Фая, или До тех пор, пока Вы хотите (СИ) - Ирен Эшли

хватило, и Фаина, наклонив голову, жадно втянула ртом воздух.

— Да как же так? — раздалось разъярённое над макушкой, а после громкий приказ: — схватить тварь!

«Самилидион!», — опомнилась девушка, совсем позабывшая о клыкастом друге.

Тело ещё плохо принимало магию, ноги подкашивались после долгого путешествия по высоким снежным сугробам, голова болела от отсутствия сна, поэтому огромных усилий стоило даже выкрикнуть нападающим аритаанийцам:

— Не троньте!

Фаину качнуло, она пыталась удержаться на ногах, но не сумела и с грохотом упала на каменный пол. Магия почти не поддавалась контролю — по направлению тому, как лежала девушка, выросла ледяная стена с множеством зубцов. Стена и остановила тёмных магов, те ошеломленно замерли. У всех перед глазами застыл один вопрос: это сделала иномирянка?

Ответа сейчас не получат — Фая потеряла сознание.

22.1

«Кажется просыпается!», «Просыпается?», «Да, глаза открывает!», — глухо доносилось из вне. Знакомые голоса. Алва и Лилола — точно. Фаина поморщилась и еще раз попыталась разлепить очи. Получилось. Девушка первой увидела Алву. Служанка улыбнулась самой яркой из возможных улыбок, расцвела, как самый прекрасный цветок, и протянула, чуть не плача:

— Вы очнули-и-ись!

— Фая? — свет закрыл силуэт подруги. — Как чувствуешь себя?

Девушка не спешила отвечать, вместо этого попыталась сесть. Лола с Алвой помогли ей.

Кроме желания поспать ещё немного — ощущений не было. Тело восстановилось полностью и иномирянка ответила с удивлением для себя же:

— В-вроде нормально… — надавила на виски. Голова тоже ясная.

— Ах! — С легких Фаи вышел вздох, когда подруга крепко-крепко обняла, прижимаясь своей щекой к её. — Как я рада!

Алва стояла рядом, улыбалась, хотела обнять молодую госпожу тоже, но статус не позволял. Фаина позволила бы ей, конечно, просто не заметила, до сих пор копаясь в памяти и море новых ощущений, подаривших ей магией.  Она в Аритаане, но связь со Святыми землями Самилидионов не утеряла и сейчас — каждую снежинку чувствовала. Что с ней произошло и почему? Иномирянка никак не могла понять. Метнула взгляд чуть дальше — у кресла мирно спал и сопел ледяной монстр, напоминавший сейчас котёнка. «Не убили…», — выдохнула облегченно Фая, после ненароком мысленно договорила: «и он никого не убил — тоже хорошо».

— Ой! — опомнилась Алва и округлила глаза. — Надо господина Эрлеа предупредить, что вы очнулись, — изрекла и выбежала в коридор.

В это время Лола схватила подругу за руку и тихо спросила:

— Ты поддерживаешь Аритаан?

В голосе не было осуждения, злобы, обиды — обычное любопытство. Лилолу давно мучил этот вопрос, но задать который никак не получалось.

— Да, — процедила Фая.

Травница медленно опустила руку подруги, судорожно кивая.

— Прости. — Почему-то извинение здесь показалось иномирянке уместным. Это было извинение за всё сразу: за обман, за предательство, даже за то, что Лилола оказалась здесь. Да, Фая ощущала вину и за это.

— Ты провела не только меня, но и весь Наатир, — проговорила с удрученной улыбкой Лола.

— Я поговорю с Эрлеа. Тебя вернут домой.

Вместо радости, травница виновато закусила губу, пряча глаза. Игнорируя обещание подруги, с болью в голосе спросила, как совета:

— Как ты справилась с чувством предательства?! — приложила кулачок к груди.

— Ты о чем? — серьёзно уточнила Фая.

Ресницы наатирийки дрогнули и с них покатилась слеза, потом девушка призналась:

— Я влюбилась… в Эрлеа, — следом закрыла лицо руками.

— Боги! — Поразилась иномирянка, прижав Лолу к себе. Поглаживая по голове, спрашивала: — а он знает об этом? — Травница отрицательно качнула головой. — Пожалуйста, не спеши с выбором. Не принимай решения, опираясь лишь на чувства. Вдруг твоя любовь окажется не взаимна? Да Аритаан возненавидишь тогда! Если хочешь поддерживать взгляды Аритаана, то идти твоё желания должно от сердца. В моем случае, да, — Рассел сыграл не последнюю роль, но... — Фая посмотрела в узкое окно, — даже когда он исчез, я не переставала душой рваться сюда. Это мой дом.

Лола выровнялась, утирая слезы.

— Обдумай всё хорошенько, — добавила иномирянка, а подруга уверенно кивнула. — И не плачь больше.

— Ты права, — шепнула.

— Кстати, — Фаина сузила глаза: — пока меня не было, тебя никто не обижал?

— Нет. Относились как к принцессе, — улыбнулась, пожимая плечами.

— Вот и славно, — подмигнула.

Двери громко раскрылись, чуть ли не сошли с петель — так сильно ударились об стену. В проеме застыл Эрлеа с глазами полными ужаса. При виде него Лилола похлопала себя по щекам, делая невозмутимый вид, а после поднялась и отошла в сторону к Алве, пропуская исполняющего обязанности тиарнака к Фаине. Проснулся самилидион, зарычал. Эрлеа смешно вскрикнул, приподняв одну ногу и пискляво заверещал:

— Фу! Не подходи!

Монстр рычать не прекращал, оттого тёмный маг вымаливал помощь у «хозяйки»:

— Скажи ему!

— С Эрлеа они так и не поладили, — хихикала позади Лола.

Когда маг обернулся — травница смущенно опустила голову, вытянув губы дудочкой.

— Тише, малыш, — по-доброму к ледяному существу обратилась Фая и тот сразу усмирил свой пыл.

— Малыш? — ахнул Эрлеа. — Этого двухметрового, клыкастого, когтистого монстра изо льда с крыльями ты назвала, прости, как? Малыш?!

Рык. Писклявый вскрик.

Фаина расхохоталась:

— Именно так.

— Надо поговорить, — объявил серьезно парень, — без свидетелей. — То, как злобно покосился он на самилидиона, «свидетелем» точно имел только его.

— Хорошо, — согласилась без проблем.

— Только это… — опять покосился, — иди поешь, силы тебе нужны. — Когда Фая попыталась встать, заорал: — не сейчас! Первым выйду из комнаты я, а потом ты! — до мурашек боялся остаться наедине с самилидионом. Остальные, как предположила Фаина, с ледяным «товарищем» поладили.

Неловкая тишина нависла в кабинете тиарнака. За столом сидел Эрлеа, Фаина напротив. Маг вздыхал, просверливая взглядом девушку, и отбивал пальцами ритм по поверхности стола. Смотрел на неё и о чем-то думал. Молчал.

Первой задала вопрос Фая, самый её волнующий:

— Где Рассел? Что с ним?

— С тиарнаком всё хорошо, — ответил Эрлеа так, словно данная тема даже не стоит особого внимания, его больше интересовала история со Святыми землями.

— Он очнулся? — Ей безумно хотелось его увидеть.

— Мы провели ритуал, — скучно процедил колдун. — Господин очнется через дня три.

Вообще никаких эмоций