которые тут же обвил вокруг моей талии.

Я подняла голову.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что я ревную, и дальше, вероятно, станет только хуже. Хотя я не знаю, как это возможно, учитывая тот факт, что я уже сейчас готов свернуть шею любому, кто хотя бы просто посмотрит в твою сторону, — он кивнул головой на дверь. — Включая Коула.

— Тебе не нужно ревновать. Я обещаю. Я просто нервничаю. Что, если твои родители будут в ужасе?

— Мои родители уже любят тебя как дочь.

— Вот именно.

— Что вот именно?

— Им может показаться странным, что мы с тобой… ну, ты понимаешь…

Он улыбнулся, посмотрев на меня сверху вниз.

— Тебя забавляет, что я нервничаю из-за этого?

— Немного. Ты такая милая, когда краснеешь.

— Щенки тоже милые. И я не краснею.

— Краснеешь. Ну, хорошо, ты потрясающе красива, и я самый счастливый ублюдок во всём мире.

Я закатила глаза.

— Не надо преувеличивать.

— Я констатировал суровый факт, Несс. Ты самая красивая девушка, а я самый счастливый парень.

Он наклонился и украдкой поцеловал меня.

— Но я не думаю, что мы сможем скрывать всё это в течение нескольких недель. Может быть, несколько дней.

Я кивнула.

— Несколько дней — это хорошо.

Он снова поцеловал меня, заставив мои губы раскрыться и углубив поцелуй, пока плитка под моими ногами не исчезла. И она действительно исчезла, потому что он поднял меня и прижал к тёплой стене. Я обхватила его ногами за талию, чтобы не упасть, и так увлеклась нашим поцелуем, что мой мозг в блаженстве отключился.

Но тут зазвонил телефон, а за дверью раздался голос Коула, и я с глухим стуком вернулась в настоящее. Август осторожно опустил меня на пол, твёрдая выпуклость, натянувшая его полотенце, скользнула по внутренней стороне моих бёдер. Моя голова закружилась от желания, поэтому я прислонилась спиной к стене, чтобы успокоить своё учащенное сердцебиение.

Август обхватил мою голову ладонями и вдохнул воздух, который я выдохнула.

— Возможно, мне придётся принять ещё один душ, — его хриплый голос только усилил моё оцепенение, вызванное желанием.

Раздался стук в дверь.

— Ребята, извините, что прерываю, но тут кое-что произошло, так что, если вы двое не возражаете сделать небольшой перерыв…

Я открыла дверь так быстро, что Коул чуть не упал внутрь ванной комнаты.

— Что произошло?

— Джулиан только что бросил вызов Кассандре Морган.

Я нахмурилась.

— В каком смысле бросил ей вызов?

— Кто быстрее пробежит в мешке из-под картошки, — сказал Коул, и в то же время Август прошептал:

— Не может быть…

— Ещё как может, — Коул покрутил телефон между пальцами. — И я пошутил насчёт мешков.

— Он бросил ей вызов, чтобы стать Альфой ручейных? — выпалила я. — Что она сказала?

Он глубоко вздохнул.

— Когда Альфа бросает вызов другому Альфе, Несс, есть два варианта. Второй Альфа либо оставляет свою территорию и убирается, либо соглашается на дуэль и надеется, что претендент встанет не с той ноги.