Паяцы - Максим Бодров

Рука сама собой открывает список контактов. Мария/Морена, что ты хотела обсудить?

Отвечает девушка на звонок сразу, будто дежурила у телефона, ожидая. Впрочем, то штамп из прошлого. Из прошлого, когда деревья были большими, а телефоны стационарными. И тоже большими, со шнуром провода из корпуса. Сейчас средство коммуникации почти всегда при абоненте, в кармане.

После краткого обмена приветствиями договариваемся о встрече. В кафе ' На взгорке'. Не слышал никогда о таком. Поэтому лезу в карту города, определяю географические координаты. Ага, на западной окраине, далеко. Но и встреча не скоро, через четыре часа. Заодно проверяю отзывы. Ха! Да это профильное заведение. Геймерское, можно сказать. На миг мелькает мысль, что дядька в летах будет смотреться там не уместно. Но я тут же отметаю ее, как пережиток прошлого. Раньше, раньше, дорогой Ахав, смотрелось бы неуместно! Нынче Паяцы, как в свое время на Диком Западе некий господин Кольт, уравняли всех. Или Игре все возрасты покорны.

Звонок застает меня врасплох, пока ладонь еще сжимает мобильник. Номер не определен. Странно.

— Добрый день. Владислав Егорович?

— Он самый. Здравствуйте.

— Иван Алексеевич беспокоит вас.

'Кто? Я перебираю в уме знакомые имена, тщась отыскать нужное. Но без успеха".

— Помните наше интервью после вашей… командировки?– приходит на помощь абонент без номера.

Аааа… Вот это кто. Мастер чайной церемонии в погонах. Ну, не такой уж и мастер. И мундира на нем не наблюдалось тогда. Но мой внутренний цензор (по совместительству мажордом) окрестили представителя структур госбезопасности именно так. С грифом «исключительно для внутреннего пользования» разумеется.

— Извините, не сразу вспомнил,– дипломатично оправдываюсь я.

— Ничего-ничего. Это нормально,– убаюкивающе мягким голосом баюкает мою проснувшуюся тревожность собеседник. И берет паузу. Видимо, сейчас я должен как-то проявить себя. И я проявляю. Как обычно, наиболее прямодушным и наименее оптимальным способом.

— Чем обязан?

«И где твои манеры, Егорыч? Тому ли тебя мама в детстве учила?» — неожиданно вклинилось в диалог альтер эго.

«Что-то не припомню отеческих инструкций об особенностях общения с офицерами госбезопасности»,– обрубил педагогические поползновения теневого неудачника истинный я.

— Да бог с вами…– голос звучал по-прежнему обманчиво безобидно,– ничего вы не должны. Ни мне. Ни государству.

«О… а дело то того… Патриотизмом попахивает»,– тут же открыл еще одну грань непрошеный третий собеседник.

— Ну почему же? Я в курсе, что такое «гражданский долг». Но, как бы, считал его выплаченным вполне в ходе прохождения воинской службы.

— Дела давно минувших дней,– не осуждая, а даже мечтательно как-то откликнулся на мой аргумент Иван Алексеевич,– все мы служили понемногу…

«Какая падлюка,– из параноика внутренний голос решил перекинуться в абьюзера,– на святое руку поднял. На Александра Сергеевича Пушкина, на наше все!»

«Заткнулся бы ты!»

Ой! Я чуть не озвучил возмущение вслух. Вот это был бы номер.

— Все же хотелось бы перейти к конкретике,– довольно бестактно разогнал я ностальгический флер интервьюера.

— Извольте!– голос стал чуть суше, но не дрогнул,– У нас к вам интересное, и, я даже не побоюсь этого слова, заманчивое предложение.

«У нас. Мы, самодержец всея Руси… Или имеет в виду „у меня и у твоей, мать твою, вообще-то Родины, паршивец⁉“ Как полагаешь?»

Надо что-то делать с альтер эго. Иначе скоро слова не смогу сказать без докучливых комментариев.

— Весь во внимании.

— Наше… ведомство сейчас проводит ряд простых, но очень перспективных научных экспериментов.

— Экспериментов? Научные изыскания вроде бы не совсем ваш профиль…

«Ну вот зачем ты это ляпнул? Ты когда научишься голову-то включать? Надеюсь до того, как она покатится, словно кочан капусты, по ступеням Лобного места?»

«Отстань!– агрессивно огрызнулся я,– И не казнили никого…на этом самом Лобном. Исторические книжки читать надо, неуч!»

— Времена меняются, Вячеслав Егорович. Мы вынуждены отвечать на их вызовы.

— Кажется, я догадываюсь, относительно чего будут проводиться ваши…

— Вы в правильном направлении думаете,– не дал договорить мне собеседник.– Но давайте не будем засорять эфир досужими предположениями. Вы смогли бы подъехать ко мне, скажем, сегодня?

— Куда?

«Бл…ь, да что же ты творишь-то, дурачок патентованный!»– взвыла неслышная для других сирена.

Я запоздало понял, что попался на некий когнитивно-психологический крючок. Абсолютно такой же используют телефонные аферисты, н оставляя тебе выбора в диалоге. Спросив спонтанно «куда» я уже как бы выразил согласие на предложение безопасника. Еще даже не озвученное толком предложение, на минуточку!

— В санаторий-профилакторий «Сапфировые пруды». Через час сможете?

Я лихорадочно соображал. Пруды эти самые за городской чертой. Прямехонько по курсу следования и кафе «На взгорке».

«Совпадение? Не думаю!»– пискнул было параноик, но я уже прикрывал за ним массивную бункерную дверь.

— У меня назначена встреча в шесть.

— Успеете. Везде успеете. Я ас дольше, чем на двадцать минут не задержу.

«Хотелось бы,– усмехнулся я.– Контора Ивана Алексеевича могла легко оперировать временем. Иной раз почище Паяцев, наверное. И несколько в более раннем историческом периоде, минуты у нее легко превращались в года».

В санаторий я подъехал на такси. Гулять так гулять. У шлагбаума пропускного пункта меня встретили едва ли не подростки. Во всяком случае, очень молодые парни. С отличительными нарукавными повязками. Мне показалось, или в символике просматривается перечеркнутый контур шутовского колпака с развесистыми бубенцами? Бьюсь об заклад, нечто подобное я уже встречал. Только где? Точно, на протестных графити, сплошной лентой изукрасивших забор комбината искусственных волокон! Дежурные созвонились с кем-надо, пропустили на территорию авто, предварительно добросовестно переписав номера в допотопного вида гроссбух. У них что, камер слежения нет? Да вон же, понатыкано везде! На скорую руку, даже я рассмотрел.

«Людей не хватает»,– всплыла в памяти фраза из прошлой беседы с Иваном Алексеевичем. Что ж, это объясняет и юношей-волонтеров на воротах. И кое-как присобаченные к деревьям камеры.

Звонивший встретил меня лично. Без всяких проволочек пригласил в кабинет. Краткая беседа