Театр ужасов - Андрей Вячеславович Иванов

Я глазам не поверил, сделал круг, снизился, гляжу, нет точно – медведь!..

– У вас что, аэроплан свой есть?

– Да, есть.

– Да ладно.

– Не верите? Идемте, покажу! Казик! Казик! Подмени-ка меня, я молодым людям наш аэроплан покажу…

Ну, все, они готовы… Хороший shortcut от диких животных к аэроплану, я оценил смекалку Тобара.

Вернулся Эркки. Мы отсели за столик. Я поинтересовался, что стало с тем парнишкой.

– Отпустили недалеко от города, – мрачно сказал Эркки, – дальше сам доберется. Правда, без штанов, но это фигня.

Мы некоторое время пили: я – чай, он – пиво. В воздухе над нами послышался рокот мотора.

– Вот старый черт, – ухмыльнулся Эркки, – опять кого-то катает.

– Да, я видел, как он двоих молодых развел…

Шпала вышел на связь:

Эркки?! Эркки, отвечай, ты где? Прием.

Эркки ответил, что он в Holy Gorby. Шпала вошел через пару минут, подсел, довольный.

– Лутя вас только что продал, – сказал он. – Прикинь, подбил тут двоих на игру в Лабиринте.

– Я думал, любители перевелись, – сказал Эркки. – И где он их нашел?

– В социальных сетях подловил. Вообще, надо признаться, я недооценил сети. До фига там всяких экстремалов…

– Ага, – посерьезнел Эркки, – я видел, да, он много сидит ВКонтакте, чатит. Знаешь, он влезает и в такие группы, где насилие приветствуется, бьют бомжей битами и видео выкладывают. Что-то мне это не нравится. Меня как-то не прикалывает с садистами встречаться. Надо отслеживать, кто к нам приезжает…

– А как ты отследишь?

– Ну, я хотел бы знать, например, откуда взялся парнишка, который выстрелил в лицо Кустарю. Откуда он мог прознать о нашем месте?

– Да мы рекламы везде разбрасываем… Они везде, по всему городу… А в сети – все знают о нас в сетях, во всех, видео повсюду…

– Ну хотя бы спросить, откуда узнали, какая реклама и где… Обычный тест перед игрой, личных данных чуть побольше собрать, чтобы понимали, что их найдут…

– Эркки, у нас не так много клиентов, чтобы их отпугивать. А найти я кого угодно из-под земли достану. Вон, этого пацана нашли? Нашли. Достали? Обоссался как достали… Больше не будет с хардболом гулять, не у нас, это точно…

– Ладно. Я просто тебе говорю, чтоб ты знал: можно совсем без людей остаться. Когда они приедут? У меня сейчас работать некому…

– К двум часам ночи. Они еще в пути. К двум соберетесь?..

– Откуда они едут?

– Да хер его знает. Сказали, едут. Все фоткать хотят, и Театр тоже. Я Кустарю скажу, чтобы открывал. Ну что, пойдете?

– Губа в стельку, хохлы слишком высокие, – задумался Эркки, посмотрел на меня: – Ты как? Пойдешь?

Я не хотел, но…

– А ты?..

– Само собой, я пойду, – сказал Эркки.

– Ну и я с тобой.

Шпала достал телефон, прищурился, состарился, неловко ткнул пальцем в экран.

– Провозимся пару часов, – шептал Эркки, – сто двадцать евро.

– Вряд ли. Прикончат нас, и делу конец.

– Это от вас зависит, – сказал Шпала, слушая гудки, – заиграйте их. Заведутся, войдут в азарт, два-три-четыре захода. Нужен третий, две мишени маловато. Алё, добрый вечер… Это из Зомбипарка звонят… Вы спрашивали про игру в Лабиринте?.. Ага… Да… Так вот, могу вас обрадовать: игра состоится. Да, прямо сегодня ночью можете подъезжать. Да, по оговоренной цене… Ага… Хорошо… Ждем… Ну вот, – сказал он нам, – ищите третьего. Да хоть хохлов берите…

– Нет, нет, они слишком рослые. А там низкие трубы…

– Ну, тебе видней. Ладно, я пошел прилягу, а вы кумекайте.

Посовещавшись, решили спросить Коротышку. Он согласился.

– Все равно делать нечего, а нечего делать, нету и денег.

Эркки нас отправил отсыпаться, сам ушел к Кустарю. Я надел наушник, чтобы не слышать, как Коротышка посмеивается. Он смотрел какой-то сериальчик с планшетки и трясся.

– Ну все, вставай!..

Эркки щелкнул тумблером, включилось освещение.

– Подъем! Лабиринт ждет.

И Коротышку будит.

– Ну, встаем, встаем!

Я с «циклопом» на шапке вперед, Коротышка за мной, Эркки замыкает. Лестница длинная, крутая. Сыро. Тьма неуступчиво выпускала ступени.

Медленный спуск. Коротышка на меня пару раз навалился. Эркки подбадривал: веселей, но осторожней – себя поберегите…

Вот и дно. Эркки открыл скрипучий щиток, включил освещение. Кое-где слабо мерцало, слышались мрачные стоны, вздохи, скрип – задвигались куклы…

– Нет, – сказал я, – опять не так. Света не хватает.

– Ну что поделать, – сказал Эркки, – саунд есть, и то хорошо.

Заскрипело шуршание патефонной иглы, заскрежетал металл, дернулись жалюзи…

– Не люблю я эти приколы, – скис Коротышка.

– Ладно, потерпи.

Коротышка меня раздражал. Он ерзал, ходил по воде, хрустел плечевыми суставами, как перед схваткой.

– Скорей бы уж… Ну, когда они там?..

Успели покурить – одну на троих. Хлебнули водки. Рация не отзывалась. Гостей должны были впустить с другого хода. Еще хлебнули. Вдруг Шпала дал зеленый свет.

Казематы?

Прием.

Поехали, Казематы.

– Так, – прошептал Эркки, – задраиваемся, – и первым натянул маску, пошлепал себя по резиновым щекам, потянул маску и туда и сюда, оттопырил глазницы, – ну, готовы? Коротышка – направо. Твой левый фланг, – сказал он мне и шлепнул по плечу. – Я – по центру. Двигаемся по часовой. Ну, поехали, поводим их за нос. Удачи, мужики.

Начали.

Иду по коридору, по щиколотку в воде. Я здесь только что утром был, и все вроде бы должно быть знакомо, но лампочка, чертова лампочка… Когда она моргает, кажется, будто все переставлено. Черт! Опять труба… Качнуло в сторону… Ох, еще и плечом. Лиха беда начало…

Дошел до середины тоннеля. Зашел в нишу, сел на инквизиторский стул. Совсем тихо и спокойно. Как он тут сидел? В полном мраке. Всю ночь! Я присел и почувствовал спокойствие. За этими куклами инквизиторов в масках я хорошо спрятан. Пока тихо… вытянул ногу… Долго нет никого. Ни звука. Заблудились?.. Бывает, гости теряются. Хотя тут все просто. Сто шагов вперед, пятьдесят налево и столько же направо. А для них… Я поднялся. Надо пройтись… Для них все не так… да еще ночью… даже нам, бывалым, стремновато… в таких customer unfriendly conditions, так сказать… за этим-то и едут… за трэшем… надо работать, надо шагать…

Так, так. Что это было?

Тихо!

Кто-то есть… Только где он?

Замер. Всматриваюсь. Плохие стекла в маске. Дальше десяти шагов не вижу, да еще мерцание… все танцует…

Постою. Я тоже – один из этих деревяшек. Подойдет поближе – двинусь резко навстречу, напугаю. Наделает в штаны со страху.

Меня взбудоражила эта мысль: подловить, ага, пусть вздрогнет!

Так… Стою…

Человек идет. Не вижу, но слышу. По коридору. Точно. Идет. Идет на меня. Осторожно. Неужели раньше меня заметил? Подловил. Охотник… Да. Все, нет смысла. Момент упущен. Что ж, будем идти как шли… Немного в сторону… ближе к стенке… Чтоб падать удобней… Ага, вот и он… Маленького роста… Поднимает ствол…

А ружье-то какое длинное… Берет меня на мушку… Ну все, я попался… Сейчас падать… Нет, хочет подойти ближе… Какой не уверенный в себе… и изящный… прямо пантомиму разыгрывает…

Да это она!.. девка!.. в облегающем спортивном костюме…

Так, крадется… хищница…

Какая…

Классная…

Ой, фигурка…

Ну, все. Пора… рычать…

Ррррр!!!

Да, мертвяк тебя заметил, пташка.

Уах, угррррр, ухххх…

Двинулись на сход. Смотри у меня. На