Фая, или До тех пор, пока Вы хотите (СИ) - Ирен Эшли

но он вернулся, когда Корнеля схватили, и сразу сел на трон правителя Аритаана. История та ещё… Рассел может принять по-своему.

Колдун недолго рассматривал приятеля, после положил руку ему на плечо и произнес:

— Я благодарен тебе. — Помолчал, потом объяснил: — уверен, в Аритаане полно магов, которые бы хотели занять мое место и в тайне желали сесть на трон. Но глупцы сразу отказались от своих желаний, когда ты, Эрлеа, решил взять обязанности тиарнака на себя. Наверное, преданнее тебя друга у меня нет. Ты сильный и талантливый маг, единственный, кто больше всего был ко мне приближён.

— Я бы никогда не смел назвать себя тиарнаком, — вдруг встал и поклонился в пояс, — я бы ждал вас. Пусть на это бы ушла вся моя жизнь.

«Вот это преданность», — поразилась иномирянка.

— Спасибо, — Рассел склонил голову, отчего Эрлеа мигом покраснел. — Фаина права: давать второй шанс всё же иногда надо, — улыбнулся, оборачиваясь к возлюбленной, чем и её заставил смутиться.

— Дальше, — Рассел прокашлялся. — Как обстоят дела с Аритааном?

Эрлеа вернулся на место и деловито обо всём поведал. Фаина тоже внимательно слушала. Если коротко — всё не очень хорошо. Наатир странным образом лидирует, одержал множество побед в последних битвах. Эрлеа признался об их нападение на травников. Фая закусила больно губу, когда вспомнила траур в академии по этому поводу. Рассел тоже нехорошо отнесся, посчитал это слабостью аритаанийцев, мол надо сперва бороться с сильными, слабые сами за ними падут.  Эрлеа согласился, но что сделано — то сделано, обсуждать не имеет смысла, но тот момент ему показалось атака на травников лучшей идеей, чтобы одержать победу. К слову, аритаанийцы победили.

Выслушав, Рассел помрачнел.

— Н-да, стратег ты так себе, — резюмировал Корнель.

Фая хихикнула.

— Я старался! — по-детски защитился Эрлеа.

— А с тобой что? — обратился к человеческой девушке, пропустив мимо ушей восклицания приятеля.

— Ну… — опустила голову.

— С ней вообще беда, — подхватил колдун, оперившись подбородком на руку.

— Фаина сама расскажет, — по буквах процедил Рассел, давая понять магу, чтобы тот помолчал. Намек был понят.

Девушка вздохнула. Помолчала немного, а потом, не поднимая глаз на тиарнака, поведала ему историю своей жизни с момента, когда его схватили. Про допросы, про печать, которая сошла вместе с его «казнью», про саму казнь и про то, как Аарен сразу начал приставать к ней со своей любовью, поведала о нелёгкой жизни в академии после случившегося, про планы о том, как думала выживать, если не сможет его вернуть, затем коснулась темы с травниками и рассказала, как оказалась в Аритаане, где уже Эрлеа отправил её на поиски прямиком на земли самилидионов. Потом опять помолчала и уже горько поведала историю, которая приключилась с ней на Святых землях.

— …и так меня нарекли Самили, — завершила монолог Фаина и тяжело вздохнула.

— Самили? — Рассел почти засмеялся, но сумел перевести смешок в кашель. — Серьёзно? — обратился к Эрлеа.

— Они похожи точь-в-точь!

— Самили ─ героиня из детских сказок, — заметил тиарнак.

— Изначально это была легенда! — поправил тот, защищая своё мнение.

— Очень старая легенда, — протянул насмешливо. — И очень красивая легенда, наилюбимейшая у детей.

— Не верите, господин? — обиделся Эрлеа. — А как же пророчество?! Если проследить за историей попадания Фаины в Наатир, то можно заметить сходства и то, что древнее пророчество сбывается!

— Никто даже не в курсе, откуда это пророчество появилось. Обычный домысел и запугивание магов тех времен.

— Я так-то тоже в магию не верила. — Фаина решила поддержать Эрлеа. — Но это не значит, что её не существует, — как бы сделала намек, что существовать может что-угодно и кто-угодно: даже Самили.

— Тебе нравится считать, что она — это ты? — ехидно улыбнулся Рассел.

— Мне вообще всё равно, — хмыкнула Фая и сложила руки на груди.

— Хорошо, — Эрлеа сделал вид, что согласился. — Допустим, но, тогда как объяснить: первое… — выставил палец.

— Есть реальные вещи, о которых мне стоит думать, о сказках говорите сами, — отрезал Рассел.

Колдун цокнул.

— Фая, — тиарнак взял девушку за руку, — я безумно соскучился за тобой, — произнес несколько двусмысленно и коварная улыбочка тому подтверждение. Следом пригласил в свою спальню, но очень тихо, дабы Эрлеа не услышал. Фаина поняла намек и под предлогом, что ей пора, вышла.

Подмастерье тиарнака был занят бурчанием недовольств себе под нос, оттого и не заметил, как иномирянка давно ушла, зато с ужасом ощутил весь гнев господина, когда тот, дождавшись, когда Фая выйдет, схватил за ворот. От внезапности Эрлеа чуть ли не вскрикнул, уставившись на тиарнака испуганными глазёнками.

— Ты бы Самили еще перечень её задач красочно оформил на листе и подарил, — сквозь зубы с обвинениями прорычал Рассел.

— Самили? — На секунду задумался, потом понял и обрадовался. — Так вы верите мне, господин?! Это ведь она?

— Она, — отпустил колдуна, а сам откинулся на спинку стула, потирая переносицу. — Если самилидионы приняли, то точно она. Своего духа перепутать они не смогли бы.

— Я же говорил, — выровнялся горделиво.

— Дурак! — опять накричал и тот мигом сник. — Наше счастье, что Самили вернулась с абсолютной амнезией и не решила восстановить баланс магии! Так бы давно и ты, и я решились своих сил. Молчи и всем передай молчать о легенде про Самили, пусть Фая никогда не вспомнит свою былую жизнь. Пусть считает это глупостью, обычной сказкой, небылицей и просто удачей, что у неё появилась магическая сила, ясно?

Озвучил это Рассел довольно строго, потому в ответ Эрлеа побоялся что-либо сказать, лишь покивал пару раз.

Отпив из бокала бардовый напиток, тиарнак самоуверенно объявил:

— Что ж… пойду узнаю какая в постели… Самили. — В глазах правителя засверкали бесята.

«И он видит во мне только Самили», — удрученно за дверьми подумала Фаина.

— Ах, — простонала девушка, когда её поймали.

В открытом проеме двери с ужасом замер Рассел. Он понял: Фая всё слышала. Девушка еще недолго глядела на возлюбленного, затем заплакала и кинулась прочь.

Сердце тиарнака сначала пропустило пару ударов, после забилось в три раза быстрее. Чуть поодаль от него стоял Эрлеа и удивленно говорил:

— Господин, а вы не