Гирум - Глеб Вышневецкий

По этой же шкале оцениваются и количества энергии, затраченные или произведенные в тех или иных процессах. Повторюсь, что по ней можем определить лишь порядок энергии, но никак не точные значения. К сожалению, до этого мы пока не добрались. Но и это совсем даже неплохо.

— Замечательно, — с кислой миной сказал Лапин, — теперь объясните, неужели все… эээ… "объекты исследования" "Метронома" настолько опасны, что их нельзя выводить на открытый воздух? Скажите, в каких еще областях вы проводите исследования?

— Оружие, защита, системы охраны, наблюдения и обнаружения, маскировка и мимикрия, универсальные лекарства, средства полевой и госпитальной хирургии, рекреационные препараты, различные сыворотки, в общем, аналоги всех имеющихся образцов армейской продукции и продукции специального назначения, — четко отрапортовал полковник Золеев.

— И есть рабочие образцы? — спросил Лапин, и, получив утвердительный ответ, который, судя по скупой улыбке, его явно обрадовал, продолжил:

— Ну, что же, раз есть что показать, то покажем, не ударим в грязь лицом, верно, профессор? А вот скажите мне, дорогой Владислав Григорьевич, насколько мне помнится, в некоторых отчетах говорится о перспективах создания суперсолдатов специального назначения. Что с ними, они так и остались лишь в перспективах, или что-то уже есть? — со сталью закончил он.

Улыбка на его лице стерлась, будто полярное солнышко, на секунду выглянувшее из-за облаков и тут же скрывшееся обратно. Полковник и майор переглянулись и дружно посмотрели на профессора, заранее открещиваясь ото всех возможных криков и обвинений. Перстов смутился и пробормотал:

— Работы, конечно, ведутся, но говорить о каких-то результатах пока рановато…

— Бросьте, — резко перебил его генерал, мгновенно уловивший весь этот обмен взглядами, — докладывайте, что вы там намудрили, аж не хотите делиться?

— Эээ, видите ли, работы ведутся в нескольких направлениях, и наиболее перспективными являются два из них. Первый основан на принципе тесной связи энергоинформационной и физической оболочек человека, и изменения одного отражается на втором. Второй основан на манипуляциях с существующим генным материалом человека и иных живых существ. Благодаря привлечению операторов М-поля, а точнее оператора номер пять, который специализируется как раз на этом, все изменения находятся под строгим контролем…

— Гхм, понятно, почему вы предпочли не акцентировать на этом внимания, — задумчиво протянул Лапин, неожиданно для всех оставаясь странно спокойным. — Мутации. Что же, ваши опасения мне вполне понятны. Более того, они абсолютно оправданны. Товарищ полковник, позаботьтесь о немедленном уничтожении всех материалов по исследованиям в этой области — ледяным голосом приказал генерал.

— Есть, — коротко ответил Золеев, внутренне порадовавшись, что Лапин, кажется, только этим и ограничится.

— Товарищ майор, позаботьтесь об отсутствии любых накладок и неполадок в демонстрируемых образцах. Полагаю, двух недель вам хватит.

— Так точно, товарищ генерал-лейтенант, — ответил Дожнев, а Перстов недоуменно спросил:

— Как две недели, Евгений Федорович? Вы же говорили о трех месяцах.

— Срок. Две. Недели — прямо в лицо профессору четко, по слогам выговорил генерал. — Еще вопросы есть? Вопросов нет. Все свободны.

— Он что, спятил? Уничтожать готовые образцы!? — уже привычно для полковника вопил толстячок.

— Я думаю, вам пора вмешаться в процесс, выбранное направление сулит просто баснословные прибыли, а он хочет зарубить их на корню.

— Что вы предлагаете? — вернул себе способность здраво рассуждать политик, понимающий, что исполнитель, куда лучше него разбирающийся в заваренной кухне, предложит более удачный вариант.

— Устранить его крайними мерами не выйдет, слишком много. Остаются лишь варианты с отставкой, увольнением, а уж потом можно выбирать, что делать с отработанным материалом.

— Хорошо, — чуть поразмыслив, произнес толстячок, — я решу, что можно сделать. Можете идти.

Глава 5

Александр растянулся на кровати и попытался расслабиться. С проклятым браслетом это получалось не очень хорошо, но именно это сейчас требовалось молодому человеку, что бы предпринять очередную попытку избавиться от него. Все члены их группы, которых он уже давно не видел вживую, втихую занимались этим и некоторым, время от времени, удавалось обманывать чуткую аппаратуру и обретать краткие дни свободы. К сожалению, долго обманывать ее не получалось, в отделе у Дожнева работали умные люди, которые отнюдь не зря получали свои зарплаты, и противостояние с которыми сделалось каждодневной задачей каждого оператора. Кто-то брал грубой силой и напором, кто-то терпеливым ожиданием удобного момента, а Александр выводил его из строя, используя ничтожные по амплитуде и энергии М-волны, которые не блокировались браслетом, но сложнейшая форма которых позволяла достичь требуемого результата без вливания дополнительной энергии. Но вот достичь этого было очень сложно. К тому же, нередко, решив задачу по освобождению от одного браслета, ему тут же приходилось искать противоядие от следующего. Особо его взбесил пятый браслет, который он "ломал" больше месяца, и который оказался сменен буквально через день после того, как уже не мог доставлять неприятности. Как он позже узнал из оставленных посланий, его опередила Марина, успевшая до того, как браслет оказался активированным на ее руке, внести в его структуру кое-какие изменения, которые уже не позволяли ему генерировать депрессивное поле, но, к сожалению, эти изменения не остались незамеченными, а потому, по инструкции, генераторы поменяли у всех. Зато с шестым ему повезло, техотдел не успел придумать ничего кардинально нового, и разница между ним и пятым была минимальной, лишь в мощности генератора, поэтому уже через три дня он щеголял абсолютно бесполезной железякой. И длилась его свобода довольно долго, почти три месяца, до тех пор, пока очередной бешеный оператор не раскрылся. Кажется, на этот раз это был Роман…

Телекинезом же ему не хотелось пользоваться лишний раз, так как это всегда требовало безумного напряжения всех сил и совсем не гарантировало результат: ему всего один раз удалось избавиться от Д-поля браслета. Кроме того, работа с браслетом требовала завершения за один раз, а манипуляции М-волнами можно было проводить столько раз, сколько нужно для достижения эффекта.

Александру удалось сосредоточиться на задаче, и он принялся в очередной раз осматривать треклятый браслет. Как говорили его коллеги по несчастью, каждый ощущал его излучение как какую-то тяжесть, не дающую нормально дышать, двигаться, вызывающую дискомфорт, головную боль и прочие неприятные эффекты. При этом, как высказывался умник Игорь, чем сильнее у человека способности к управлению М-полем, и чем больше его внутренний энергетический запас, тем сильнее на него действует депрессивное поле. Поэтому многие зоны, перекрытые Д-полями огромной мощности, были абсолютно безвредными для простого человека, и могли довести сильного М-оператора, захоти он пересечь их, до состояния совершенного нестояния. Поэтому-то, говорил Игорь, они воспринимались как обычные браслеты в первые дни их пребывания в "Метрономе" и начали восприниматься как особо изощренная пытка в настоящем.