Любовь на карантине (ЛП) - Карлан Одри

После её смерти он решил стать врачом и спасти мир. Только кто спасал Джейка? Определенно не красивая женщина, которая могла бы согреть его постель, поддержать его карьеру и любить его за то, что он отличный парень.

Может быть, у Сэди есть подруга?

Черт, может быть, Сэди уже видела моего симпатичного друга Джейка голым?

Бля. Может быть, они встречались!

Как только я кладу гири и направляюсь внутрь, чтобы принести остальные, вытаскиваю свой мобильный телефон из свободных тренировочных шорт и открываю текстовые сообщения. Не будучи специалистом по математике, я не пытаюсь выяснить, сколько сейчас времени в Африке. Если бы знал разницу во времени, то немедленно позвонил бы ему.

От: Эван

Кому: Джейку

Ты когда— нибудь встречался со своей соседкой Сэди?

Я снова и снова перечитываю короткое сообщение, прежде чем нажать "Отправить", молясь, чтобы они никогда не встречались и уж точно никогда не видели друг друга голыми. Я скрежещу зубами при одной мысли о другом мужчине видя ее голую плоть.

Лучше бы ему этого не делать. Братский кодекс означает, что я не могу пойти туда, если он пошел, и после вчерашнего я определенно заинтересован в том, чтобы пойти туда. Неоднократно.

Подняв остальные тяжести, я выхожу на улицу.

Как только нахожусь на балконе и снаряжение настроено, я снимаю свою белую футболку и тренируюсь. Я начинаю с гантелей и делаю серию упражнений на руки, прежде чем переключиться на кроссбоди. Затем вытягиваю руки в стороны и поднимаю гири в упражнении становой тяги с гантелями. Как только они завершены, я делаю выпад, держа пятнадцать фунтов в каждой руке. Тут все дело в приседаниях. К этому времени я уже сильно вспотел. Прошло добрых сорок минут моей тренировки, а Сэди все еще не видно. Волна грусти заставляет меня сидеть на скамейке, которую я стратегически разместил так, чтобы быть лицом к ее балкону, чтобы увидеть ее в тот момент, когда она выйдет.

С каких это пор я начинаю переживать из— за девушки, которую едва знаю? С тех, как поместили нас в изолятор, я думаю.

Телевизор предлагает только немного комфорта и общения, но даже порно через некоторое время становится скучным. Не то, чтобы я был в настроении для этого в последнее время. Слишком много дерьма на уме.

Лежа, поднимаю гантели и делаю свой стандартный жим лежа с меньшими весами, прежде чем сделать перерыв, чтобы пробежаться на месте. Мне нужна бездумная деятельность, сосредоточенная на моем дыхании и виде.

Нервничая из— за Сэди, бегаю вокруг скамейки веса по кругу, а затем переворачиваю ее, проверяя ее балкон на каждом круге.

Ничего.

Я знаю, что она там. Почему она не выходит?

Она могла бы помахать, поздороваться…что— нибудь. Может быть, ей не так весело пить и шутить, как мне вчера. Я думал, мы нашли общий язык. Но, возможно, вообразил.

Черт.

Резко останавливаясь, делаю большие вдохи чистого, свежего океанского воздуха, пока мое сердце не успокаивается.

Почему меня волнует, если она выйдет? Мне не нужно, чтобы меня развлекали. Я делал эту тренировку тысячу раз раньше. Конечно, обычно это происходит в огромном тренировочном пространстве с моими приятелями рядом. Кстати об этом… Никто из них даже не попытался мне позвонить.

Что это за чертово братство такое?

Мое настроение падает. Я вытаскиваю свой телефон обратно и сажусь задницей на скамейку.

Первый звонок делаю Робби, самому счастливому парню в команде. Мухи не обидит. Всегда улыбается, никогда не опускает руки. Он — человек в команде, которого все используют в качестве личного терапевта, потому что он такой уравновешенный.

Он отвечает после первого же гудка.

— Что?

Парень отвечает с огнем в голосе, чего я никогда не слышал за те несколько лет, что знаю его.

— Привет, Робби. Это Спаркс. Просто хотел проверить как в команде, чувак. Померь температуру, понимаешь?

Двадцать секунд тишины заполняют мои уши, прежде чем он в конце концов говорит:

— Стероиды. О чем ты думал?

— Прости? Нет, Робби, я не делал…

— Я видел фотографии, чувак. Мы все их видели. Потом мы узнали, что у тебя в шкафчике были стероиды. Как ты смеешь насмехаться над спортом. Заставляя нашу команду выглядеть плохо. Все эти дети, которые смотрят на тебя. Я ожидал от тебя большего. Гораздо больше от команды — черт возьми, НФЛ — лучший раннингбэк. Теперь мы узнаем, что твой звездный рекорд и выступление были вызваны тем, что ты пил сок!

— Вы все неправильно поняли!

Я пытаюсь, но он говорит ничуть не смутившись.

— Пошел ты, чувак. Пошел ты. Надеюсь, ты потеряешь все.

Он сбрасывает меня, прежде чем я успеваю повесить трубку. У меня выпадает телефон из рук. Он попадает в бетон, но, к счастью, не ломается.

Робби. Один из немногих парней, который, как я ожидал, переубедит меня в сомнениях, ненавидит меня до глубины души. Считает, что я выбрал легкий выход.

— Трахни меня! — Я рычу, запуская пальцы в волосы и дергая их за корни. Боль пронзает меня, и я вздрагиваю. — Как это могло случиться? Я, блядь, этого не делал! Господи!

Мой телефон жужжит на бетоне. С надеждой в сердце я хватаю телефон и отвечаю на него не видя, кто это.

— Робби?

— Нет, чувак, это Леви. Как, черт возьми, ты себя чувствуешь?

Его голос— столь необходимый братский бальзам, покрывающий безумный разум и сердце. Леви — мой лучший друг в команде, а также раннингбэг. Второй на моей позиции. Хотя, наверное, первый прямо сейчас. По крайней мере, это он, а не какой— то другой придурок. Я доверяю ему безоговорочно.

— Брат, все так запутано. Я не пил таблетки и знаю, что не употреблял никаких наркотиков на той вечеринке. Меня подставили. Клянусь Богом!

— Черт, чувак. Я не знаю, что сказать… Но я верю тебе. Ты чертовски много работаешь. Это безумие. Добавь ко всему карантин, все просто перемешалось.

Я тру лоб, смахивая оставшиеся капли высыхающего пота, и поднимаю глаза, чтобы посмотреть, появилась ли Сэди.

Ничего.

Вздыхая, ложусь обратно на скамейку с телефоном прижатым к моему уху.

— Леви, мне страшно.

— Могу себе представить, брат. Эта ситуация не шутка. Как думаешь, кто тебя подставляет?

Я качаю головой и закрываю глаза от ярких солнечных лучей.

— Не знаю. Большинство членов команды мне как братья. Может быть, это кто— то из другой команды. Еще один игрок, желающий победить нас? Или, может быть, еще один раннингбэк в лиге, который хочет убить меня и получить свой рекордный подъем над моим? Бля. Ты даже не представляешь, как это неприятно. Я даже не могу очистить свое имя.

— Кстати, где ты? Перед карантином я пытался заглянуть к тебе. Там было полно папарацци.

— У друга. Залег на дно, как Полли потребовала.

— Ой, Полли. Такая вот чертовка. Чего бы я только не отдал, чтобы обмакнуть фитиль в этот кусок вишневого пирога.

Я хихикаю. Полли прекрасна. Рыжая с ясными голубыми глазами и звездной стойкой. Маленький спитфайр, который так же быстро отрезал бы ваши яйца и скормил их волкам.

— Ты не смог бы справиться с Полли, — говорю я. — Она бы съела тебя живьем.

Он смеется, и это немного поднимает мне настроение.

— Но какой путь предстоит пройти. — Его голос сочится намеками.

Это заставляет меня смеяться.

— Привет, спасибо, что позвонил.

Ты заставил меня почувствовать себя немного лучше. По крайней мере, не все меня ненавидят. Я только что закончил болтать с Робби, и он буквально вонзил мне в сердце кол. Парень верит, что это сделал я. Что убивает, чувак, чертовски убивает.

— Я знаю, брат. Просто оставайся сильным. Я уверен, что все будет хорошо. Ты в безопасности, со всех этой херней вокруг вируса?

Я делаю полный вдох и медленно выдыхаю.

— Да, но это чертовски скучно быть одному весь день.

Хотя у меня есть несколько отвлекающих факторов, которые удерживают меня в здравом уме.

Я бросаю взгляд на квартиру Сэди. Занавески не сдвинулись.