Гирум - Глеб Вышневецкий

А тем временем обстановка на КП накалялась. Дожнев, мгновенно понявший, что произошла катастрофа, которой он так опасался, и которую невольно вызвал его шеф, не позволил себе впадать в панику, а действовал строго по разработанной инструкции и, не взирая на субординацию, поднял тревогу. А Золеев медленно отходил от шока. Впрочем, понимание того, что с ним произойдет, когда до него доберутся восемь сильно недовольных и очень опасных человек, быстро мобилизовало его и он принял бразды правления в свои руки. Но самодеятельность Дожнева оценил вполне по заслугам, подумав, что рядом с ним растет очень опасная смена.

Вся же мимика и невербальные жесты признанного опасным помощника говорили: "Какого черта!?". Но оба были в одной лодке, и потому было не время для упреков, тем более бесполезных, что после отстранения генерала жаловаться было уже некому.

Разумеется, мгновенно активировались все генераторы Д-поля, но ситуация осложнялась тем, что питание в камере не было, а все генераторы на этаже спалила Виктор, практически мгновенно уничтоживший все, что могло причинить им хоть какой-то вред. Поэтому непосредственно в само Д-поле вырвавшиеся на свободу операторы попасть уже не могли, если только не заманить их под направленный удар.

А маховик подавления бунта раскручивался все сильнее. По тревоге поднялись команды, вооруженные специально предназначенными для подобной ситуации направленными генераторами М-излучения, которые эмулировали действия оператора, но были, во-первых, чрезвычайно дорогими для массового производства, во-вторых, требовали аккумуляторов, зарядить которые можно было только от оператора, а в-третьих, создавали волны, описываемые только одной функцией и потому не отличавшиеся сложностью. Поэтому полноценной заменой операторам они не являлись, но суррогатом в их отсутствии были неплохим. Но только в их отсутствие. Защиту же им обеспечивали доработанные за последние месяцы портативные генераторы, искажавшие М-поле или нейтрализовывавшие его.

А на нижнем этаже в это время Виктория и Юлия смогли привести Александра в сознание. Расспросы о том, что же он сделал, по умолчанию перенеслись в отдаленное светлое будущее, тем более что в их ситуации каждая единица автоматически превращалась в боевую и не могла отвлекаться на пустяки, вроде ненужных пока расспросов. Единственное, что отметила про себя Юлия, и не укрылось от Вики, так это его чрезвычайно сильное нервное истощение, которое, впрочем, быстро проходило.

Девушки, поддерживая его за плечи, провели Смолина по коридору к шахте лифта, где уже собрались и молча стояли остальные. Александр уловил легкое излучение, прислушался к своим ощущениям и обнаружил, что все остальные связаны друг с другом волной одной частоты. Он попробовал "настроится" на нее и с удивлением обнаружил, что в этот момент решался очень важный вопрос: попытаться подняться на лифте с риском попасть под какую-нибудь скрытую ловушку, или группе лучше подниматься самостоятельно, без применения подручных средств. В том, что они смогут подняться, сомнений не было, но вот сверху запросто могли скинуть какую-нибудь гадость, а экспериментировать с собственной живучестью радости и желания было мало.

— Как ты, Саня? — мысленно обратился к нему Виктор.

— Ну, хреновато, вообще-то, но уже легче — ответил Смолин, так же мысленно передавая кадры терминатора, выходящего из огня.

В ответ он получил теплый душ из ободрения, поддержки и благодарности.

— И все же, что думаете, коллеги? Там сорок метров, мгновенно мы не перенесемся, — возобновил Виктор прерванное обсуждение.

— А что, если поднять лифт и заблокировать его там, что бы никто не вылез из шахты. В самой шахте вплоть до площадки отверстий нет — предложила Марина.

— Выхода другого все равно нет. Через всю толщу бурить все равно не сможем. И еще, попрошу поаккуратнее дозировать энергию, запас кармана не потянет, — произнес Рогожин.

— Кстати, о карманах…, - сказал Олег и густо покраснел. Все поняли, что именно он имеет в виду, и группа разошлась по коридору в поисках подходящих по размерам трупов. В принципе, для них наличие или отсутствие одежды особой роли уже не играло, но изменять устоявшимся привычкам никому не хотелось. Тем более что униформа была совсем непростой, с измененной энергоинформационной структурой, что придавало ей свойства, недостижимые для обычной. Как уверяла Виктория, человек в такой одежке вполне мог выдержать выстрел в упор из крупнокалиберной винтовки, игнорируя кинетическую энергию пули. Ей, как специалисту, доверяли, поэтому появление дополнительной защиты, на которую не надо было тратить собственные резервы, было воспринято более чем радостно. Также подобрали и оружие, которое, пусть и не было четой собственным способностям магов, зато на него не требовалось тратиться.

Тем временем быстрее всех собравшийся Виктор уже стоял возле лифта и сосредоточенно накладывал что-то на створки. Остальные подошедшие с интересом наблюдали за его действиями, в которые никто не вмешивался. В принципе, такое мог повторить каждый, но только у Рогожина был необходимый опыт участия в боевых действиях вообще, и, в частности, в помещениях. А лифт, который после его действий остался без пола, начал быстро подниматься вверх. Роману никто не мешал, благодаря постоянно поддерживавшейся связи все знали свои быстро распределившиеся обязанности и занимались своим делом. А вслед за кабиной начала подниматься сама площадка, на которой и стояла восьмерка, готовая в любой момент закрыться щитом и ответить огнем. Но, как ни странно, им все еще везло. Шахту не залили бетоном, в нее не подали газ, не успели сделать ничего. Поэтому, когда кабина поднялась до уровня этажа, ее всего лишь насквозь изрешетили из крупнокалиберного оружия. Ответный удар Виктора был немногим изящнее, но куда более эффективнее. Внутренние створки лифта, вместо того, чтобы просто открыться, прогнулись внутрь коридора, отгибая наружные створки, и брызнули тысячами мельчайших осколков, разогнанными до звуковой скорости. Убийственная шрапнель ураганом пронеслась по заслону, оставив после лишь растерзанные тела. Не помогла даже броня, не рассчитанная на столь массированный обстрел. Убедившись, что проход свободен, Роман поднял площадку до конца, и вся группа вышла в окровавленный коридор. Искать трофеи было бессмысленно, поэтому все направились к очередному подъему. В этот момент Олег подал сигнал к остановке и указал направление на ничем непримечательную панель. Приглядевшись к ней внимательнее, все замерли от отвращения и злости: за ней таился готовый к активации генератор Д-поля. Скривившись, Виктор метнул в него плазменный шарик, который мгновенно прожег пластик и надежно вывел из строя проклятое устройство. Дальше пошли осторожнее, памятуя о том, что Золеев не остановится ни перед чем, что бы остановить их.