Ведьма без имени - Ким Харрисон

— Пошли прочь! — раздался голос Айви, и я повернулась. — Вон с моего пути!

Человек на сцене указывал, расстояние делало его храбрым.

— Остановите их! Она — демон! Она взяла их души! Если вы будете действовать вместе, она не сможет остановить вас!

— Черт, я не могу, — пробормотала мама, и, услышав ее, люди подались назад, чтобы проложить путь.

Айви, наконец, прорвалась и вскинула голову на резкий звук клаксона, который внезапно прозвучал.

— Сукин сын, — пробормотала мама, уставившись в небо. — Они собираются запечатать круг. Беги!

Я понятия не имела, о чем она говорила, но после того, как увидела, как она отбросила от меня толпу линчевателей, я не собиралась расспрашивать ее.

— Вперед! — прокричала, хватая Айви за руку и убегая от людей, окружающих нас.

Они кричали, отстраняясь в панике, когда мы бежали через них, прокладывая себе дорогу. Меня били локти и запах страха. Моя хватка на Айви никогда не колебалась, когда я следовала за мамой и пыльцой Дженкса. Адреналин был холодным огнем, когда я чувствовала уколы от поднимающейся области. Она была как раз передо мной, и я сделала выпад, таща Айви ко мне, когда нырнула под повышающееся мерцание.

— Нет! — прокричала я, когда оно облизало меня, сердце замерло, когда оно решало на какой стороне меня сформироваться, а затем была только я, тащащая Айви. Мы вместе упали на землю, и она встала на ноги с нереальным изяществом.

Потрясенно, я сидела на тротуаре и смотрела на фиолетово-зеленую мерцающую область позади меня. Она была настолько толстой, что я не могла видеть через нее. Я ободрала ладонь и потерла ее, когда пыталась решить, что больно, а что нет. Я не знала, что они так могли закрыть площадь.

Мое побуждение подняться исчезло от новой боли в моем плече. Шипя, я перенесла вес со своей руки, затем взвизгнула, когда какой-то парень, пахнущий вампиром, поднял меня.

— Эй! Отпусти, — прокричала я, затем стала искать маму, как раз когда мужчина сильнее сжал свою руку.

— Это область сдерживания, — сказала она, улыбнувшись, когда чиновник О.В. вывернул ее руки позади нее и надел на нее наручники. — Мы с Дональдом застряли в ней однажды во время протеста, и они позволили нам сидеть там, в течение пяти часов прежде, чем отпустить. — Она посмотрела на мужчину, пытающегося тащить ее прочь. — Эй! У меня есть право на звонок!

Дженкс усмехнулся, бросаясь назад и вперед, чтобы избежать человека с сетью.

— Твоя мама могла написать книгу, Рейч.

Они арестовывали нас?

— Чувак, я на вашей стороне! — воскликнула я, затем ахнула, когда парень, который поднял меня с тротуара, пихнул в автомобиль и вывернул мои руки назад. — Ой! Осторожнее с плечом!

— Нина все еще там! — прокричала Айви, и я услышала знакомые удары и фырканье, которые происходили, когда вы говорили Айви нет. Мужчина отпустил меня, и я развернулась со связанными запястьями, когда прислонилась к автомобилю, чтобы посмотреть. Я отчасти работала на ФБВ. Мы разобрались бы в этом, как только нашли бы Эддена.

— Оооо, это будет болеть неделю, — восхищенно сказал Дженкс, когда завис около меня, и я вздрогнула.

— Дженкс, пойди, найди Эддена, а?

— Понял! — сказал он бодро и унесся.

Айви пятилась к мерцающему барьеру, удерживая всех на расстоянии восьми футов. Они знали, кем она была, и я думала, что им было глупо настаивать. Она была великолепна со струящимися волосами и темными глазами, движения были чистыми и острыми, когда она отбросила еще двух агентов, которые посмели сунуться к ней.

Офицеры О.В. в специальных жилетах входили и выходили из барьера, будто он не существовал. Я даже не знала, что у них были подобные вещи. Айви повернулась, когда раздался голос Нины, которую тащили, помогая ей преодолеть барьер, в смирительной рубашке, когда они привязывали ее к фургону О.В… Фанатик был прямо позади нее, и я надеялась, что они поместят их в разные транспортные средства. Почему Эдден так долго? Эти наручники слишком жесткие.

— Нина! — позвала Айви, а затем я ахнула, когда человек в жилете проник через барьер прямо позади Айви и схватил ее.

Айви дико боролась, и моя мама медленно передвинулась, чтобы встать около меня, восхищенно распахнув глаза, когда моя соседка по комнате шевелился, извивалась, и, наконец, уступила силе боевых искусств, которая сломала бы ее запястье, если бы она продолжила бороться, свободной рукой она ударила по бедру, демонстрируя подчинение.

— Хорошая девочка, Тамвуд, — перекошено произнес вампир, который победил ее. — Дайте наручники! — прокричал он громче.

— Эй! — разозлено воскликнула я. Он был тем же парнем, который схватил меня, явно довольный собой, поскольку Айви держали его приятели. — Я — Рейчел Морган, а это — Айви Тамвуд. Что ты делаешь? Мы здесь, чтобы помочь!

Улыбка вампира охладила меня, но его очарование не имело успеха, когда я подняла подбородок и смутила его.

— Рейчел Морган, — растягивал он слова, когда снял свой полевой ремень безопасности и вручил его подчиненному. — Сопротивляешься аресту? Тебя надолго запрут.

— Я ничего не сделала! — негодуя, произнесла я. — Я не сопротивлялась аресту. Если бы я сопротивлялась, то не была бы арестована! Где капитан Эдден? — Но когда вампир продолжил улыбаться мне, я начала сомневаться. Я не сделала ничего плохого, кроме того, что придумала, почему я была здесь, но как только вы попадали в заключение у О.В., они могли заставить вас сидеть в комнате больше дня, прежде чем они должны были обвинить или освободить вас.

И вот я стояла, без магии, потому что играла по правилам. Я почти могла услышать Ала, смеющегося надо мной, говорящего мне, что я имела право быть запертой, если я ожидала, что демон получит справедливую встряску.

— Кормель хочет поговорить с тобой, — прошептал вампир.

— Отойди назад, клыкастик, — сказала я, и его противная улыбка колебалась, потому что он не испугал меня. Действительность, тем не менее, немного отличалась. Кормель? Отлично. Он не признает, что это было безумием. Я не могла помочь ему, а даже если бы могла, то не стала.

— Ты совершаешь ошибку, — сказала я мягко, Айви угрюмо и сердито посмотрела на меня, когда ее понимали с тротуара.

Вампир оглянулся назад на нее. Мне не нравилось то, как его губы сложились в удовлетворении.

— Кормель хочет, чтобы ты исправила все. Дай ему его душу.

— И потом меня обвинят, когда он совершит самоубийство? — проворчала я. Сторона барьера начала уменьшаться, хотя, вероятно, пройдет, по крайней мере, час до того, как они возобновят движение.

— Сюда, — сказал вампир, пихнув меня. Мама стояла позади меня, Айви — впереди. Фургон О.В. стоял перед нами, и я не собиралась залезать в него. Как только вы входили в башню О.В., закон, казалось, больше не имел значения. И они боятся демонов? спросила я себя, сердце колотилось. Что знали они, чего не знала я?

— Он хочет свою душу, — сказал вампир, сжав мое плечо, когда он толкнул меня вперед. — Ты или получаешь ее для него, или Айви умирает.

Мой пульс мчался. Я посмотрела на Айви, затем на фургон. Я напряглась, чтобы сделать что-то, поворачиваясь, когда голос Эддена отозвался эхом:

— Стоп, стоп, стоп, что ты делаешь, Юрик? Это мои люди!

Мои колени почти ударились о дорогу, и вампир, Юрик очевидно, остановился, скребя руками, чтобы поймать меня, поскольку внезапно весь мой вес накрыл его.

— Эдден, — выдохнула я. — Слава Богу.

Юрик тащил меня, отходя назад, и вся наша группа остановилась в паре простых шагов от фургона О.В..

— С каких это пор? — сказал он смело, и я дернулась, когда он сжал браслет на моем запястье, чтобы заставить его причинить мне боль. — Она не может работать на вас. Она — Внутриземелец.

Эдден прокладывал себе путь вперед, шесть неудобных, но крупных офицеров тащились позади него.

— Она — демон, — сказал Эдден, указывая. — Нет никаких строгих законов о труде для демонов. Она моя. Отпусти ее.

Запах сердитого вампира поднялся, и мужчина, держащий Айви, проворчал, когда она ткнула его локтем.

— Она сопротивлялась аресту, — пробормотал Юрик.

— Я этого не делала! — Я обмякла у него в руках, чтобы не дать ему тащить меня, затем встала, когда он попытался поднять меня, чтобы нести. — Эдден, я ни движения не сделала, чтобы сопротивляться аресту, или меня бы здесь не было, и ты знаешь это! Это похищение. Кормель хочет меня, и если я войду, то не выйду. — Я дергалась, когда Эдден жевал свою губу, шевеля усами. — Эдден!

Он сузил глаза, потянулся ко мне, и Юрик удержал меня.

— Займитесь оформлением документов, — сказал Юрик на суженные глаза Эддена. Дженкс висел, неуверенный и неудобный.

— Ударь меня, — сказал Эдден, и Юрик сжал меня.

— Э, прошу прощения, — запнулась я, затем воскликнула, — Ой! — когда Юрик дернул меня на шаг назад.